Чтение онлайн

– Слушай, так вы что, уже начали от нас «подзаряжаться»? То-то я не мог понять, отчего они все сонные. И меня тоска одолела, пока я там ходил… И вот так со всеми будет?

– Не совсем. Здесь мы работаем на полном режиме, расход энергии у нас сейчас большой, а людей мало, вот и…

«Так вы вампиры, ребята, – подумал я. – Вовремя удалось выскочить…»

И спросил, вспомнив Володю в подземелье:

– А что, через стены не берут ваши приемники? Когда я из здания вышел, мне сразу полегчало. Я думал, от свежего воздуха…

– Да, через стены отбор энергии затруднен, здесь у вас использованы сильно экранирующие материалы…

– А как же закон? Он что, позволяет такие действия без согласия пациентов?

– Это вынужденная мера. Крайняя необходимость. Мы готовы принести извинения. Даже как-то компенсировать ущерб. Как только аккумуляторы зарядятся, мы отключим энергоприемники. А после переселения отбор энергии будет постоянным, но умеренным, он почти не отразится на самочувствии…

– И без моего согласия вы ничего не можете сделать?

– Нет.

– Это физическая невозможность или моральная?

– Для нас это одно и то же.

Я помолчал, глядя на Зарю, стараясь не терять любезно-бесстрастного выражения лица. «Черт знает что, театр абсурда прямо. Но ведь и понять ее можно. Миссия – не позавидуешь. Подумать только – сознавать, что от успеха или неуспеха переговоров зависит судьба целой цивилизации. В нашей истории и аналогий такому случаю не подберешь, а уж в ней чего только не было… Однако, с другой стороны, то, что она предлагает, не лезет ни в какие ворота».

– Да, кстати, – спросил я, – а сколько людей вам нужно, чтобы решить все проблемы?

– Как можно больше.

– Ну а все же? По порядку величины. Тысяча? Миллион?

– Больше. Хотя бы миллиард. Но можно и два…

– Что?! Четверть населения?

– Чему ты удивляешься? Нас двадцать миллиардов, и у нас очень большие потребности… О том, что приобретаете вы, я уже говорила…

– Ну логика! Чудо просто! Хотите лишить два миллиарда человек родной планеты, своей культуры, истории, общества, оборвать им все личные связи… Хуже, чем пожизненная каторга. А взамен предлагаете сделать место их изгнания максимально комфортабельным…

Все было настолько абсурдным, что в какой-то момент мне захотелось махнуть рукой и с обычными шуточками согласиться на все, что они просят. Мол, чепуха ведь, и не может быть правдой, а если даже и правда, так кто воспримет всерьез мое разрешение? И еще интересно, а что могу получить по дурацкому договору лично я? Вот позволю им целиком переселить Китай… Китайцам на новой планете будет хорошо, просторно и противные европейцы под ногами не станут больше путаться…

Что это со мной? Неужели – из-за взгляда Зари, такого дружелюбного, такого манящего?

Но психика пока держится, не слишком большого усилия хватает, чтобы выйти из-под ее власти и тут же понять, что соглашаться никак нельзя. Даже в шутку. Потому что если сейчас согласиться, то потом исправить уже ничего будет нельзя.

И одновременно я не перестал ей верить, ее словам о возможной гибели цивилизации. Это ведь тоже проблема, да какая! Отчего же именно мне выпало решать? Я же просто не готов. Я не могу принимать на себя такую ответственность!

Обернувшись, я увидел, что, опираясь спиной на раму двери, перекрывая выход из комнаты, стоит неизвестно откуда возникший мужчина лет тридцати, неуловимо, но сильно похожий на Зарю, и смотрит на меня безразличным или даже невидящим взглядом.

Вот здесь они переиграли. Не надо было появляться этому красавцу. С Зарей мы уже наладили какой-то внутренний контакт, как бы там ни было, и могли бы поискать взаимоприемлемое решение, а недвусмысленная поза нового персонажа слишком отдает угрозой, попыткой силового давления. А вот этого я никогда не любил. В любых видах и проявлениях, с раннего детства. От кого бы они ни исходили.

И совершенно неожиданно я вдруг увидел выход. Увидел сразу во всех деталях и подробностях, как будто подсказанный со стороны кем-то гораздо более умным и решительным. Такое со мной бывало в критических ситуациях.

– Хорошо, – сказал я, старательно игнорируя появление «врага» мужского рода. – Гибель 20 миллиардов братьев по разуму допустить, конечно, невозможно. История нам этого не простит. Но ведь и альтернатива чересчур сомнительна. Право каждого человека – самому определять свою судьбу – священно.

– Тысячи землян живут вдали от Земли, даже на абсолютно не приспособленных для жизни планетах… – мягко, но настойчиво повторила свой прежний довод Заря. – Так что в принципе ничего экстраординарного не произойдет. Для вас это будет просто дальнейшее расширение колонизации Галактики. Причем взамен проблематичного права на выбор судьбы ваши соотечественники получат неизмеримо больше… Мы готовы поделиться с вами не только знаниями и технологией…

– Человек может переносить любые лишения, даже страдания, но только сознательно. Утешением ему будет служить целесообразность тех причин, из-за которых он страдает. Это не мои слова, это еще римские стоики так считали. А вы хотите, чтобы я сейчас один все решил за всех, лишая их даже такого утешения…

– Но не можем же мы спрашивать мнения каждого из миллиарда по отдельности? Это невозможно даже технически! – в голосе Зари послышалось раздражение.

– А решать одному за миллиард – тем более невозможно. Даже за одного решать, и то безнравственно… У нас есть такая надежная, демократическая процедура, как референдумы, плебисциты…

– Не будь догматиком, – в разговор вдруг вмешался мужчина, до этого молчавший так упорно, что я почти забыл о его присутствии. – Подлинно мыслящую личность отличает способность видеть настоящую, а не воображаемую правду вещей. А ты повторяешь стереотипы. Право выбора – это великолепно. Но имеешь ли ты его, это право, если на одном полюсе абстрактные интересы индивидуума, а на другом – судьба не просто 20 миллиардов личностей, а древнейшей и мудрейшей в Галактике цивилизации? Сохраняешь ли ты в этих условиях свое право?

– Да… – сказал я почти искренне. – Это – вопрос. Но от теории давай перейдем к практике. Предположим, чисто умозрительно, что будет, если я все же откажусь принимать нужное вам решение? Пока я еще свободен в выборе, уточните – как вы поступите в случае моего категорического отказа?

Заря улыбнулась совершенно очаровательно. Я подумал, что мимику она наверняка отрабатывала по земным видеопрограммам определенного жанра.

– Безусловно, мы найдем способ убедить тебя принять нужное решение.