ЖАНРЫ

Anamnesis vitae. (История жизни).
Шрифт:

— От врагов.

— Понарошку?

— Враги — понарошку. А убежим — по-настоящему, — Зара подставила под люк лестницу-стремянку.

— A-а, это как учения, да? — сообразил Мишка.

— Да, мой золотой, да! — Женщина подхватила его под мышки и поставила на верхние ступени лестницы. — Лезь давай! Только осторожно! И наверху жди меня, на крышу пока не суйся. Понял?

Малыш кивнул головой и резво полез наверх. Зара — за ним.

«Только бы успеть!» — твердила про себя женщина.

Господи, только бы успеть выбраться из дома, пока неожиданный враг не швырнул свой факел в наполненный газом дом! Сколько у них с Мишкой осталось времени: минута, две? Или уже вовсе не осталось?

— Ма, а я уже залез! — раздался сверху победоносный крик сына.

— Ах ты мой молодец! — похвалила его Зара. — Только не надо кричать, ладно? Никто не должен знать, что мы убегаем. Это же игра такая, забыл? Говорить надо шепотом.

— Я понял! — пронзительно прошипел Мишка. — Давай залезай сюда скорее!

— Уже тут, — женщина наконец перевалилась с лестницы на пыльный пол чердака и тут же вскочила на ноги, пребольно ударившись головой о потолочную балку.

Вредный Мишка захихикал.

— Злорадствуешь? — Зара щелкнула его по затылку. — Ладно, полезли на крышу. Времени нет!

— А почему? — поинтересовался сын.

Женщина промолчала. В самом деле, не объяснять же ему, что вот-вот их дом превратится в огромный огненный шар. Вместе со всем содержимым. И только от них самих зависит сейчас, будут ли они в числе этого самого содержимого.

— Потом объясню, — отмахнулась она. — А пока лезь за мной. Теперь я первая.

С трудом Зара протиснулась в маленькое окошко и оказалась на крыше. Распласталась по холодной жести и с наслаждением принялась глотать чистый холодный воздух, от которого даже закружилась голова.

— Мишка, давай ко мне. Только тихо и не поднимайся. Ползком, как партизан.

В окно ужом выполз сын. Улегся рядом на крыше и, старательно не поднимая головы, спросил:

— Ну что? Прыгать будем?

Зара медлила. Осторожно, боясь выдать себя, она приподняла голову над коньком крыши, выискивая незнакомца. Тот стоял все там же, всматриваясь в запечатанные окна дома и слегка покачивая факелом. Будто ждал чего-то.

— Кто же ты такой, гад? И чего к нам привязался? — с ненавистью прошептала цыганка.

— Кто, ма? — встрепенулся Мишка и начал было приподниматься, чтобы посмотреть.

— Лежи, не высовывайся! — шикнула на него мать и придавила рукой к крыше. — Я тебе потом все расскажу, ладно? А сейчас — спускаемся и бежим отсюда!

Очень осторожно она принялась сползать вниз, пытаясь нащупать ногами край крыши и увлекая за собой сына. Наконец ее кроссовки уперлись в водосточный желоб, тянущийся по краю.

— Мишка, лежи здесь и не двигайся! — приказала она и принялась разворачиваться.

Свесившись с крыши, Зара посмотрела вниз. Высоко! Если просто прыгать — можно и ноги переломать. Придется по-другому.

Она поудобнее устроилась на краю, прочно зацепившись за какие-то выступы ногами и левой рукой.

— Мишка, сползай осторожно ко мне. Как лежишь — ногами вниз!

— Ползу! — прошипел в ответ сын и в пару секунд оказался рядом.

Зара протянула ему свободную правую руку:

— Вот, держи: хватайся обеими руками и держись крепко-крепко! — и почувствовала, как в руку до боли вцепились Мишкины пальчики. Женщина изо всех сил обхватила тонкое детское запястье. — А теперь сползай с крыши. Я тебя держу. Когда повиснешь на моей руке, я скажу когда ее отпустить и прыгнуть. Понял?

— Понял! — Показалось, или голос малыша в самом деле дрогнул?

Зара присмотрелась: нет, не показалось! Мишка выглядел испуганным.

— Ты, главное, не бойся! Я тебя удержу. А когда повиснешь — там совсем немного до земли останется. Для тебя — раз плюнуть! — как могла, постаралась она ободрить сына.

— А я и не боюсь! — немного обиженно заявил малыш и решительно пополз вниз.

Зара приготовилась… вот уже ноги Мишки повисли над землей. Теперь малыш лежал на крыше, навалившись на нее грудью и животом, не решаясь покинуть твердую поверхность окончательно.

Женщина сильнее сжала в руке запястье сына.

— Молодец, теперь давай вниз! Я тебя держу.

Мишка кивнул и с коротким писком сполз с крыши.

Рывок! Зара едва удержалась на покатом жестяном склоне. Правое плечо пронзила резкая боль. Но главное было достигнуто: Мишка висел теперь гораздо ближе к земле!

— Теперь отпускай на счет три. Готов? — прошептала она.

— Готов! — уже бодро ответил снизу сын.

— Раз! Два! Три! — и разжала руку, почувствовав, как в этот же момент разжались и Мишкины пальцы.

Снизу раздался негромкий шлепок. Зара перегнулась через край крыши и спросила:

— Ты как?

Нормально! — весело ответил сын и махнул ей рукой. — Прыгай сюда!

— Сейчас, — пробормотала она и, вцепившись пальцами в водосточный желоб, сползла с крыши.

Повиснув на руках, Зара услышала, как трещит под ее тяжестью водосток. И не стала дожидаться, когда он отломится — просто разжала пальцы.

— Ну как? — поинтересовался Мишка, когда мать оказалась рядом.

— Все в порядке! — шепнула она, чмокнула сына в щеку и скомандовала на ухо. — А теперь — бежим!

И они помчались прямо по огородным грядкам, сначала по своим, потом — по соседским. Зара старалась бежать так, чтобы между ними и страшным гостем оставался их дом.

Вдруг стало светло. Ярко-оранжевый свет выхватил из сумрака все, что в нем пряталось.

— Ма, что это? — удивленно спросил Мишка, остановившись.

Ответить Зара не успела. Невидимая, но сильная рука мягко толкнула ее в спину. Да так, что пролетев кувырком несколько метров, цыганка распласталась лицом вниз в холодной луже. И тут же раздался грохот взрыва.

Поделиться с друзьями: