Чтение онлайн

– И мы больше никогда не увидимся?

– Тейт! Ты хочешь, чтобы я умерла в таком юном возрасте? Или, может, дашь мне второй шанс побыть молодой?

– Это такой абсурд…

– Все. Оставь меня! И сними ты уже эту чертову шапку!

Лежа в кровати, мысли Тейта витали от Бэллы к маме и наоборот, пока в его окно не полетели камни. Парень резко вскочил, решив, что на улице в очередной раз полил дождь, и следует незамедлительно закрыть окно, пока все его журналы на подоконнике не вымокли. Но дождя не было.

– Тейт! – раздался голос снизу.

Парень опустил голову и увидел Бэллу. Девушка стояла в одном плаще на голое тело, держа в ладони горстку мелких камушков.

Ненормальная!

Он быстро надел спортивные штаны и вышел во двор. Бэлла сидела на качелях и раскачивалась так спокойно, будто между ними ничего не произошло. Меньше всего ему сейчас хотелось ее видеть. Не то время для разбирательств.

– Зачем ты тут? – несмотря на нее спросил Тейт, присаживаясь рядом.

– Я должна была тебе все рассказать уже давно, но не могла собраться с духом, – отчеканила она, как заученную фразу.

Тейт стиснул зубы.

– Прости. Правда. Я давно была влюблена в него. Еще два года тому назад мне взбрела в голову бредовая идея, что с помощью тебя я смогу подобраться ближе к Арчи.

– Ты променяла меня на Цикаду. Ты вообще соображаешь?

– Прости, я же извинилась.

Парень молча шевелил челюстью, не найдя, что сказать.

– Ты же спустился ко мне, значит, тебе не безразлична эта ситуация.

– Как она может быть мне безразличной, если моя девушка чуть ли не отсосала моему лучшему другу? Ты соображаешь вообще, в какую дичь ты впутала меня?

– Понимаю, и прошу в очередной раз у тебя прощение.

– Ты просишь не для этого, – Тейт потер переносицу. – Я же знаю, тебе лишь важна репутация. Чтобы никто не знал об этом случае. Ведь так? Ты же поговорить насчет этого пришла.

– Ты прав. Я дорожу своей репутацией, но и ты мне не безразличен. Ты ничего плохого не сделал мне за все время, как я была с тобой. А я тебя предала. Пойми, я была глупой и преследовала лишь свои мотивы. А после такого долгого времени мне духу не хватило порвать с тобой.

– И поэтому ты решила водить меня за нос?

– Да Арчи этот давно знал, что я влюблена в него по уши. Сколько раз я пыталась заговорить с ним, и все было бесполезно. Он избегал меня.

– Ты могла мне открыто сказать все. Я не дурак, я бы понял.

– Я не могла. Мне было страшно и неудобно, и… жалко.

Смех вырвался из его гортани, разлетаясь громом в тишине.

– Ты серьезно? Жалко? Меня? Господи, Бэлла. Да на меня девушек вешалось больше, чем крючков в душевой. Тебе просто надо было открыть свой похотливый рот и сказать, что я не нужен тебе. Я столько времени на тебя потратил!

– Ладно, это глупый разговор, – она встала с качелей.

– Стой. Подожди. Давай я подвезу тебя.

– Сама же как-то дошла сюда, также и уйду.

Девушка направилась к воротам, но Тейт преградил ей путь.

– Я, конечно, не такой кавалер, как Арчи, но одна ты не пойдешь. Подожди меня тут, я подгоню машину.

И она дождалась. Путь занял менее пятнадцати минут, а напряженное молчание длилось будто вечность. По радио пел Тимберлейк, затем какой-то новый ремикс играл с колонок.

– Слушать нечего, – вздохнула Бэлла.

– Согласен, – коротко ответил он.

И все. На этом их общение закончилось. Когда он остановился у ее дома, Бэлла жалобно обратилась к нему, положив свою руку ему на коленку.

– Прошу, Тейт. Не говори никому об этом. Пожалуйста.

– Я же сказал тебе, что все останется между нами, – сказал он, тускло глядя вперед и добавил. – Тремя.

Время за полночь. Фары осветили темную дорогу и знак «Стоянка запрещена». Развернувшись через две сплошные, Тейт рыкнул мотором и надавил педаль газа, отъезжая в последний раз от дома своей несостоявшейся невесты. А из колонок тем временем лилась душевная музыка: «А сердце украла у растамана, девочка ай-ля-ля-ля. До ночи поем мы с тобой под гитару, как же тебя я-я-я»

– Меня зовут Симеон. Прекрасно выглядите, миссис Гэтли, – мулат по-джентльменски поцеловал руку женщины.

– Вы само очарование, Симеон. Скажите, вы, случайно, не женаты? – улыбнулась Теодора, провожая парня в гостиную.

– К счастью, я холост, – мило ответил он.

– Хорошо! Мой сырок сейчас спустится. Не желаете чай, кофе?

– Спасибо. Не откажусь от чашечки черного кофе с молоком.

– Секунду-секунду. Сейчас поставлю вариться!

Пока Теодоры не было, Симеон пробежался глазами по затхлой гостиной, в которой убирались, на его взгляд, раз в месяц. На полках стояла пыль, значит, Теодора не любит читать; дернул за шнур у настольной лампы – свет не появился. Видимо гостиной пользуется мало кто. В фоторамке стоял портрет мужчины с черной ленточкой. Симеон ближе подошел к шкафчику, за стеклом которого красовалась траурная фотография.

– Это мой покойный муж, – сказала Теодора, неожиданно вернувшаяся с двумя чашками кофе в руках.

– Что произошло?

– Он погиб в горах. Сошла лавина, он замерз и умер под толщей снега.

– Мои соболезнования, – огорченно произнес парень, не давая понять, что ему давно известно об их смерти.

Женщина лишь отмахнулась.

– Он сам выбрал такой путь. В моей семье все рано уходят. И мама, и папа умерли, не достигши шестидесяти. Глупая смерть. Я бы хотела жить вечно.

– Но вы понимаете, такой шанс дается раз в жизни.

– Дело в деньгах? Умоляю! Бриллианты в моих ушах вам ни о чем не говорят? Я заработаю еще, даже если буду в другом теле. Можете не сомневаться.

– Я ни в коем разе не сомневаюсь в вас, мадам.

Теодора отхлебнула кофе.

– Потрясающий вкус.

– Да, кофе действительно стоящий.

– А вы знаете цену на кофе? Какой он нынче дорогой? А вы говорите про оплату! Всеми моими финансами будет заниматься мой сын. Также он расплатится с вами после операции.

– Мы берем 70% до, и 30% после. Можете почитать бумаги, – Симеон протянул ей два листа договора.

– Я не об этом. Я про свое состояние после своего ухода. Вы же гарантируете, что мое тело…

Теодора осеклась, когда увидела в дверном проеме Тейта. Парень был весь потрепан, а под глазами два сонных мешка.

– Приветствую, – брезгливо сказал он, игнорируя протянутую руку Симеона.

– Что ж. Мы с твоей мамой обсуждали детали, – парень поправил пиджак.

– Не жарко ли вам в такую жару? – чопорно спросил Тейт, акцентируя внимание на замшевом лиловом пиджаке в тридцатиградусную жару.