Чтение онлайн

Представьте себе презентацию, посвященную проблемам борьбы с терроризмом, в которой для пометки пунктов перечня мероприятий, направленных на стабилизацию обстановки, используются значки типа бомбы с зажженным запалом или — еще «лучше» — черепа с перекрещенными костями. Но неужели в других приложениях это будет воспринято намного лучше? Может быть, в фармацевтике или в строительном бизнесе? Но сколько ни убеждай людей, что эти значки имеют собственный смысл, стиль и эмоциональную нагрузку, что не имеет смысла вставлять абы что, лишь бы «украсить» графикой — нет-нет, да и нарвешься на такой шедевр (и чем глубже автор презентации закопался в своей отрасли знаний, тем чаще это случается!).

Даже традиционные носители символьных данных, с которыми мы привыкли обращаться легко и непринужденно, и те таят в себе часто нераскрытый потенциал воздействия, управления процессом чтения.

Достаточно ознакомиться с книгами, посвященными теоретическим основаниям техники быстрого чтения, как начинаешь понимать, что в знаковых системах есть все, что требуется для управления не только «трансляцией», но и ее темпами. Используя те закономерности, которые мешают читать быстро и вызывают регрессии (возврат фокуса зрения в уже пройденную точку), автор способен заставить читателя менять режим чтения, например:

— перевести в «пошаговый режим» чтения;

— повысить, понизить или выровнять скорость чтения;

— дать возможность выбора степени детализации;

— создать ему условия для мгновенного отбора «важных положений».

Цифры, аббревиатуры, разреживание и шрифтовые выделения, ширина отступа «красной строки», буквица, высота абзаца, междустрочный интервал, авторская пунктуация, намеренные (но простительные!) ошибки, сужение и расширение колонки текста (в том числе из-за «произвольного» размещения рисунка), композиция (линейная, циклическая, мозаичная) — вот далеко не полный перечень инструментов управления процессом чтения.

Здесь мы сочли нужным остановиться. Технологий создано множество — обо всех не расскажешь… Ничего удивительного в этом нет — статистика показывает, что ежемесячно в области компьютерных технологий появляется порядка 300 устойчивых терминов и того больше — аббревиатур. И появляются они не просто так — за каждым стоит нечто новое и, возможно, полезное для аналитика. Другое дело, что это новое, скорее всего, укладывается в тот или иной пункт классификации, совершенствует ту или иную технологию из числа пусть вскользь, но рассмотренных нами.

Мы не ставили перед собой задачи рассказать все и на таком высоком профессиональном уровне, что «бери паяльник, садись и ваяй, как по нотам». Но многие идеи и концепции, представленные в данной книге во многом уникальны по содержанию и, как нам кажется, изложены достаточно ясным языком.

Но все же, для практика самое ценное в аналитике — это те методики, которые прошли многократную апробацию, доказали свою эффективность при решении конкретных задач. Как мы ни старались систематизировать все методы, технологии, методики, все равно многие прикладные методики попали в главы общетеоретического значения, а изрядная порция теории прокралась в технологический блок. Такова аналитика — в ней практика тесно переплетена с теорией, а технические науки и информатика — с философией. Видимо в этом и заключена ее прелесть.

После ознакомления с методологическими, организационными и технологическими аспектами аналитики пришло время обратиться к тому, ради чего и осуществляется ИАР — к ее использованию в интересах разработки, оценивания и принятия управленческих решений. В конечном счете, аналитика является прикладной научной дисциплиной, инструментом управленческой деятельности, а не дорогой игрушкой кабинетных стратегов. Те, кто не хочет понять этого, всегда будут рабами обстоятельств — такова плата за привилегию, высовывая нос из норы, заглядывать в мир, как в калейдоскоп случайностей.

Многие «случайности» подстерегали Россию по обретении независимости… Наступило сплошное «вдруг»… Оказалось, что из одной зависимости, можно мгновенно попасть в другую, что не имеющий веса, цвета и запаха национализм тоже обладает инерцией и удержать его крайне трудно, что все ранее дотировавшиеся государством продукты стали не «на много», а «во много» дороже… Увы, воспитывая в советских людях гордость за Родину, наши идеологи воспитали лишь неискоренимую веру в неисчерпаемость природных ресурсов. Мы отучились уважать людей, ценить их труд — мы стали уважать абстрактные квадратные километры. Оперируя сложным аппаратом высшей математики и иных наук, мы умудрялись мыслить иррациональными категориями: зная, сколько Бельгий или Голландий умещается на территории такой-то области, не знали, во сколько раз дороже оказывается наше зерно канадского… Даже люди, имевшие дело с землей, — и те — в ослеплении «километрового» патриотизма, способны были помножить количество гектаров Заполярья на урожайность гектара Украины. Расставались легко… До 1991 года вся страна жила «в среднем по минимуму»: дешевая энергия, продукты, промышленные товары… А вот теперь так не получается… Думалось, отчалит Украина от республик-нахлебниц и станет продавать свою пшеницу на Запад, а ее, оказывается, на тамошнем рынке не так, чтобы и ждали… Думалось, распрощается Россия с республиками-неплательщицами, да и пойдет у нее бойкая торговля железом, нефтью, газом и электричеством, а оказалось, что железо Запад покупает не всякое, да и не так много, как хотелось бы, и что за транзит нефти, газа и электричества через территорию суверенных государств надо платить деньги.

Достаточно проанализировать данные британо-американских аналитических изданий по мировому лесному хозяйству «Euwid Timber» и «Pulp International», чтобы оценить масштабы потерь от внешнеторгового (в том числе, и энергетического) транзита через страны Балтии. Так, потребление пиломатериалов из древесины хвойных пород за 1997–1998 гг. в Эстонии и Литве возросло на 44 и 51 %, соответственно (согласитесь, мебель из сосны недолговечна, да и обилие сучков настраивает все больше на дачный лад). Потребление же пиломатериалов из древесины лиственных пород в Латвии и Литве возросло на 339 и 342 % (!). До 90 % импорта лесотоваров балтийскими странами уже многие десятилетия приходится на российские поставки. С начала 1990-х годов именно государства Балтии лидируют в Европе по темпам роста экспорта (!) разнообразной лесопродукции (пиломатериалов и деловой древесины). Этот прирост происходит преимущественно за счет реэкспорта российской древесины. Как минимум, треть российских лесопоставок идет в счет частичной оплаты Россией своего внешнеторгового транзита через страны Балтии, а также взамен поставок эстонской «сланцевой» электроэнергии в приграничные районы Ленинградской и Псковской областей [73] . Оказалось, что энергоснабжение многих приграничных районов России тесно завязано на энергосистему соседних государств. И это не единственный сюрприз, а лишь еще одно «закономерное чудо»…

После этого «отвлеченного примера» едва ли стоит объяснять прикладную значимость аналитики и ее роль в управленческой деятельности.

Итак, мы подошли к проблеме принятия решений. А что это за проблема? Есть ли в этой области место науке, или тут достаточно одной решимости? Что такое принятие решений?

Принятие решений — это научное направление, задачей которого является синтез рациональных схем выбора альтернатив и оценивания их качества. Задача его состоит в том, чтобы из множества конкурирующих стратегий решения некоторой проблемы, на основе анализа условий и последствий ее реализации выбрать лучшую (оптимальную). Существенным дополнением к последней фразе является то, что под условиями понимается не некоторая застывшая картина «сегодня», но и те условия, которые могут сложиться за время реализации стратегии.

Особенностью этого научного направления является то, что выбор критерия оптимальности остается творческим актом. При этом критерий оптимальности представляет собой не некий экстремум функции одной переменной, а такую область многомерного пространства признаков, в которой некоторые частные параметры могут быть и неоптимальными. Здесь речь идет о том, что все частные функции полезности рассматриваются не как равновесные, а как иерархически упорядоченная система функций полезности, обладающих разными весами (выбор которых, наряду с выбором самих функций, собственно, и составляет содержание процесса принятия решения).

В классической теории принятия решений центральный вопрос связывают с аксиоматикой «рационального» выбора. В конечном счете, при апелляции к методам классической теории принятия решений выбор сводится к бинарным отношениям предпочтения. Однако классические рациональные основания выбора не универсальны, а представляют собой лишь ограниченную часть оснований, на которых могут строиться разумные и естественные механизмы выбора решений.

На практике используется богатая палитра методов принятия решения: аналитические (параметрический анализ, морфологический анализ, идентификация, прогнозирование, оптимизация), имитационное моделирование, экспертные и иные методы. Широко распространена также и следующая классификация методов принятия решений: