Чтение онлайн

– Тогда держите, а я пойду схожу на склад, а то не дело это. – И Вера Петровна оставила нас одних.

Пока они решали вопрос с антисептиком, я успела расстегнуть халат и приподнять подол сорочки, открывая живот.

– Сейчас может быть немного больно, но это быстро, – предупредил Андрей.

– Думаю, не больнее, чем было сразу после операции. – Я сделала глубокий вдох, а потом, когда Андрей четким движением выдернул дренаж, с шумом выдохнула.

– Все, теперь все. – Андрей прижал оставшуюся ранку тампоном с антисептиком. – Очень больно?

– Терпимо. – Я чуть улыбнулась.

Он кивнул и стал осторожно обрабатывать шов вокруг. Его пальцы едва касались моей кожи, но я вдруг почувствовала легкое волнение и мурашки по всему телу. Такое неуместное странное, но приятное ощущение. Я закрыла глаза, чтобы справиться со всем этим недоразумением.

– Больно? – тут же среагировал Андрей.

– Нет-нет, – поспешила заверить я. – Просто… устала…

– Я уже заканчиваю, осталось совсем немного. – Он все так же аккуратно заклеил шов широким послеоперационным пластырем.

– Андрей. – В дверь неожиданно заглянула та самая гинеколог, что осматривала меня.

«И его бывшая жена», – всплыло в памяти. Я поспешно одернула сорочку.

– О, прости, ты занят, – увидела она меня и тут же отвела взгляд. – Подожду в коридоре.

Лицо Андрея при этом осталось бесстрастным.

– Осторожно, не торопись. – Он помог мне подняться, а тут и Вера Петровна вернулась.

– Вы уже так быстро справились. – Она поставила несколько бутылок с антисептиком в шкафчик и подошла ко мне. – Давайте руку, милая. Ну как, легче немного стало?

– Кажется, да. – Я посмотрела на Андрея. – До завтра.

– Спокойной ночи. – Он выглядел уже слегка рассеянным, словно ушел в свои мысли.

Мы вышли из процедурной все вместе, и Андрей остановился около жены, которая прислонилась к стене, ожидая его.

– Что за разговор? – тихо спросил он.

Я, держась одной рукой за стену, второй – за Веру Петровну, медленно двинулась к своей палате, но их приглушенные голоса все же долетали до моего слуха.

– У папы юбилей, он хочет видеть тебя на нем, – ответила Андрею жена. – Придешь? В субботу.

– Не думаю, что это будет уместно.

– И все же? Он просил пригласить тебя. Ты же знаешь, как папа к тебе относится. Ну что тебе стоит? Посидишь немного за столом и уйдешь. Обещаю, никаких разговоров о нашем разводе не будет.

Я услышала, как Андрей вздохнул.

– Я посмотрю свое расписание, – это было последнее, что различила я, прежде чем вошла в свою палату.

Нина Евгеньевна радовалась как ребенок. Она стояла у окна и махала своему мужу. Сегодня ее наконец выписывали, и муж пришел встречать ее вместе с Тусенькой. Тусенька оказалась премилой таксой, которая так же радостно скакала вокруг хозяина и виляла хвостиком.

Рядом с Ниной Евгеньевной в кресле-каталке сидела, облокотившись о подоконник, девушка Настя и тоже с улыбкой наблюдала за Тусей.

Прошло три дня, как мы делили с ними одну палату, и за это время успели даже подружиться и обменяться номера телефонов. Вечерами Нина Евгеньевна втихую доставала кипятильник и делала всем нам чай, Настя открывала очередную шоколадку или пачку вафель, которые ей нескончаемым потоком несли родственники, и мы болтали обо всем на свете, пока не приходила медсестра и не напоминала об отбое. Мне казалось, что за эти три дня я получила приятного общения и участия столько, сколько не получала за последние три года, а может, и больше. А ведь была еще медсестра Вера Петровна, которая не переставала проявлять свою бескорыстную заботу, ну и, конечно, Олег с Андреем с их поддержкой и позитивным настроем. Иногда казалось, что я попала в какую-то другую реальность, где все живее, теплее и ярче.

Я почти не думала о своем муже и его родне, за что, наверное, кто-то мог меня и осудить. Но я не могла выдавливать жалость из сердца, которое онемело и покрылось корочкой льда. Еще мне все реже снились кошмары, и я ловила себя на желании подольше оставаться здесь, в больнице.

– Нина Евгеньевна, выписка готова, – сообщила медсестра, заглянувшая в палату.

– Ох, как замечательно! Как же хорошо! – сразу засуетилась та. – Значит, я могу идти?

– Можете, – улыбнулась медсестра. – Все рекомендации Андрей Александрович вам написал. И не забудьте в понедельник показаться своему хирургу по месту прописки.

– Не забуду, не забуду, – с жаром заверила ее Нина Евгеньевна и повернулась уже к нам с Настей. – Ну что, девочки, давайте прощаться! Хотя нет, не прощаемся, просто говорим «до новой встречи»!

– И при других обстоятельствах, – пошутила Настя.

– Это точно! – засмеялась Нина Евгеньевна и обняла вначале ее, а потом меня. – Поправляйтесь скорее и больше сюда не попадайте. Настя, тебя это в первую очередь касается! Скажи своему жениху, чтобы не гонял, хорошо?

– Хорошо, – заулыбалась девушка.

– Я спущусь с вами, куплю воды в буфете, – сказала я Нине Евгеньевне.

Со вчерашнего дня я начала увеличивать расстояния для хождения, больше не ограничивалась одним отделением стационара и даже удачно «проложила» маршрут до буфета на первом этаже, где уже без посторонней помощи могла купить себе что-нибудь на перекус или попить.

Однако в этот раз у меня далеко уйти не вышло. Я только миновала дежурный пост, направляясь к лифтам, когда дверь одного из них раскрылась, явив мою свекровь и золовку. В это мгновение у меня пропали и дар речи, и, кажется, сердцебиение. А потом я заметила у них большой чемодан, тот самый, который мы с Димой использовали для дальних поездок.

– О, гляньте, а вот и она! – воскликнула свекровь, увидев меня. – Значит, вот так мы болеем? Дефилируем уже по коридорам больницы в коротком халатике?

– Что вы здесь делаете? – я проигнорировала ее выпад в свою сторону. Слишком типично это было для нее.

– Быстро же ты, смотрю, оправилась после операции. По тебе и не скажешь, что она была. – Свекровь поправила траурный платок на голове и поджала губы. Золовка все это время молчала, лениво изучая стены коридора, словно ее это все не касалось.

– Вам шов показать? – холодно уточнила я.

– Упаси бог меня от такого зрелища, будешь из одежек выскакивать перед кем-нибудь другим. – Свекровь скривилась. – Для меня и так уже все ясно. Вот, держи свой чемодан, собрала тут все твои вещички, чтобы ты сама за ними не приезжала. И замки я в квартире сына поменяла, так что не вздумай там появляться. Она больше не твоя.

Я так опешила от этой наглости, что не сразу нашлась как достойно ответить.

– Вы с ума сошли? – выдохнула лишь возмущенно. – Это и моя квартира!