Чтение онлайн

С этой целью демагоги от исторической науки – а их, повторим, в десятки раз больше, чем серьёзных исследователей, – поставили знак равенства между авторитаризмом и тиранией. СССР им не интересен, их задача – разрушить современное российское государство.

Политическая деятельность не имеет никакого отношения к науке, но демагога и манипулятора это не беспокоит. Для демагога нет слишком сильных терминов, он кричит о тирании всякий раз, когда полицейский ударит дубинкой малолетнего демонстранта.

Однако суть тирании – вовсе не в жестокости силовых структур.

Тирания начинается там, где граждане страны оказываются в заложниках у тирана.

Тиран уничтожает не только своих внутренних врагов, настоящих и мнимых, но их семьи.

Тиран убивает не только своего врага, но его жену и детей.

Любой современный российский гражданин, резко недовольный авторитарной системой управления, может свободно уехать из страны вместе с семьёй. Многие так и делают.

Из СССР времён Сталина уехать было нельзя. Только сбежать.

Тиран желает властвовать не только над миром живых, но и над миром усопших. От тирана нельзя скрыться, даже совершив самоубийство. Тиран отомстит и мёртвому.

В этой книге будет сделана попытка непредвзятого исследования механизмов тирании, применительно к фигуре Сталина. Ибо, говоря о фигуре Микояна, нельзя умолчать о Сталине.

Микоян работал под непосредственным началом Сталина с 1926 по 1953 год – 27 лет. Он входил в «ближний круг» Сталина. Их отношения трансформировались от товарищеских до резко враждебных.

Но мы докажем, что Микоян, более четверти века исполнявший волю тирана, однажды нашёл в себе силы не только отречься от Сталина, но и помочь это сделать другим.

Мы проследим моральную, идеологическую трансформацию Микояна, мы обнаружим, что он был человеком титанического склада ума и характера, и в этом смысле вполне конгениален Сталину.

Мы обнаружим, что Микоян – политик, равный Талейрану, крупнейший дипломат, принципиальный проводник социалистических идей на планете.

В искусстве дипломатии Микоян превзошёл Молотова, и тот ему этого никогда не простил.

Микоян вёл переговоры с Мао Цзэдуном, с маршалом Иосипом Броз Тито, Хо Ши Мином, Ким Ир Сеном, Фиделем Кастро, Дуайтом Эйзенхауэром, Джоном Кеннеди. Микоян держал в своих руках нити тайной дипломатии ХХ века.

В истории СССР Анастас Микоян – один из десяти или семи ключевых персоналий: это один из атлантов, державших на плечах первую в истории мировой цивилизации социалистическую страну, один из её создателей; один из главных моторов невероятного эксперимента.

Через личность Микояна постигается весь советский проект, вместе с Лениным, Сталиным, Хрущёвым и Брежневым.

Поразительно сейчас сознавать насколько быстротечна оказалась история СССР. Всего 70 лет. Одна человеческая жизнь. Пройдёт время, и историки будут особо отмечать именно кратковременность этого промежутка.

Пройдёт 200 лет – и эти наши «70 советских», от Ленина до Горбачёва, будут казаться неким казусом.

Но при этом масштабы содеянного за эти краткие 70 лет – поистине колоссальны. Это никак невозможно отрицать. Кровь лилась рекой. Живых людей, мужчин, женщин, подростков и даже детей, уничтожали целенаправленно. Ценой многих жертв страну укрепили, полностью реформировали, превратили из крестьянской, аграрной – в индустриальную, построили города, освоили необъятные территории, победили в самой страшной войне за всю историю человечества, восстановили страну после войны, обрели сверхоружие как гарантию безопасности, во избежание новой войны.

Этот рывок, не имеющий аналогов в мировой истории, по факту был совершён вовсе не за 70, а приблизительно за 40 лет, с 1917 по, например, 1957-й – в том году полетел спутник; Хрущёв уже держал в руках ключи от всей планеты.

Брежнев получил в распоряжение уже готовую сверхдержаву с населением в 200 миллионов человек, с атомными бомбами, космонавтикой, с международным авторитетом, с самостоятельной внешней политикой (к сожалению, убыточной), с мощной взбудораженной культурой: конец хрущёвской эпохи и был наивысшей точкой развития планетарного советского проекта.

Вот о чём будут спорить историки будущего. Как такое было возможно за четыре десятилетия? Совершенно фантастический созидательный рывок. Такое было совершено только один раз и очень давно, в других цивилизационных обстоятельствах – при Петре I.

Подобные невероятные свершения были возможны в России только при одном условии: максимально жёсткой власти, то есть при диктатуре.

Весь советский проект длиной в 70 лет был диктатурой. Он изначально задумывался Лениным как диктатура. Моисей, когда вёл свой народ 40 лет по пустыне, тоже был диктатором: ему верили и подчинялись безоговорочно. Библейские 40 лет похода Моисея, как ни странно, соответствуют 40 годам взрывного развития СССР: не три десятилетия, не пять, а именно четыре.

Под диктатурой Ленин полагал железную дисциплину и суровые наказания для врагов. Беспощадное физическое уничтожение врагов нового строя провозгласил именно Ленин, в декрете-воззвании от 21 февраля 1918 года «Социалистическое отечество в опасности», – для Сталина он стал Нагорной проповедью.

Сталин делал только то, чего хотел его учитель.

Согласно учению Ленина, диктатура пролетариата в новом обществе должна была сочетаться с демократическим принципом управления. Страной управляла социал-демократическая партия большевиков. Высшим органом партии был Центральный комитет, а самым высшим, выше некуда – Политбюро Центрального комитета: 10–15 человек, вершащих судьбы страны. Микоян входил в их число.

И в ЦК, и в Политбюро все решения выносились на свободную дискуссию и решались демократическим путём, голосованием. Демократический принцип, то есть следование воле большинства, был заявлен в самом названии партии. 10–15 человек регулярно собирались и обсуждали важнейшие решения под протокольную запись. Сам Сталин старался соблюдать демократическую процедуру, хотя бы формально: достаточно прочитать протоколы заседаний. Исключение составляет лишь период войны, 1941–1944 годы, когда собираться было просто некогда; по свидетельству самого Микояна, все члены высшего руководства страны просто созванивались несколько раз в день и все проблемы решали по телефону.

Советская диктатура не совершала преступлений в современном юридическом смысле.

Колоссальный рывок предполагал колоссальные жертвы.

Современные историки уже давно не спорят о репрессиях Сталина: все факты давно доказаны.

Ключевой аспект обсуждения фигуры Сталина – не в количестве расстрелянных врагов народа. Сейчас основной вопрос российской исторической науки заключается в том, был ли Сталин сознательным архитектором, принципиальным конструктором нового общества – либо просто властолюбцем, который вершил свои деяния наугад, следуя лишь стремлению подчинять нижестоящих.