Чтение онлайн

Результатом сегодняшнего дня было то, что у него должен был быть интеллект, чтобы предвидеть. Лисса была с ним, потому что не верила, что ее бывший парень был охотником на драконов. Что заставило его думать, что она поверит ему, когда он скажет, что он дракон? Как глупо он заблуждался, думая, что любви к ней будет достаточно, чтобы сделать то, что он хотел больше всего на свете. Мир так не работал, и теперь было слишком поздно возвращаться. Он отдал бы все, чтобы отбросить назад время, поделиться тем, чем он был с ней по-другому. Андор хотел, чтобы этот вечер был романтичным и особенным, но он не считал, что все пройдет без потерь. Он должен был вывести ее на улицу и показать ей, кто он. Разумеется, она поверила бы в то, что увидела своими глазами.

Андор добрался до поляны и медленно подошел к большому дубу, опустился на землю и прислонился спиной к грубому стволу. Он уткнулся лицом в свои руку и стер образ Лиссы, стоящий перед глазами.

Должен был быть способ вернуться назад. Ему нужно найти способ убедить ее, что он сказал правду. Если бы только она пришла сюда с ним, если бы только Лисса позволила ему перейти к своей истинной форме, тогда она бы поверила ему.

Андор откинул голову назад и посмотрел на звезды. Она думала, что он сумасшедший, и не могла позволить ему снова приблизиться к ней. Он не был бы в ее компании достаточно долго, чтобы принять его истинную форму, и где именно он собирается это делать в любом случае.

Лисса не хотела идти с ним на поляну, и он не мог принять свою истинную форму в середине своего двора. Андор мог бы рискнуть, Рикман мог заманить ее куда-нибудь, но такие тайны не то, что он хотел сделать. Он сказал правду, но потерял больше, чем был готов проиграть.

Лисса была потеряна для него. Она не приняла его тем, кто он есть. По ее мнению, Андор был не лучше, чем ее сумасшедший бывший. Ирония заключалась в том, что, если он дракон, Кевин охотник на драконов. Если бы Лисса поверила Кевину, когда он рассказал правду о себе, она бы не убежала от него, и Андор никогда бы не встретил ее.

Он должен был сделать больше, чтобы подготовить ее, но как можно было подготовить кого-то к истине столь фантастической, как его действительность. Андор просчитался с ее реакцией, потому что предположил, что Лисса похожа на Рикмана. После его первого шока и отрицания Рикман согласился с тем, что человек, который вышел из недр дома, о котором он заботился, на самом деле дракон. Лисса не была похожа на Рикмана, которого воспитывали рассказами о драконах и о причастности его семьи к ним. Лисса ничего не знала об этом. Это правда, она любила драконов, но для нее они были мифом. Андор ошибочно подумал, что будет доверять ему достаточно, чтобы пойти с ним на эту поляну и убедиться, что он не сумасшедший.

Треснула веточка, и он быстро повернул голову, надеясь, его сердце забилось. Разве она передумала? Неужели она пришла, чтобы убедиться, что он говорит правду?

Разочарование ударило его, как молот, когда он увидел, как Рикман вышел из леса на поляну. У его слуги был грустный и серьезный взгляд на лице, и это выражение, какого Андор никогда не видел у его слуги. Благодаря всей этой охоте на пару Рикман поддерживал его оптимизм, считая, что самая сложная часть всего этого — найти правильную женщину для Андора. Как глупы они оба были.

— Лисса исчезла, я услышал, как машина отъехала и отправился на поиски. Дела пошли не так, как планировалось, не так ли? — голос Рикмана звучал спокойно, Андор покачал головой и отвернулся от него. Он не хотел пересказывать события вечера ради любопытства своего слуги, и был благодарен, что Рикман достаточно умен, чтобы понять все без слов.

— Ладно, так что, может быть, было не лучшей идеей запереть от нее подвал. Возможно, если бы она видела изменения, происходящие с Ижаком, тогда она была бы более склонна принять правду. Как вы ее вернете? Обратно.

Он этого не понимал. Рикман думал, что для него и Лиссы все еще есть надежда. Андор вздохнул и провел рукой по лицу.

— Я ничего не сделаю, — пусть это конец. Он не хотел говорить о своей неудаче, не хотел говорить о Лиссе. У него в груди болело, и он знал, что теперь его сердце сжимается, когда Лисса была вне его жизни. Очень скоро ему все равно было бы безразлично, и он отдался бы в хватку проклятия. Неверие Лиссы не остановило Луну Хантера, и не помешало ему попасть в настоящее безумие. Осталось только одно, и Андор надеялся, что его слуга настолько лоялен, насколько ему нужно. — Когда придет время, я хочу, чтобы ты убедился, что я никому не причиняю вреда.

— О чем вы говорите? Вы никому не причините вреда, потому что пойдете за ней. Я пойду с вами и вместе мы убедим ее, что вы говоришь правду, — Рикман скрестил руки на груди, и посмотрел на Андора. При нормальных обстоятельствах такая смелость испытала бы терпение Андора, но теперь он просто слишком устал и заботился о себе. Его слуга скоро узнает, что ситуация безнадежна, и ее ничего не исправит.

— Я причинил ей боль, она попросила, чтобы я не ходил за ней, не обращался к ней, и я буду уважать ее желания.

Андор не думал, что снова увидит ее, не попросив понять, что он сказал правду. Он не был готов это сделать. Умолять не омрачать все, что происходило между ними, и не было никакой гарантии, что она ответит на такое отчаяние. Лисса уже сравнила его с Кевином в своей голове. Преследовать ее, после того как она сказала ему оставить ее в покое, это то, что делал Кевин. Лучшим направлением действий было не делать ничего и позволить судьбе вмешаться, как это было предназначено.

— Я поговорю с ней. Должен быть способ убедить ее, что вы говорите правду, — Рикман отвернулся, как будто собирался пойти за ней в этот момент.

Андор вскочил на ноги и схватил его за руку, остановив. Он развернул своего слугу и схватил за грудки, подняв в воздух.

— Ты ничего не сделаешь. Лисса хочет, чтобы её оставили в покое, и ты будешь слушаться меня, когда я говорю тебе, что ты не должен приближаться к ней. Я ясно выражаюсь Рикман? — Гнев на ее уход, который он подавлял, когда она была там, ожил, найдя цель. Температура его тела взлетела, и Андор сузил глаза на Рикмана, рука снова сжалась на хлопке рубашки его слуги.

— Почему вы не могли так разозлиться, когда она была здесь? Ваши глаза загорелись, и если бы она увидела это, то не могла бы не поверить вам, почему бы нам не пойти в ее дом, и вы сможете стать добрым и злым, и показать ей.

Андор тряхнул Рикмана, как если бы он был тряпичной куклой, которую нужно было бросить и поиграть.

— Ты меня не слышишь, мы не пойдем к ней и не покажем ей ничего, она сделала свой выбор, и я буду уважать это. Поверь мне, если Лисса сейчас не верит, она не поверит если я появлюсь на ее пороге, все что мы сделаем, это заставим ее бояться меня больше, чем она уже боится. Оставь все, как есть, Рикман.