Чтение онлайн

Затем крокодилы проводили его до грота и без конца благодарили. А потом вернулись домой. Вскоре вернулись и рыбы. И крокодилы зажили очень счастливо и сейчас еще живут счастливо, потому что они в конце концов привыкли к пароходам и кораблям, которые возят по реке апельсины.

Но они и знать ничего не хотят о военных кораблях.

Жила-была когда-то олениха, или, вернее, лань, у которой родилось двое близнецов, что у ланей случается редко. Одного съела дикая кошка, и в живых осталась только маленькая дочка. Все лани сильно полюбили ее, и им очень правилось щекотать ей бока.

Мать заставляла ее каждое утро, на рассвете, повторять оленьи заповеди. В них говорилось:

Эти заповеди — «Отче наш» всех маленьких оленей. И когда маленькая лань выучила их, мать стала пускать ее гулять одну.

И вот как-то под вечер, когда маленькая лань бродила по лесу, поедая нежные листочки, она вдруг увидела перед собой в дупле сгнившего дерева множество каких- то странных, висевших гроздьями шариков. Они были черные, как грифельная доска.

Что бы это могло быть? Лань немножко испугалась, но, так как была большая озорница, боднула странные гроздья и стремглав бросилась бежать.

Обернувшись, она увидела, что шарики лопнули и из них что-то закапало. А еще выползло множество мушек золотистого цвета, с тоненькой талией, которые торопливо и озабоченно забегали туда-сюда.

Лань подошла поближе, и мушки не тронули ее. Тогда осторожно, очень осторожно, она попробовала одну из капелек кончиком языка и с удовольствием облизнулась: капельки оказались медом и притом очень вкусным, потому что шарики темного цвета были не что иное, как соты, принадлежавшие маленьким пчелкам, которые не кусали, потому что у них не было жала. Есть такие пчелы.

В две минуты лань съела весь мед и, не помня себя от радости, побежала рассказать обо всем матери. Но мать строго отчитала се.

— Будь как можно осторожней, дочка, — сказала она. — Мед — очень вкусная вещь, но доставать его из сот очень опасно. Никогда не суйся в пчелиные гнезда.

Но маленькая лань радостно кричала:

— Да ведь они не кусаются, мама! Кусаются только оводы и осы, а пчелы — нет.

— Ты ошибаешься, дочь моя, — возразила мать. — Сегодня тебе просто повезло. Есть очень нехорошие пчелы и осы. Будь осторожней, дочка, ты можешь причинить мне большое горе.

— Хорошо, мама, хорошо! — ответила маленькая лань.

Но на следующий день она с самого утра побежала на просеку, которую вырубили люди в лесной чаще, думая, что там легче найти пчелиные гнезда.

Наконец она нашла одно гнездо. На этот раз пчелы в гнезде были темного цвета, с желтой полоской на спинке. Они озабоченно сновали поверх гнезда. Само гнездо тоже было другим. Но маленькая лань подумала: «Раз пчелы побольше, то и мед, наверное, повкуснее».

Вспомнила она и о маминых советах, но решила, что ее мама преувеличивает, потому что оленьи мамы всегда все преувеличивают. И она с силой боднула гнездо.

Ох, лучше бы она не делала этого! Тотчас же тысячи ос выскочили из гнезда, облепили ее и стали кусать ей морду, лапы, все тело. Их жала вонзались в голову, в живот, в хвост — повсюду, повсюду… Но хуже всего было то, что осы жалили ей глаза. Более десяти ос ужалило ее в глаза.

Лань, обезумев от боли, с громким криком бросилась бежать, и все бежала и бежала до тех пор, пока не остановилась, ничего вокруг не видя: она ослепла, совсем, совсем ослепла.

Веки ее страшно распухли, глаза резало острой болью, она ничего не видела. Дрожа от страха и боли, она стояла неподвижно и могла только безутешно всхлипывать:

— Мама!.. Мама!..

Мать, которая уже отправилась на поиски своей дочки, потому что та очень задержалась, наконец отыскала ее и пришла в отчаяние, увидев, что ее малютка ослепла. Она осторожно повела ее домой, и, пока они шли, голова маленькой лани лежала на шее матери, а все звери, попадавшиеся им по дороге, подходили и с грустью смотрели в слепые глаза маленькой лани.

Мать не знала что делать. Как вылечить дочь? Но она слышала, что в деревне за лесом живет человек, у которого много лекарств. Этот человек был охотник и иногда подстреливал и ланей, но вообще он был очень добрый.

Мать сначала боялась вести дочь к человеку, который охотится на ланей. Но отчаяние заставило ее решиться. Правда, прежде чем отправиться к охотнику, она задумала попросить рекомендательное письмо у муравьеда, который слыл большим другом человека.

И вскоре, оставив маленькую лань в надежном месте, она уже бежала через лес, чудом не попав в лапы ягуару. Добежав до жилища своего приятеля, она от усталости не могла больше ни шагу сделать.

Этим приятелем, как уже говорилось, был муравьед, но не обычный муравьед, а муравьед особой породы, маленький. На нем была желтая шубка, а поверх желтой шубки — черная жилетка с двумя лямками на плечах. Хвост у таких муравьедов очень цепкий, потому что живут они на деревьях и любят висеть на ветках, уцепившись за них хвостом.

Как возникла тесная дружба между муравьедом и охотником? Никто в лесу этого не знал, но когда-нибудь мы услышим об этом.

Итак, бедная мать подбежала к жилищу муравьеда.

Тук, тук, тук, — постучала она, задыхаясь от быстрого бега.

— Кто там? — спросил муравьед.

— Это я, лань!

— Ах, вот как! Чего ты хочешь, лань?

— Я пришла просить у вас рекомендательное письмо к охотнику. Моя дочь, маленькая лань, совсем ослепла.

— Ах, маленькая лань? — отозвался муравьед. — Она хорошее существо. Если это для нее, то ладно, я дам вам, что вы просите. Писать ничего не нужно… Покажите ему вот это, и он вас примет.

И концом своего хвоста муравьед протянул лани сухую змеиную голову, совсем сухую, но с сохранившимися ядовитыми зубами.

— Покажите ему вот это, — повторил охотник за муравьями. — Больше ничего не требуется.

— Спасибо, дорогой муравьед! — сказала лань, очень довольная. — Вы тоже хорошее существо.

И она поспешно убежала, потому что была уже поздняя ночь, и приближалось раннее утро.

Она забежала в свою пещеру, захватила с собой дочь, которая не переставала тихонько стонать, и они вместе добрались до деревни, где им пришлось идти очень медленно, прижимаясь к стенам домов, чтобы собаки не почуяли их.