Чтение онлайн

Этот факт прояснился в ходе дальнейшей работы с пациенткой. Психиатрам давно известно, что преследователя в шизофренической иллюзии определяет половой аппарат. Но намного более глубокое биофизическое значение имеет сильное ощущение жизненного потока во всем теле, а не только в гениталиях, которые становятся инородными у юношей и девушек в той же степени, что и у психически больных. Половые органы преобладают потому, что их возбудимость вызывает самые сильные жизненные ощущения.

Я сказал пациентке, что теперь перед ней стоит задача научиться чувствовать область своих половых органов так же четко, как она чувствует другие части тела. Она позволила себе дышать полной грудью, но ее лицо всякий раз покрывалось пятнами, когда она ощущала потоки в области таза. Сначала я наблюдал у нее сильные судороги бедер. <Силы> начинали прорываться в область, к которой они принадлежали: а именно в область половых органов.

Пациентка пространно описала, что она испытывает, когда <это начинает происходить в той области>. <Силы> как-то делают, что предметы в комнате вокруг нее <производят странное впечатление>. Не то чтобы все предметы изменяли свои очертания; но они приобретали живую выразительность, означающее живое существование. <Из них неожиданно появляется что-то странное, они, кажется, хотят сообщить мне что-то важное, как будто они живые.> Затем она смутилась и разволновалась.

Сначала я не мог понять, почему предметы вокруг нее <становились живыми>, когда она была близка к половому возбуждению. Потом стало ясно: в состоянии сильного биосексуального возбуждения поле оргонной энергии организма значительно расширяется; все чувственные ощущения становятся более острыми и сильными. Поле оргонной энергии вокруг нее, наблюдаемое в очень ярких чувственных впечатлениях, проявилось как инородная странная сила, которая оживила предметы в комнате.

Соответственно, проецируемое психическое ощущение преследования появляется как истинное восприятие реального процесса: психический больной ощущает свое собственное поле оргонной энергии находящимся вне его. Ощущения удовольствия, такие как гомосексуальные идеи или идеи разрушения, являются вторичными для восприятия поля оргонной энергии.

Давайте сделаем небольшое отступление и рассмотрим, насколько верным является это предположение по отношению к моей пациентке.

Датчик поля оргонной энергии, созданный в 1944 году, подтвердил существование поля оргонной энергии за пределами поверхности кожи человека.

Оргонно заряженный электроскоп реагирует только на энергию движущихся ладоней.

Бионы, которые сильно заряжены оргоном, убивают бактерии и раковые клетки на расстоянии и притягивают другие тела. Эта способность исчезает, когда наступает смерть.

В существовании <шестого чувства>, т. е. восприятия оргонного поля вне поверхности организма, можно не сомневаться.

Я хотел бы упомянуть здесь два случая параноидной реакции, которые подтверждают тот факт, что мания преследования в некоторых случаях вытекает из восприятия оргонной энергии за пределами поверхности кожи организма.

Несколько лет назад я лечил женщину, которая страдала от вагинальной анестезии. Она была замужем, но никогда ничего не испытывала в области таза. Через некоторое время начал появляться оргазмический рефлекс; вскоре он довольно сильно развился, и женщина стала реагировать на естественное психологическое функционирование вагинальной слизистой и желез. Она рассказала, что ее муж, казалось, был удовлетворен их отношениями. Однако через несколько недель она, крайне напуганная, привела своего мужа: у него развилась мысль, что я злонамеренным способом влиял на него электрическими потоками через ее вагину. Сразу было видно, что у него развилась параноидная мания преследования. Он попал в клинику с диагнозом <параноидная шизофрения>. Почему муж разрушился психологически, когда у его жены развились сильные вагинальные потоки и возбуждения? Мы не могли получить ответ на этот вопрос до тех пор, пока не были открыты функции оргонной энергии организма. Теперь было ясно: его собственная энергетическая система могла переносить половые объятия только до тех пор, пока не появлялись сильные ощущения. Когда его жена стала поправляться, ее организм вызвал в нем потоки и сильные ощущения, что привело к расколу в параноидной форме. Я лечил его жену; следовательно, я влиял на него электричеством через ее вагину. У него проявились типичные шизофренические симптомы.

Этот случай показывает, что в организме одного супруга начинают происходить психологические изменения, когда изменяется половое функционирование другого. В оргонной терапии часто случается так, что состояние мужа или жены ухудшается, когда в лучшую сторону изменяется биоэнергетическая ситуация у партнера, который находится на лечении.

Но вернемся к нашей пациентке. В течение следующих нескольких недель она была счастлива, хорошо работала и не имела никаких иллюзий; казалось, <силы> ушли. Но однажды она посетила своего личного психотерапевта и сказала ему, что не знает, продолжать ли со мной работу, поскольку она не понимала механизмы, которые я ей объяснял.

При встрече она злобно отвернулась от меня и вела себя надменно и высокомерно, как будто она презирала меня. Лечение сделало ее неспособной жить в реальном мире нормальных человеческих отношений. Как она сможет существовать в этом мире, если она будет вести нормальную половую жизнь? Она хорошо знала, сказала она, что все люди больны; а она не хочет менять свой мир на реально существующий.

Она отказалась от моего предложения развить способность жить без ухода в свой шизофренический мир и ответила, что мир, каков он есть, навязывает слишком жесткие ограничения и полон страданий. Она предпочла свой мир иллюзий, где она сама себе была хозяйкой и где ее защищали <силы>.

Ее мнение о социальной ситуации, поскольку ее интересовал сексуально-экономический способ жизни, казалось вполне разумным. Ни одна из ее критических мыслей не могла быть опровергнута соображениями человеческого благополучия, общественной безопасности или моральной целостности. Приведу пример. В течение ее полового созревания у нее были моменты нормального психического состояния и ясного суждения: она страстно желала найти юношу, который обнимал бы ее и которого она бы любила. Но затем появились признаки тревоги: а где любить его, и что делать сродственниками, которые бы мешали и досаждали ей, догадываясь, что она делает: она боялась, что ее отправят в интернат. В то время она еще не знала, что позже она проведет много лет в психиатрической больнице. Но ее страдания из-за расстроенной возбудимости тела стали такими сильными, что в конце концов она переступила порог психиатрической клиники.

Следовало ли ей подчиниться своей деспотичной матери, которая придиралась к ней весь день. ненавидела ее отца, говорила о нем с пренебрежением, оскверняла его имя всякий раз. когда могла, потому что он ушел от нее? И как она могла развивать свой заметный интеллект в некоторой области, когда у нее не было собственной комнаты, когда ее мать вскрывала все письма, адресованные ей? Она была зажата между своим сверхсильным телесным желанием мужчины и социальной невозможностью в ее жизненной ситуации удовлетворить это желание. Тогда впервые предметы вокруг нее <ожили и стали что-то говорить>. Сначала она была в недоумении; но когда эти ощущения стали сильнее, она испугалась и окончательно обеспокоилась. Где заканчивалась она и где начинался мир вокруг нее? Она понимала это все меньшее и меньше. Клиника стала казаться ей убежищем от сильного напряжения и преследования со стороны ее собственного организма...

В течение следующих недель с ней было легко работать; она хотела, чтобы я освободил ее от <наблюдений живых объектов другого мира>, которых она сильно боялась.. Я попросил, чтобы она описала этот другой мир. Она нарисовала следующее:

... Могущество <сил> проявлялось в их способности открывать ей другой мир, когда ей было плохо в реальном мире, хотя она прекрасно знала, что другой мир не был реальным.

Пациентка начала ощущать онемение в горле. Впервые за несколько месяцев она поняла, что я имел в виду, когда говорил ей, что ей следует попытаться выдавить из себя воздух; что ей следует позволить своей грудной клетке <сойти вниз>.

Она чувствовала беспокойство, когда ее грудная клетка двигалась вниз и воздух проходил через ее гортань. Когда она почувствовала сильное возбуждение в нижней части живота, она сказала: <Я боюсь чего-то, чего я не чувствую, но знаю, что оно здесь...>

Проецирование и мистификация потоков ее тела были результатом недостатка ясного восприятия оргономического ощущения, которое все же чувствовалось.

Очень трудно выразить подобные биофизические функции словами. Эти функции лежат за пределами сферы слов и мыслей. Очень трудно сформулировать в словах наблюдение, в котором процесс в организме уже ощущается и все еще не ощущается как собственный. Но здесь не может быть никакого сомнения в том, что это действительно ключ к пониманию шизофренического раскола и проекции телесных ощущений. Ее острый ум вновь проявил себя, когда она спонтанно сформулировала различие между истерическим и шизофреническим переживанием: первое, сказала она, заключается в отчуждении органа от общего восприятия тела; второе заключается в том же отчуждении плюс неверное истолкование и мистификация отделенного восприятия.