Чтение онлайн

11.

обноски оверсайз ее не портят. А что он, собственно, о ней знает? Что она оказалась на улице по вине матери, которая продала квартиру, а ее отдала в услужение в какую-то

семью. Потом жена умерла, престарелый павиан пытался ее соблазнить, и она ночью сбежала, прихватив его кошелек и дорогущие часы? Документы у нее украли потом, на вокзале, у спящей. Все? Иногда она начинает красиво говорить и знает много интересного, но потом, как будто очнется и опять залазит в свой кокон. Говорит, что скитается уже пять лет, работала в доме 8 лет, отдали ее туда в 20 лет. Сколько ей лет, тридцать пять, больше? Он хотел узнать ее возраст и еще какие-нибудь подробности, но она сразу замыкается и говорит, что прошлое очень давит на нее и ей не приятно об этом говорить.

– Чем ты тут стучал? Гвозди в бетон вколачивал?

– А что, далеко было слышно? Просто радиатор хотел разбить и сдать на лом.

Он не хотел раньше времени ничего говорить Лизе, потом, сюрприз будет.

– На лом, с чего это? Ладно, я накупила еды, денег в прачке дали, сейчас будем обедать.

Он закидал радиатор картоном, которого было в изобилии в недострое. Они с Лизой натаскали и до них было уже много, кто-то тоже ночевал здесь или устраивал сборище местных гопников и наркоманов. Но странно, пока они тут жили никто здесь ни разу не появился. Может Лизон в прачке сказала, что дом занят, может просто не было желающих жить на отшибе, но не было никого. Они пообедали. У Лизон было одно шикарнейшее качество, она могла из ничего сделать обед. Она умудрялась вкусно приготовить и красиво подать даже доширак. В «дошик», как они его называли, она добавляла майонез, зеленуху и вкусные приправки. Иногда добавляла итальянские вяленые помидорки и получался почти борщ, которого он не ел уже очень долго. Варить борщ на газовой плитке было очень накладно, да и хранить его было негде, но он мечтал, что, когда они будут жить в квартире, она сварит самый вкусный борщ на свете, самый долгожданный борщ. После обеда он решил посмотреть, что в этом свертке, который был хорошо перемотан и заклеен скотчем. Он спустился, раскидал картон, начал разворачивать многослойный сверток. Нижний сверток, который был замотан скотчем, ножницами из ящика разрезал снизу доверху. В пакете была соль, обыкновенная бытовая соль. Он растерялся, но услышал голос Лизон, она наклонилась и внимательно изучала содержимое:

– Это не соль, это гексоген, ты где это взял?

– Ты откуда знаешь, что это? Так подкралась незаметно, я даже испугался твоего голоса.

– На улице чего только не увидишь, где ты это нашел?

– У Парамоновых в каморке садовника. Нужно сегодня же повесить батарею на место, чтобы не спугнуть Бадаевых. Лизон, неси соль, завернем в эту бумагу, тут много слоев, скотч у меня есть. С Петрухой отвезем и повесим назад. Расколотые секции нужно замазать, неси остатки шпаклевки, помнишь мы дыры в стенах замазывали? Батарея будет висеть шпаклеванной стороной к стенке, как и висела, и никто ничего не увидит.

Они аккуратно вытащили гексоген, переложили его в пакет и в пустой ящик из-под инструментов. Сделали сверток с солью, все аккуратно сложили, замазали, закрыли. Гексоген в ящике спрятали здесь-же, накрыв грязным картоном. Инструменты собрали и отнесли наверх. Через час приехал Петруха и они поехали ставить все на место. Узбек все покосил и теперь срезал лишние ветки. Он помог повесить радиатор на место, Борис показал ему замазанные места и сказал, что теперь течи не будет, все нормально. Узбек махнул головой, наверное, еще обижался.

– Сколько ты работаешь у Виктора? При тебе никто не ремонтировал отопление, не менял радиаторы?

– Работаю с среднего апреля. У меня подсобка всегда холодный, зима не работаю.

Борис попрощался и уехал. Бадаевы заранее спрятали гексоген в радиаторе и пронесли в каморку, или уже в каморке все спрятали в радиаторе? В курсе ли происходящего Марина и знает ли об их намерениях или она просто стала заложником обстоятельств? С каждым часом все больше вопросов, нужно срочно искать ответы, времени остаётся все меньше и меньше. Он приехал домой, опять рассчитался с Петрухой и поднялся в «берлогу». Лиза приготовила ужин, они ели и слушали радио через умную колонку. Лиза заряжала портативный аккумулятор в прачечной и им хватало на колонку и на зарядку телефона, он у них был один. Лиза была грустной, отрешенной и отвечала невпопад на его вопросы. Она все убрала, помыла посуду и пошла за шторку помыться. Она вышла в коротком халатике и с распущенными волосами. Она не была худышкой, у нее была чуть заплывшая талия, но она была грациозна. Ее не портили морщинки, следы долгого пребывания на улице, у нее была длинная шея и глаза… Они были, как у дикой кошки. Они манили, притягивали и

12.

обволакивали, они были серыми, но с разными оттенками в зависимости от освещения. Я всегда говорил ей, что она еврейка, чистокровнейшая, матерая и махровая. Она нырнула под одеяло, холодная, дерзкая, ищущая удовольствий и требующая страсти. Он никогда такой ее не видел. Она сама сбросила одежду и начала снимать с него плавки. Он за ней не успевал. Она целовала его везде, она забыла стыд и всякое стеснение и когда сама забралась на него для продолжения, он еле сдерживался, чтобы не закончить раньше нее. Они взорвались вместе, она еле сдерживалась, чтобы не закричать от удовольствия. Ее дикая страсть получила наслаждение и полную чувственную отдачу. Они еле расцепили чресла, разлепили руки, Лиза еле сползла с него, и они сразу уснули. Борису снился странный полукошмар- полубред, он вертелся во сне, он что-то бормотал и никак не мог проснуться.

Он еле разлепил глаза, в комнате всегда был полумрак и никогда не было понятно сколько сейчас времени. Он нашел свой телефон под подушкой, он был полностью разряжен. Вчера он забыл поставить его на зарядку, в связи с создавшимися обстоятельствами, Лиза была просто демоном, демонихой. Что она вчера вытворяла, это было… А где Лиза? Он встал и опять сел на диван. Голова гудела, на столе стоял термос с кофе, Лиза ему оставляет, когда уходит в прачечную. Борис поставил телефон на зарядку и посмотрел на время, было пол одиннадцатого утра. Он налил кофе в чашку и выпил, стало чуть легче. Он умылся, оделся и спустился на второй этаж, где вчера спрятал гексоген. Он решил, что, если сегодня прилетит Марина, значит старший Бадаев будет у нее и он должен быть там, нужно договориться с Виктором Парамоновым, где можно спрятаться заранее, чтобы быть ближе к каморке садовника. Он убрал завал картона, достал ящик и заглянул вовнутрь. Внутри было пусто, ящик был пустой. У него подкосились ноги, и он сел на пол, на картон. Голова еще плохо соображала, но он понял, что его обокрали. Он побежал наверх, достал свой кошелек из-под матраса, проверил неприкосновенный запас, там все было на месте. Вещей Лизы, не бич-стайл, а нормальных, тоже не было. Не было ее любимой сумки, шкатулочки для заколок и всяких женских вещих. Борис вспомнил, что шкатулка была высокая, но внутри мелкая. Она могла вполне быть с двойным дном. Борис успокоился сел и начал соображать. Вчера Лиза устроила ночь любви и прощаний, она чем-то его подпоила, очень болела голова. Забрала гексоген и ушла. Я ничего о ней не знаю. Нужно уходить отсюда, но куда? Он решил ехать сегодня в дом к Виктору. Вдруг ее специально к нему приставили, чтобы найти взрывчатку и покончить с домом Парамонова? Он отправил голосовое Виктору и Михаилу и почистил телефон. Он все что нужно переслал себе на почту, все остальное подчистил и оставил только видео с сексуальными утехами Марины, вдруг пригодиться? Он не нашел остальные компоненты для взрывчатки и решил поехать в дом и спрятаться в подземном гараже. Там есть маленькое помещение, где на полках хранятся разные запчасти, масла и другие авто жидкости. Есть свет, маленький диванчик, чайник и т.д. и пройти туда можно незаметно, через маленькую дверку в запасном выходе, ее можно закрыть изнутри. Плохо, что в каморке садовника и в тех. помещении нет камер. В самом гараже они есть. Сейчас было почти пол двенадцатого. Нужно ехать, но у Петрухи нет телефона. Закажу такси и поеду, но нужно завалить вход и поставить растяжки, там много дорогих сердцу вещей. Все самое важное он бросил в сумку, несколько инструментов, одежду, любимые китайские тапочки-кунфуйки, и вызвал такси.

Несмотря ни на что он надеялся, что Лизон еще вернется, даже после того, что случилось. Когда он доехал было уже начало второго, он быстро прошмыгнул в заднюю калитку, собаки были в загоне. И калитка, и дверь были хорошо смазаны, наверное, Виктор предупредил узбека, и он все подготовил. В помещении подземного гаража тоже было чисто, стоял чистый чайник с водой и чистая кружка, лежали заварка и сахар. Борис бросил свою сумку на полку, подальше, вошел в гараж и попробовал открыть мерседес Виктора, он не был заперт. Он залез на заднее сиденье и включил камеру. Дома было пусто, Марина еще не прилетела, прилет в 12,30 плюс выдача багажа и от аэропорта ехать час, к двум часам будет на месте. Ауди Марины стояла рядом с мерседесом Виктора. Значит водитель поехал за ней на машине Михаила. Марина терпеть не могла спортивную машину Михаила, и к нему тоже относилась холодно. А водитель Виктора, наверное, терпеть не мог Марину, если поехал за ней на красной спортивке. Борис решил пока расслабиться и подумать. Почему Лиза так поступила, могла ли она быть в сговоре с Бадаевыми? Где бандиты спрятали остальные компоненты взрывчатки? Хотя, гексагена нет, уже легче. Если, конечно, у них нет другого оружия, кроме пистолета, гранаты например? Жаль в каморке садовника нет камер, было бы полегче. Он расслабился и уснул. Проснулся от

13.

голоса Марины:

– Нормально кати чемодан, чего ты его тащишь? Я его в Париже покупала. Господи, на кого

я похожа, лохматая, как мочалка. Хоть бы крышу в машине опустил, водила из Нижнего Тагила.

– Марина Ферапонтовна, все, я свободен?

– Сколько раз тебе говорить, не Ферапонтовна, а Феофановна. Мать выходила замуж за Федора, а оказалось за Феофана, родители свидетели Иеговы. Тупица.

– У меня высшее, ДВФУ, логистика.

– Что же ты такой умный, а водителем работаешь?

– Я работаю на прекрасного человека и занимаюсь логистическими перевозками. И в театры хожу, но актрису Ферапонтовну там не вижу. Колледж бухгалтерский закончили при помощи Виктора?

Марина позеленела от злости, но у нее зазвонил телефон, и она махнула рукой на водителя и пошла в дом. Она вся засветилась и заворковала:

– Да, я уже дома, давай встретимся вечером, мне нужно отдохнуть, привести себя в

порядок. Почему у меня? Давай в кафе или ресторане встретимся. Почему через час?

Ладно, я перезвоню.

Она сняла плащ и пошла в спальню, Борис хотел слушать дальше, но Марина выключила камеру в спальне, и он больше ничего не видел и не слышал. Но он помнил, что Бадаев старший настаивал, что приедет через час. Что это звонил Бадаев он не сомневался, с подругами так не воркуют.

Борис прошел в тех. комнату, достал свои кунфуйки, эти тапочки ему подарил китаец на зоне, они удобные, в них можно передвигаться абсолютно бесшумно. Как китайские монахи из Шаолиня или мастера боевых искусств ушу/кунг-фу. Он попрыгал, сделал несколько выпадов, потом плавно начал выполнять гимнастику ушу, которой научил его Ван.