Чтение онлайн

— А сами-mo вы где, кроме Питера, выступаете?

— Два концерта должны были пройти в Симферополе. Поселить нас должны были в пионерском лагере «Артек» вместе с пионерами, но что-то не срослось. Выступали в Доме культуры местной милиции. Причем даже туда пришли гопнички, которые говорили, что лучше нам на сцену не выходить, потому что иначе — все, убой. Не поверишь, но нам даже пришлось вызвать ментов. В зале было шестьсот мест, а набилась тысяча человек. Семьдесят пять кресел сломали, и следующий наш концерт отменили.

— Складывается впечатление, что гопничков становится все больше. В Сибири куда ни приедешь — везде они. Как с этим в европейской части страны?

— Про Казань, думаю, можно не говорить, да? Когда рокеры туда приезжают, их вообще из гостиницы без сопровождения не отпускают. Гостиница — зал — гостиница — самолет.

— А в других городах?

— Да в общем, кроме Питера, почти везде: появишься на улице с хаером или серьгой — тут тебе и пиздец. Недавно ездили в Харьков на фест «Рок против сталинизма». Так там гопники даже в буфет с пиками пролезли. Еле отвязались от них. Я же говорю: единственное место, где «Гражданская Оборона» может нормально жить, — это Петербург.

Владимир Маво — бывший комсомольский работник

Сам я крымский и могу рассказать, как был организован концерт в Симферополе. Идею предложил их петербургский директор Фирсов, а я сходил и договорился с администрацией Дома культуры милиции на два концерта.

Билеты продали все до единого. Мест в зале не было. Но за два часа до концерта пришли местные панки в тяжелых горнолыжных ботинках и начали вышибать двери ногами. Короче, в зал, который вмещает человек четыреста, набилось полторы тысячи.

Но в то же время помимо панков существовали еще любера — гопники, которые панков били. Они пришли к продавцам билетов и говорят:

— Все, товарищи! Кранты! Всех на ремни порежем!

Побоище намечалось конкретное. Ну, я, как устроитель, смотрю, где охрана. Стоят два калеки с палочками — и все! Я их спрашиваю:

— А где наряд?

Они отвечают:

— Мы и есть наряд!

Я побежал в отделение милиции.

— Вы знаете, что у вас под боком творится?

— А что?

— Там, в Доме культуры милиции, «Гражданская Оборона» играет!

— Ну и нормально!

— Да вы что, с ума все посходили? Сейчас ТАКОЕ начнется! Снимайте наряды со всего города и давайте всех сюда! Тут сейчас битва будет!

Они не понимают:

— Да какая битва-то?

Мы выбежали из отделения. А там недалеко до Дома культуры — метров тридцать. И видим: вокруг только тучи такие клубятся…

Сергей Фирсов — бывший директор группы «Гражданская Оборона»

У меня, как у директора группы, была довольно жесткая финансовая политика. Деньги всегда должны быть уплачены ДО начала концерта. Типа, утром деньги, вечером стулья. Тогда ведь нормальной практикой было всех динамить и гонорары почти никогда не платились. А я стоял насмерть: пока деньги не уплачены — группа на сцену не выходит.

И тут какой-то человек решил сделать «Обороне» два концерта в Симферополе. Зал был не очень большой, человек на четыреста. Разумеется, набилось битком. Все орут: «„Оборону" давай!» Я говорю:

— Все! Гоните бабки!

И нам заплатили за два концерта сразу. А больше половины концерта мы никогда и не играли. А уж чтобы два концерта подряд — такого вообще ни разу не было. Очень выгодно: получаешь деньги за два концерта, а играешь половину одного — и сматываешься!

Естественно, зрители за полчаса разгромили зал в клочья. Ни одного целого кресла не осталось! Там были такие деревянные шлепающие кресла — ломаются они на раз. Замечательно! Они за полчаса все разгромили, и мы сразу же закончили.

После концерта была еще громадная драка с гопниками. Естественно, когда все кончилось, нажрались все в хлам. Поселили нас в безумном квартале: жуткие мазанки, корявые улочки. Причем прямо посреди города: стоит здание горкома партии, а сразу за ним начинается эта жуть. И мы там жили.

В группе тогда играл барабанщик Аркаша. Он нажрался самый первый. Все еще прыгают, бегают, костры какие-то жгут, а он уже упал. Потом все наконец легли — и вдруг Янкин безумный крик. Все вскакивают. Оказывается, Аркаша встал и, никуда не отходя, начал ссать просто на всех, кто лежал рядом.

Янка оказалась суперженщиной. С ног она его сбила одним ударом, за ногу вытащила во двор, села на него сверху и отхуячила так, что рожа была — сплошной синяк. Джефф еле ее оттащил.

Владимир Маво — бывший комсомольский работник

Фирсов тогда после концерта схватил какую-то бабу и унес к себе. А Аркаше в результате было негде спать. Он лег на полу, а посреди ночи проснулся и обоссал тех, кто спал рядом. Его тогда очень сильно отмудохали. Янка села на него сверху и долго била затылком об пол, а Джефф хуячил так, что отбил себе ногу и с утра не мог ходить.

Утром Аркаша пытался спрятать синяки за очками, но очки у него были маленькие, а синяки большие.

И синяки торчали из-под очков. После того как Янка его отпиздила, спать она ушла ко мне. Остаток ночи мы провели вместе: лежали рядом и к утру Янка меня провоцировала… по крайней мере, мне кажется, что провоцировала.

Вадим Кузьмин (Черный Лукич) — новосибирский музыкант

Сейчас народ очень пьющий стал. А тогда очень красивое время было. Мало пили, наслаждались творчеством, общением, друг другом. Вокруг все серое, менты, го-пота, на улицу выйти страшно — полный пресс. Но мы держались друг за друга и были счастливы.

Егор и Янка — это такие отцы-основатели сибирского панка. Но когда смотришь на подонков, приходящих сегодня на Егоровские концерты, то трудно поверить: неужели мы были отцами всего этого ужаса?

Мы жили очень бедно. У Егора, конечно, была куча книг и пластинок, но жили действительно бедно. Зато отношения были чистыми. Очень мало бухалось. Достаточно мало курилось. Отношения с девочками — блядства вообще и в помине не было! Это было как коммуна. Как братство. И очень странно, что все это переросло в такое уродство.

7

«Армагеддон-Попс»

(Альбом группы «Гражданская Оборона» 1988 год)