Чтение онлайн

Начиная с 1992 г. почти все эти ключевые фигуры были объединены в структуре, получившей название Совет Безопасности. В начальный период существования этого органа его отличия от советского Политбюро были еще весьма заметны. Но чем дольше существовал Совбез, тем отчетливее проступала схожесть его структуры (но не функций) с коллективным руководством СССР. Совбез включает в себя руководителей всех коллективных органов власти второго уровня, а возглавляется (так же как и Политбюро в свое время) первым лицом государства. Совет Безопасности, возглавляемый президентом, имеет своего внутреннего руководителя — секретаря СБ, который руководит аппаратом. В разные периоды роль секретаря Совбеза то поднималась до уровня второго лица в государстве (например, при Сергее Иванове), то становилась почти незаметной (как это произошло с назначением секретарем СБ Владимира Рушайло).

Совет Безопасности Владимира Путина 2002 г. гораздо больше похож на советское Политбюро ЦК КПСС и по численности, и по структуре, нежели совбез РФ 1993 г. (см. таблицу 9).

Таблица 9. Структура высшего руководства страны с 1981 по 2002 г. (в %% к численности группы) [306] [307]

Борис Ельцин в начале своего правления отдавал приоритет членам правительства и силовикам в составе Совета Безопасности. К 1999 г. он наращивает присутствие силовиков, вводит в состав Совбеза руководителей парламента, но так и не допускает туда регионалов. В. Путин восстанавливает их присутствие, причем не выделяя отдельные регионы (как это было в СССР), а введя в Совбез всех своих полпредов. Но самой представительной группой путинского «политбюро» стали «силовики и контролеры». Путинский Совбез (также как и советское Политбюро) имеет двухслойную структуру: он состоит из «постоянных членов» (5 чел.) и просто «членов» (19 чел.). Ранжирована только первая группа: согласно указам президента РФ № 486 от 26.04.200) г. и № 83 от 24.01.2002 г. постоянные члены Совета Безопасности РФ перечислены в следующем порядке: председатель правительства РФ, секретарь Совета Безопасности, министр иностранных дел, министр обороны и директор Федеральной службы безопасности РФ, что позволяет судить о том, кто на самом деле является вторым лицом в государстве. Этот список демонстрирует, что формально высшие чины государства — спикеры верхней и нижней палат парламента — на самом деле уступают в важности трем «политическим» министрам: МИДа, обороны и ФСБ. [308]

Но, несмотря на структурную идентичность путинского Совбеза и советского Политбюро, их функции и роль в государстве различны. Политбюро решало все важные вопросы жизни общества, а Совбез сосредотачивается только на вопросах безопасности (хотя и понимаемой расширительно). Решения Политбюро были директивами для всех других институтов политической системы, а решения Совбеза носили часто рекомендательный характер. Совбез в отличие от Политбюро не решал кадровые вопросы власти.

О становлении власти нового правителя говорят цифры кадровых изменений в высшем эшелоне власти. Логика таких изменений, казалось бы, проста: чем больше своих сторонников аккумулирует президент вокруг себя, тем сильнее и устойчивее его власть. Посмотрим на то, как В. Путин, придя к легитимной власти в 2000 г., поступал с кадрами Б. Ельцина. Из 24 членов Совета Безопасности РФ 2002 г. 12 человек были также членами последнего ельцинского «политбюро» 1999 г., что составило 50 %. В то же время сам Б. Ельцин с конца 1993 г. по 1999 г. обновил Совбез на 93,3 %. «Президентом-мясорубкой» был и М. Горбачев, быстро и резко производивший кадровые чистки, что и привело к дестабилизации его режима и утрате власти. Это свидетельствует о том, что стабильная власть выстраивается не путем резких шагов и кадровых перетрясок, а постепенной, медленной заменой кадров и институтов новыми при сохранении доверия старой элиты и чиновничества. Именно так новый правитель формирует опору своей власти в широких кругах политического класса, не создавая при этом мощного противодействия реформам. Важен не только (а может быть, и не столько) приток новых кадров своих сторонников в высший эшелон власти, но и создание широкой базы поддержки в обществе, и особенно — на его верхних этажах.

Итак, ключевые чиновники при Путине были объединены в Совет Безопасности РФ — коллективный орган, по численности и структуре весьма схожий с советским Политбюро, но не играющий роли верховной власти в стране. Вершина власти находилась у самого президента и групп стратегической элиты. Эти группы, допущенные к принятию ключевых решений, оставались не институционализированными, недоступными общественному контролю и не имели официального статуса. Они состояли из высших чиновников, которых Путин привел к власти и которым лично доверял. Это и были главные поставщики новых идей.

Об окружении В. Путина написано много работ. [309] Самой распространенной является точка зрения, что путинская команда состоит из трех частей: осколков ельцинского клана, называемого «Семьей»; коллег по работе в органах безопасности; его земляков-петербуржцев. [310]

Действительно, Путин сохранил многих чиновников предшествующей эпохи, а среди новых назначенцев большинство составляли выходцы из спецслужб и силовых структур либо его петербургские друзья и коллеги. Однако, несмотря на то, что Путин действительно способствовал продвижению во власть многих своих земляков и сослуживцев, далеко не все они были членами стратегической элиты. Общаясь с членами президентской администрации, я не раз слышала от весьма высокопоставленных чиновников, что они ничего не знают о принципиальных проектах президента. К решению важнейших вопросов допущен настолько узкий круг людей, что большая часть элиты узнает о принятых решениях через СМИ. Так, например, было в случае назначения Михаила Фрадкова премьер-министром в марте 2004 г., которое стало сюрпризом не только дня обитателей Дома правительства, но и Кремля.

Рисунок 8. Структура команды В. Путина и ее ключевые персоны [Знак «стрелочка», означает отставку к 06.2004.]

С приходом Путина резко повысился уровень секретности работы. Информация дробилась, и доступ к ее фрагментам получали лишь те подразделения, которые непосредственно отвечали за данный участок работы. Всей полнотой информации обладали лишь избранные члены «политбюро», состав которого также не был публичным. Предполагается, что в окружении Путина существует три стратегические группы. Каждую субботу президент в своем кремлевском кабинете собирает «совещание силовиков», на котором обычно присутствуют глава его администрации, шеф ФСБ, глава Совбеза, министр обороны, иногда министры МВД и МИДа. Каждый понедельник также в Кремле президент приглашает на совещание некоторых членов правительства (как правило, менее половины состава кабинета). Предполагается, что есть и некая третья группа близких к Путину людей, которых можно было бы назвать его друзьями (хотя большинство из них — его бывшие сослуживцы). Они не занимают видных государственных постов, но допущены в дом и обсуждают актуальные вопросы политики за чашкой чая, в неформальной обстановке «без галстуков».

Характерной особенностью стиля Путина является то, что он не использует для выработки стратегических решений ни один из формальных институтов власти. Он тесно работает с частью Совбеза, с некоторыми министрами и некоторыми силовиками. Ни одна из существующих структур его не устраивает в качестве стратегического центра.

Однако эти три стратегические группы элиты имеют неодинаковый вес. Несмотря на важность экономической составляющей, здесь все же не было проведено принципиальных реформ, что позволяет говорить об относительном снижении веса экономического блока команды В. Путина. Вспомним, какую новаторскую роль играли экономисты (Е. Гайдар, А. Чубайс и др.) при Ельцине, когда ход экономической реформы кардинально изменил облик страны. Путин лишь продолжает начатый его предшественником процесс «маркетизации», не меняя его направления и сути. Все путинские экономические шаги носили не стратегический, а тактический характер. Это было поступательное движение по ранее выбранному курсу, а не структурная перестройка экономики. Поэтому можно говорить об изменении баланса сил внутри элиты, связанном с уменьшением стратегической роли экономической элиты и увеличением роли военной элиты. При этом стратегический центр также поменял свое местоположение (см. рисунок 9).

Рисунок 9. Конфигурация элиты при Б. Ельцине

Рисунок 10. Конфигурация элиты при В.Путине

После победы в 2000 году на президентских выборах подполковника госбезопасности В. Путина во властные структуры хлынул поток людей в погонах. На сегодняшний день в России каждый четвертый представитель элиты — военный. И их число продолжает возрастать. Почему это произошло и какие опасности таит в себе милитократия?

Известно, что Владимир Путин стал президентом благодаря тому, что Ельцинская элита избрала его на роль «преемника». Общенародные выборы были уже делом техники. Принципиально вопрос был решен задолго до выборов. Поиски преемника начались в 1998 г., когда авторы идеи сформулировали основные параметры личности кандидата на пост президента: он должен был быть достаточно молодым военным с опытом политической деятельности, лояльным к действующей власти, умным, прагматичным, умеющим нравиться. «Кастинг» кандидатов на пост «преемника» начался с назначения Н. Бордюжи в 1998 г. секретарем Совета Безопасности РФ. Просматривались и кандидатуры А. Лебедя, Е. Примакова, С. Степашина. Лучшим из возможных кандидатов был признан В. Путин. Почему же Ельцинская элита так безоговорочно считала, что новым президентом должен быть человек в погонах?

В Советском Союзе военные ведомства были одним из столпов власти, ее опорой, но никогда не претендовали на прямое вмешательство в политику. Военных не принято было назначать на высокие гражданские посты, в то время как их ведомства нередко оказывались в подчинении гражданских лиц — партийных функционеров. Так, анализ назначений в КГБ СССР за период 1989–1991 гг. свидетельствует о том, что 41 % руководителей парашютировал в структуры госбезопасности с партийной или комсомольской работы. [311] В высших эшелонах власти военные составляли совсем небольшую группу: членами Политбюро ЦК КПСС традиционно были министры обороны, внутренних дел и глава Комитета государственной безопасности СССР. В брежневском Политбюро образца 1981 г. военные были представлены лишь двумя министрами. [312] Накануне перестройки эта группа составляла примерно 10 % от численности ЦК КПСС, причем наибольшее представительство имел армейский генералитет (от 20 до 30 человек в разные периоды), в то время как руководители МВД и КГБ были представлены 1–3 чел. [313]

При М. Горбачеве начался распад армии и КГБ, их репутация была подорвана, а общественное мнение резко негативно оценивало их деятельность. Этот процесс был усилен при Ельцине, когда число самостоятельных военных ведомств федерального уровня перевалило за двадцать, главным образом в результате расчленения КГБ СССР. На базе Комитета госбезопасности были образованы: Служба внешней разведки РФ (первое главное управление), Федеральная служба охраны (девятое управление), Федеральная пограничная служба (на базе погранвойск при КГБ), Федеральное агентство правительственной связи и информации (на базе управления правительственной связи КГБ), Главное управление специальных программ при президенте РФ (на базе пятнадцатого управления КГБ) и др. Были созданы и совершенно новые структуры, при формировании которых использовались преимущественно офицерские кадры КГБ. [314]