Чтение онлайн

«Нет. Нет! Перестань так говорить! Секс у меня хорошо получается. В спальне легко быть ответственным и контролирующим. Но в жизни? Ну, я отстой. Пожалуйста, никогда не называй меня «Мастером», хорошо?»

«Хорошо, хорошо…» — Пейтон быстро подняла руки. «Не думала, что ты будешь так раним по этому поводу».

Я закатил глаза. «Есть разница между сексуальным лидерством и тем, чтобы быть чьим-то «Мастером».

«Достаточно честно», — ответила Пейтон. «Но… я не думаю, что это академическая дискуссия. Тебя что-то беспокоит».

Я отмахнулся от нее. «Я в порядке».

Пейтон нахмурилась и покачала головой. «Нет, это не так. Слушай, если ты действительно хочешь, чтобы я заткнулась, я заткнусь и не буду приставать к тебе. Но если я могу чем-то помочь…»

«Нет. Я в порядке».

«Нет, Тигр». Адриенна села и серьезно посмотрела на меня. «Это о Ким, не так ли?»

«Конечно нет».

Адриенна просто смотрела на меня выжидающе.

«Хорошо, может быть», — вздохнул я, — «но сейчас не время говорить об этом. Мы все прекрасно провели время, и я не хочу портить настроение, хорошо?»

«Хорошо, хорошо». Адриенна отступила с поднятыми руками и посмотрела вниз, выражение ее лица ясно говорило, что для ЭТОГО уже слишком поздно. Но через несколько секунд она посмотрела на меня и нахмурилась, сдвинув брови.

Я заметил ее взгляд и грубо спросил: «Чего?»

Адриенна моргнула и огляделась на других девушек, в то время как я тоже посмотрел на них. У всех троих были озабоченные лица.

«ЧЕГО??!» — повторил я.

«Ты плачешь», — объяснила Адриенны.

«Чего?» Я протянул руку и промокнул щеку, удивившись, обнаружив там влагу. Я удивленно рявкнул: «Что за хуйня?»

Адриенна быстро поднялась с пола и положила свою обнаженную задницу на подлокотник, прежде чем соскользнуть по нему и упасть мне на колени. Она обняла меня за голову и по-матерински прижала меня щекой к своему декольте, поглаживая мои волосы. «Эй… все в порядке…» — успокаивала она.

«Я в порядке», — резко сказал я и вытащил голову из ее декольте.

«Тигр… Это не так».

И снова на ум пришли мрачные мысли о Ким и Виктории, но бутылка текилы была не в пределах досягаемости. Гнев на себя, разочарование в бесполезности моей ситуации и чистое раздражение по поводу мертвого веса обнаженного тела Адриенны, лежащего у меня на коленях, мешающего мне добраться до не совсем пустой бутылки текилы, угрожали захлестнуть мой разум, но когда я попытался сделать то, что я всегда делал — похоронить это внутри — по какой-то причине мои ментальные двери не сработали. Я больше не мог сдерживать свои эмоции, и на этот раз, когда поток моих слез увеличился, я действительно мог это почувствовать.

«Черт, Адриенна, слезь», — пожаловался я, подталкивая ее. «Мне нужно еще выпить».

Она не двинулась с места, обнимая меня еще крепче. «Думаю, ты уже достаточно выпил сегодня вечером».

«Адриенна, отойди от меня».

«Тигр, пожалуйста».

«СЕЙЧАС!!!» — проревел я. «СЕЙЧАС ЖЕ!!!»

Она даже не вздрогнула. «Нет».

Плотина прорвалась, и на этот раз из меня буквально хлынули слезы, когда я повесил голову и уткнулся ею в грудь Адриенны. «Блядь! Как я должен быть «Мастером», если я даже не могу заставить тебя встать с моих колен?»

Адриенна потерла меня по голове. «Все в порядке. Тебе НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО быть Мастером».

«Да, обязательно. ДА! Для матери моего ребенка. Для Ким!» Я прохрипела сквозь рыдания.

«Есть другие способы быть рядом с ней. Тебе НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО быть Мастером», — повторила она.

«Но ей НУЖНО, чтобы я им был. И я НЕ БРОШУ её».

«Почему? Потому что ты позволил ей остаться с отцом? Это лучше для нее, не так ли? И не в этом ли весь смысл? Делать то, что лучше для Ким?»

«Но она хотела, чтобы Я был рядом с ней. Чтобы был ее Мастером!»

«Я люблю тебя, Тигр. Ты хороший человек, великий человек, и в тебе есть много, много замечательных вещей. Но ты не «Мастер».

Я фыркнул и вытер глаза, чувствуя, как рыдания стихают. «Сказала девушка с кожаным ошейником на поводке с надписью «Питомец Тигра».

Адриенна моргнула. «Как ты сказал: такие вещи предназначены для спальни. Мне нравится этот ошейник, и он воплощает для меня так много всего: мою любовь к тебе, мою преданность тебе, мою готовность быть той, кем ты хочешь, чтобы я была, и когда тебе нужно, чтобы я была ею. Но я не считаю тебя своим «Мастером». Ошейник символический, а не функциональный. Я знаю, что ты не Мастер».

«Не хочешь объяснить это Ким?»

Адриенна нахмурилась. «Я думаю, она уже знает. Серьезно, ты не доминант, и любой, кто смотрит на то, как ты живешь за пределами спальни, должен это понимать. Думать иначе было бы… ну… глупо».

«И Ким не дура», — пробормотал я, глубоко вздохнув и размышляя над этим.

Адриенна согласно кивнула.

Ким не дура.

Ким не дура.

Ким не дура.

«Послушай, я знаю, что мы не говорили о ситуации с Ким», — начала Адриенна, снова потирая мою голову. «Мы оба знали, что она там, но ты не поднимал тему о ней с тех пор, как я вернулась, и я тоже не собиралась этого делать. Мы уже говорили о том, что ты ждешь до окончания колледжа и приводишь свое дерьмо в порядок, прежде чем думать о ней, и я полностью согласна с этим. Ты не делаешь ничего плохого».

Я сделал еще один глубокий вдох и вздохнул, сказав: «Мне очень жаль, но твои советы в этом году не всегда были для меня лучшими».

Она поджала губы и нахмурилась. «Ладно, может, и нет, но это не значит, что я сейчас ошибаюсь. Ты сказал, что другие говорили тебе пойти и вроде…«драться» за Ким или что-то в этом роде, как будто забрать ее из ее семьи и привезти ее сюда было бы лучше для нее или другая подобная чепуха. Быть «Мастером» — это не ролевые игры. Это образ жизни, и для тебя стать Мастером Ким будет означать ЖИТЬ этой ролью 24/7, постоянно думать о ее потребностях и поддерживать к ней доминирующее отношение, не только в спальне. Это невозможно подделать. Невозможно кем-то БЫТЬ 24/7, если ты не ЧУВСТВУЕШЬ это глубоко внутри своего существа. Настоящий «Мастер» — это тот, кому НЕОБХОДИМО контролировать ситуацию, и это, конечно же, не ты. Парень, которому нужно было всё контролировать, не выжил бы в Три-Дельт West. Отдавать приказы и ожидать, что дюжина девушек покорно встанет в очередь? Это шовинистическая фантазия. Мы сами по себе сильные, способные, независимые женщины. Я знаю, что не стала бы мириться с этим дерьмом, как и Пейтон, и другие. Что делает тебя особенным, так это твоя гибкость».

Я фыркнул. «Ты имеешь в виду, что у меня нет позвоночника. Я бесхребетный».

«Неправда», — сказала Адриенна. «Что касается девушек, которые тебе небезразличны, ладно, может быть. Ты ценишь НАШЕ счастье и ставишь его в приоритет. И мы ЛЮБИМ тебя за это. Но когда ты прижат спиной к стене и какое-то препятствие стоит между нами и нашим счастьем, нет никого другого, с кем я бы предпочла быть».

«Но я прижат к стене из-за этой штуки с Ким, и я не знаю КАК действовать. Легко вступить в драку с парнями, пытающимися приставать к Пейдж на улице, но эта штука с Ким и ее отцом не только черное-белое. И до сих пор всё, что мне говорили, как вести себя с Ким — это «подниматься» и «бороться за нее». Это концепции, а не решения сложной ситуации. Они такие же конкретные как «мамба юмба». Это все равно, что сказать солдату с посттравматическим стрессовым расстройством, чтобы он «прекратил ныть» и «был мужчиной». Это не так ПРОСТО».

«Никто тебе этого не говорит».

«Конечно говорят. Не ты, возможно, но Брук, Берт, Виктория и…» Я покачал головой. «Конечно, я мог бы поехать в дом Ким и приказать ей пойти со мной. Может, она и пошла бы. Что потом? Какие отношения у нее будут с отцом, с семьей после этого? Какие отношения у меня будут с ними? Продолжу ли я всю оставшуюся жизнь говорить ей, что делать, и поддерживать доминирующую часть наших отношений? Это. Не. Я. Это никогда НЕ БЫЛ я».