Чтение онлайн

— Зови меня, Даша… С-Стас, — все еще не понимаю, как могла спокойно сесть в его машину и позволить себя увезти на ужин. Был ли у меня выбор? «Дай ему, что он хочет и вскоре Лютый потеряет интерес»… Поэтому, вместо того, чтобы ехать к семье, сижу, наблюдая за пьянством так называемого инвестора.

Заматерел. Широкие плечи, накаченные бицепсы… значит, не только стакан поднимает. На руках нет наколок. В глазах нет ни тени сомнения в своем превосходстве. Говорит он медленно, словно никуда не торопится. Смакует пойло, в котором я ничего не смыслю… Виски пахнет проспиртованной мочой, и выглядит так же. Опускаю глаза в чашку зеленого чая, пытаюсь уловить настроение Лютого.

— Твой муженек — каблук? О, да-а-а! Могу поспорить, что сейчас он готовит ужин, учит уроки с вашим ребенком и ждет свою женушку, боясь тебе даже позвонить и спросить где ты.

— Твоя правда мне безразлична. Я не должна ничего доказывать тебе или еще кому-то, — чего он добивается? Вывести из себя?

— А заместитель? Твой любовник? Он чуть дыру во мне взглядом не прожег, — начинает смеяться. — Не осуждаю! — вскидывает руки ладонями ко мне. — У Белова хоть есть яйца. Ты знаешь, что твой Рох… Олег видел, как я провожал тебя? Стоял за углом и смотрел. Я мог сделать с тобой все, что захотел, прямо там, и он бы просто смотрел… Подумай об этом.

— Ты врешь! — я пропустила удар. Этого не может быть — мотаю головой. Мой Олег не трус, он бы не бросил меня… Червь сомнения запущен. Подлая тварь теперь грызет где-то в области солнечного сплетения и давит на грудь, отравляя своим ядом. Дышать становится труднее… Олег просто мягкий человек, добрый, не конфликтный…

— Зачем мне врать, моя девочка? — поднимает бровь. — Знаешь, я какое-то время провел в местах не столь отдаленных. — Откидывается на спинку винтажного кресла и закрывает глаза, уходя в воспоминания.

— Там бы его сломали в первый же день за пару часов. Мы, отмеченные пороком, чутко чувствуем слабые и подлые душонки. Их страх, их неуверенность. Я покажу тебе. Хочешь?

— Зачем тебе это? Просто иди мимо! Я не хочу ничего проверять, — мой голос дрожит. Я полностью дезориентирована. Лютый долбился, чего хотел — перевернул мой мир с ног на голову.

— Два года я думал о тебе, Симметрия. Верил, что тебе хватит ума не связаться со слабаком и не угробить свою жизнь…

— У меня все хорошо. Понятно?! Оставь нас в покое! — выдаю по слогам.

— Возьми это, — достав из нагрудного кармана пиджака, протягивает визитку. — Возьми, и используй. У тебя только один звонок, Симметрия.

— Твоя какая выгода? — кусок картона прожигает мне пальцы.

— Скажем так: я выжил, цепляясь за память о смелой девчонке, не побоявшейся бросить вызов более сильному противнику. Ты помогла мне не сдаться. Западло было уступить тебе в упрямстве, Симметрия.

Домой — страшно. Мне до ужаса не хотелось увидеть в глазах мужа подтверждение всей той хрени, что выдал Лютый. Могу поклясться, что Олег сейчас стоит и ждет меня практически у двери. Не позвонит, не спросит… просто ждет. Он не спросит ни о чем, и просто будет ждать, когда сама открою рот.

— Дашуль, я заварил твой любимый чай, — проговорил мой идеальный муж, помогая снять пальто. — Миша спит. Все в порядке. Устала? Хочешь, сделаю тебе массаж…

Иду за ним на кухню, сажусь за стол. Смотрю, как он суетится, подвигает мне печение, заглядывает в глаза, угадывая настроение. Мне будто дали другие очки для глаз. Что я в нем нашла? Брось, Дашка! Олег — хороший отец и заботливый муж. Зажралась ты, мать… зажралась. Сама в дерме и о нем плохо хочу думать. Странно, но в этот момент я вспомнила Белова. Его горячее дыхание на шее, сбивчивые обещания о продолжении…

— Олег, я встретила Лютого, — смотрю ему прямо в глаза.

— Что? — моргнул муж, и зрачок у него сузился до маленькой точки. В зеленых глазах паника.

— Помнишь Лютого? — отпиваю чай, продолжая держать Титова на прицеле взгляда.

— Я… помню, — у бедняжки даже на лбу выступили капли пота.

— Историю, когда мне пришлось идти за лекарством, помнишь? — процесс запущен. Я взяла мужа прямо за горло. Слишком много навалилось для меня одной. Семья, которую я считала форпостом своего существования, возможно просто мираж, придуманный мной.

Олег кивает, сглатывая.

— Скажи честно, ты видел нас? Видел, как Лютый меня провожал до подъезда? Да-а-а! Ты там был, Олежа. А чего не подошел поздороваться, спросить как дела? М? — спокойно делаю еще глоток.

— Даша, неужели ты ему поверила, — начинает сбивчиво оправдываться. Глаза забегали, ища, за что зацепиться.

— Олег, а еще я тебе изменила, представляешь? Вот такая сучка твоя жена! Что ты на это скажешь? Как жить дальше будем, Олеж?

— Даша, ты не такая! Ты специально так говоришь, из-за того, что Лютый наплел? У нас все хорошо. Сын растет… Даш. Дом — полная чаша…

— Это чистая правда, дорогой. Примешь меня такой? Простишь? В полную нашу чашу блядунья-женушка приносит львиную долю.

Господи, зачем я это делаю? Меня несет под откос с немыслимой скоростью, и остановиться нет сил. Нет сил сказать себе: «Стоп!». Умышленно причиняю ему боль, с каким-то садизмом наблюдая за мужем… Он, словно контуженый, часто моргает, не до конца понимая, что происходит.

Олег в супружескую кровать не пришел. Слышался гул чайника, шаги метаний по гостиной. Звенящая пустота окружила со всех сторон. Внутри что-то треснуло, надломилось. Легче не стало. Просто по-другому все. Я не жду отпущения грехов, не заслуживаю прощения, когда сама себя не простила. Беспокойно ворочаясь, все-таки засыпаю, устав пялиться на дверь, в которую не войдет муж.

— Мам, а где папа? — мой мелкий «будильник» с утра на ногах. Мишутка удивительный ребенок. Конечно, для каждой любящей матери ее ребенок уникален, как отпечатки пальцев… Многих детей не поднимешь в садик, а мой — тут как тут: «Вставай! Мир полон свершений!». Знаю я его мотивацию — смуглая Катя, у которой в карманах всегда есть конфеты и разные вырезки. Мама Кати жаловалась, что малышка увидит что-то красивое и тут же начинает вырезать из бумаги, ткани, полиэтиленовых пакетов. Поэтому мама Кати ничего с принтами из одежды не покупает, вздыхая о шторах, в которых появились дыры вместо бутонов роз.

— Папа, наверное, в магазин ушел, — тяну руку, чтобы погладить светлую голову. Успеваю посмотреть на время. Пятнадцать минут до будильника, и беспокойство в глазах сына передается мне. Неужели ушел?

Резко встаю и начинаю открывать шкафы, где хранится одежда Олега. Так! Две полки пустые и нет сумки спортивной… Плетусь на кухню. Миша хвостиком шлепает за мной босыми ногами. Забирается на табурет и, сложив руки на столе, ждет чай с бутербродом. Щелкаю по кнопке чайника, замечая белый клочок бумаги…