Чтение онлайн

В конце концов жена мямли-братца догадывается поговорить с Героем-Другом-Детства, и тот ей всё объясняет. Она бросается к ЛС просить прощения за то, что плохо о ней думала. И происходит между ними примирительная беседа, как всегда, до ужаса дидактическая, в которой мадам устами ЛС обвиняет, обличает и проповедует. «Блаблабла, милая девочка, вот тебе моя многабукв, а меня ненавидят за то, что я справедливая. Плохие Дяди обзывают меня лютой и бесчувственной - но на самом деле я справедлива, раз не питаю к ним спонтанных, не вызванных рассудком, незаслуженных чувств.» И вообще, поучает ЛС, справедливость - противоположность благотворительности. У жены мямли-братца от слова «справедливость» случается просветление - она всё поняла. И читатель тоже всё понял - «альтруисты» несправедливы, а «атланты», соответственно, справедливы. Вот оно что, Михалыч. (Вообще справедливость - штука многогранная. И отнюдь не тем, кто богатеет, присваивая прибавочный продукт, рассуждать о своей справедливости. Опять же забавно: справедливы ли обвинения Плохих Дядь в лютости Лютой Сестры? Таки справедливы - ибо эта дамочка ведёт себя совершенно как мороженая рыба, и нетрудно посчитать с помощью поиска буквосочетания «улыб», сколько раз она улыбается по сравнению с другими персонажами (притом если и улыбается, то обычно насмешливо, печально, с горьким удовлетворением или угрожающе - и лишь считанные разы радостно)).

Дальше идёт совсем уж возвышенная философская беседа в стиле «Диалогов» Платона (или в стиле «Поучения Шри Кришны его ученику Арджуне перед битвой на поле Курукшетра»). «Как стать настоящей, незамутнённой ТП, подобно тебе, неисковерканной этим ужасным миром?» - смиренно вопрошает жена мямли-братца. «Для этого есть Главное Правило ТП, которому я неукоснительно следую», - ответствует ЛС.
– «Не ставить ничего - ничего!
– выше суждений своего разума. Пока ты ещё дурочка-дурочкой - но лишь возомни себя умнее всех, а свой ум совершенным инструментом - и ты с лёгкостью сможешь превзойти сожжение Коперника, достигнуть высших стрелок осциллографа и иных кочегаров тепловозов!» «О, спасибо, я долгие годы искала ответ - а теперь внезапно всё поняла и достигла просветления!» «Внимай, ибо это чувство есть самое благородное и высшее на свете.» «Впервые за много месяцев во мне зажглась надежда! А то я совсем извелась, стала даже подозревать, не являюсь ли я, случаем, всего лишь персонажем глупого дамского романа и не оттого ли вокруг такой безнадёжный бред происходит…» Окрылённая надеждой ученица уходит, такая хрупкая-беззащитная. Мямля-братец видит её приход домой, и, распсиховавшись, шваркает об стену старинной вазой венецианского стекла - и наслаждается от мысли, что миллионы семей живут так, что могли бы год прожить на стоимость этой вазы.

Но напрасно окрылялась надеждой жена мямли-братца - в итоге всё заканчивается плохо, она вскоре самоубивается, ибо законы дамского романа неумолимы.

***

Мадам-авторша сурово мстит маловеру-читателю за эту смерть, послав в него сразу несколько отравленных стрелок осциллографа.

Для начала она описывает совершенно удивительную историю с обрывом медного телеграфного провода на калифорнийском участке ж/д концерна. Мало того что мадам-авторша не подозревает, что телеграфная проволока делается из стали - так она ещё в поэтичных деталях живописует, как переслужившая свой срок медная проволока висела-висела, провисала-провисала, и наконец оборвалась от накопившейся водяной капли (не ветер её доконал, не птица, не вибрация от проезжающих поездов - а капелька дождя. Медную проволоку, ага, которая типа так обветшала - это ж сколько столетий она так висела, спрашивается?) Далее мадам описывает муки местного филиала ж/д концерна, неспособного починить этот обрыв: медь в ужасном дефиците (сказываются объединённые усилия Медного Олигарха и Плохих Дядь), последние остатки остродефицитной медной проволоки спёр завскладом и толканул теневым делягам, которых покрывает коррумпированный чиновник в Вашингтоне. В филиале все боятся взяться за ремонт этого обрыва: ответственность сразу ляжет на инициативного, и провал, соответственно, тоже. В итоге некий мелкий работник звонит ЛС в НЙ из телефона-автомата, за свой счёт - сообщает о беде, и ЛС принимает Чертовски Умное Решение перебросить последние запасы медной проволоки из филиала в Монтане - ибо калифорнийская ветка важнее, там ведь возят последние остатки добываемой нефти. (Что можно починить обрыв множеством иных способов, а не только полной заменой проволоки, мадам-авторша и не подозревает - не атланчье это дело, она же писательница, ёпта, высокоинтеллектуальная специалистка по топ-менеджменту железных дорог и сталелитейной промышленности, а не быдломонтёр неразумный; её дело поучать, а не в деталях разбираться).

Итак, мяч у Лютой Сестры. Она на очередном совещании, на котором истерит мямля-братец. После смерти жены он стал совсем истероидом. ЛС вполуха слушает его истерики и вспоминает грустную историю про то, как состав со сталью директивно отправили вместо остро нуждавшегося в ней передового предприятия, ждавшего эту сталь 2 недели - в другой штат, чтобы отдать её градообразующему предприятию, уже год находящемуся на грани банкротства. В итоге обанкротились оба предприятия. Жителей обанкроченного города посадили на пособие - но поскольку в опустевших житницах для них нельзя было найти продовольствие, то пришлось отнять семенное зерно у фермеров Небраски. Читатель стряхивает со своей толстой шкуры очередную стрелку осциллографа: ага, а если бы разорившихся горожан не посадили на пособие, то и зерно не пришлось бы отнимать. Зерно, ясное дело, тоже бы автоматически появилось в житницах (понятное дело - оно родилось бы в результате товарно-денежного обмена за продукцию этих заводов, бгг).

Пока замучанный стрелками осциллографа читатель отплёвывается и оттирает экран электронной книжки, мадам быстренько протаскивает вывод о тождественности грабителей и благотворителей. Ведь ужасные последствия их дел неотличимы, объясняет она: поди разбери, какие города уничтожены в результате деятельности Коррумпированного Чиновника, делающего себе дворцы и яхты, и какие города уничтожены в результате действий Благотворительного Чиновника, отнимающего чью-то еду чтобы обеспечить ей тех, кто на неделю ближе к голоду. И тот и другой, объясняет мадам, одинаковы по сути и по духу, в основе их действий лежит потребность, одному нужны яхты, другому еда, и для них это достаточное основание чтобы отнимать у других, и нечего жалеть недоедающих - ведь они сами легко принимали отнятое у других топливо, и так далее. Все, короче, грабители, всех пороть.

А мямля-братец тем временем наезжает на ЛС: мол давай, спасай ситуацию. «Это твой долг, блаблабла, ты обязана нас спасти. Ты ведь равноценна нашему Великом Предку. Ведь у тебя есть разум, у меня нет - но я твой брат, и хочу владеть ж/д концерном, и имею такое же право, блаблабла. Такова реальность - фигли ты не принимаешь её как есть?» Тогда ЛС требует от мямли-братца, чтобы они со своими грабителями ушли и дали дорогу тем, кто может всё исправить и начать с нуля. «Нет!!!» - орёт мямля-братец.
– «Я здесь на 8 аршинах сидел и сидеть буду! Ты моя сестра и обязана спасать!» ЛС в отвращении пытается уйти, но мямля-братец, посмотерв на часы, её задерживает и с важным видом включает радио, мол, смотри как я умею - сейчас должны передать Очень Важное Сообщение. Вскоре диктор зачитывает новость, но голос его невесел: только что правительства Чили и Аргентины объявили о национализации империи Медного Олигарха - но ровно в 10 часов, как только председательствующий ударил молотком, вся империя Медного Олигарха нахрен взорвалась - все шахты, корабли и склады (людей рассчитали и вывели с предприятий на час раньше). И все остались с носом, вместо того чтобы вкушать от пирога. Никаких следов подготовки этой акции полиция не нашла. А сам Медный Олигарх исчез - и все способные администраторы, геологи и инженеры тоже исчезли. «Поправка: исчезли самые эгоистичные» - многозначительно поправляется диктор, чтобы читатель сам убедился, что «способный»=«эгоистичный». ЛС торжествует, а мямля-братец бьётся головой об стену, пытается дозвониться то в Чили, то в Аргентину, то в Вашингтон, визжит от горя и пускает обильные пузыри.

***

ЛС и Олигарх-Изобретатель ужинают в дорогущем ресторане. На них смотрят, узнают - они знамениты, их любовная история внушает людям разные чувства, кто ненавидит, кто восхищается, кто завидует. Обсуждают проделку Медного Олигарха. Олигарх-Изобретатель жалуется, что устал шакалить по стране, ища противозаконные пути приобретения сырья. Притом с него пока все ограничения на выплавку ниибацца-сплава то ли сняли, то ли закрывают на них глаза - а вот с сырьём задница. А меди скоро совсем не будет. А ещё Олигарх-Изобретатель рассказывает, что в стране назревает голод (Шо, опять?! У мадам же уже была описана куча голодных смертей, правда, она на время о голоде забыла.) Кругом полный крах сельского хозяйства (вот для чего мадам нам рассказывала историю про семенное зерно, ушедшее рабочим разорившегося завода). Олигарх-Изобретатель сообщает, что последняя надежда Этой Страны - Миннесота. Там, несмотря на полный развал и разорение в сельхозпроизводстве, чудом и героическими усилиями фермеров вырос хороший урожай зерновых после череды неурожаев - и его необходимо спасти. И если действовать решительно, то зиму Этой Стране удастся пережить. Нужна сельхозтехника - её катастрофически не хватает. Весь утаённый металл Олигарх-Изобретатель уже продал в кредит производителям сельхозмашин (он пространно оправдывается, что это не благотворительность, а поддержка способности вместо потребности, поддержка упрямых способных производить вместо клянчащих потребителей). Короче, наши бравые олигархи собираются спасти от голода Эту Страну ещё на одну зиму.

А вокруг начинает истерить ресторанная публика, обсуждая подлый поступок негодного Медного Олигарха - да как он посмел так всех наипать, да это наверняка всё случайные совпадения, они-то думали, что живут в век братской любви и доброты, блаблабла, им страшно. А за окном висит огромный календарь на самом высоком небоскрёбе НЙ (этот календарь мадам время от времени упоминает по ходу сюжета). И вот наступает полночь, с небоскрёбного календаря сползает уходящая дата - а вместо завтрашней даты появляется привет, огромными рукописными буквами:

Брат, ты просил меня об этом!

Подпись: Полное-Длинное-Испанское-Имя-Медного-Олигарха

(Глава называлась «Сторожа братьям своим» и в ней несколько раз обыгрывалась фраза Каина «разве я сторож брату своему»)

ЛС и Олигарх-Изобретатель в восхищении.

***

Ну, держись, читатель! Маразм крепчает, отравленные стрелки осциллографов впиваются всё ближе и ближе к твоему мозгу - там, где шкура не такая грубая, там, где так тонка височная кость. Оборвало ещё один Медный Провод (тм) - теперь в Монтане. И не телеграфный - а провод погрузочного крана, грузившего руду в 3 смены с последнего живого медного рудника. А Медный Провод (тм) монтанского отделения, как мы помним, был передан в Калифорнию. Погрузка встала, и все опять любуются вставшим краном, как новыми воротами. И лишь находчивый диспетчер догадывается сорвать Медный Провод (тм) со здания станционного отделения и заменить им порванный - но это ведь временная мера, так жить нельзя. Лютая сестра отдаёт приказ передать половину запасов Медного Провода (тм) из миннесотского отделения в монтанское - хоть в Миннесоте близится уборочная страда, но терять последний медный рудник тоже нельзя. Уф. (По-моему, мадам-авторша тут явно недоглядела. Хрен с ней, с номенклатурой проводов, мы уже смирились с её глубочайшими познаниями в описываемых областях, пусть у нас везде Обычный Медный Провод (тм) который расходуется со скоростью Обычного Стирального Порошка (тм) - но почему ЛС не догадалась использовать провод из ниибацца-сплава?! Наверняка он столь же чудесен по электрическим параметрам, как и по механическим - и дешевле, и медь экономит. Недоглядела, недоглядела.)

Мямля-братец в ответ на упрёки по поводу отсутствующего провода истерит, что он и так сделал всё что мог, добился бумаг на первоочередное получение Медного Провода (тм), добыл все карточки, акты и прочие документы, а что провода в закромах Этой Страны нет - уже не его дело.

***

А в Калифорнии тем временем ввели налог в 50% на нужды безработных.

Калифорнийские нефтяные компании вышли из дела. Олигарху-Изобретателю звонят из Вашингтона и успокаивают, что он будет получать нефть по самой приоритетной категории, а калифорнийских самоуправцев строго накажут, они не имели права вводить такой налог. Олигарху-Изобретателю очень не по себе от этого звонка, ведь беспричинные заботы бюрократов о тебе - верный признак опасности.

А тут новая напасть - на завод Олигарха-Изобретателя стал являться, словно привидение, его брат. Ходит-бродит, на вопрос «чё надо» мямлит, что ничего, мама спрашивает как у тебя дела, блаблабла. Но вскоре брат переходит к активным действиям: начинает требовать себе работу. «Дай. Дай мне шанс.» «Тут не игорный дом.» «Дай работу! Потому что она мне нужна!» И так далее. Младший брат требует работу на том основании, что не родился олигархом, что ему надо, что имеет право на работу, которую ему должен создать старший брат. И пусть не пытается опять откупиться деньгами - ему нужна именно работа. Ну и что что ни хрена не умеет и всё завалит?! Нужна работа, потому что он хочет, и потому что брат. И с самодовольным презрением обвиняет, что Олигарх-Изобретатель никогда не страдал, а он вот страдает. Олигарх-Изобретатель вспоминает, как он страдал, когда у него отнимали рудники, когда подписывал дарственную на ниибацца-сплав и как страдал, разыскивая тело ЛС в Скалистых горах - но притом не давал воли своем страданию во имя радости-цели-жизни, и после долгих философско-канцелярских размышлений с чистой совестью посылает брата на йух, чтоб тут ноги его больше не было, охрана проследит. Братец пытается наехать, что тогда он сюда устроится через волосатую лапу друзей, по закону - но видит в глазах Олигарха-Изобретателя свою скорую смерть от случайно сорвавшейся лебёдки и в ужасе убегает. «Вот люди, поклоняющиеся страданию», - мысленно философствует ему вслед Олигарх-Изобретатель.