Чтение онлайн

Алексей уже свыкся с появлением призрака, однако, когда в пятом часу утра кто-то коснулся его лба, он вскочил и почувствовал, как бешено колотится сердце.

Панкратов сел на кровати и увидел, как призрак отходит от него и садится в кресло у окна, где обычно появлялся.

Испуг постепенно проходил, и Алексей уже с любопытством ждал продолжения событий. Почему-то он знал, что спрашивать ни о чем не следует, все произойдет само собой. Действительно, уже через несколько секунд Панкратов впал в привычное оцепенение, а когда очнулся, в кресле никого не было.

Алексей встал. На тумбочке возле кровати лежала записка, как обычно написанная им самим в состоянии медиумного транса.

Панкратов поднял ее и прочел. На этот раз призрак напоминал о том, что необходимо поговорить с заместителем градоначальника Кашириным, снова настойчиво, тревожно звучал призыв: «Ищите мальчика с родимым пятном!» Но была и новая просьба:

«Пройди один километр от места гибели девушки! Там найдешь предметы, которые помогут обнаружить убийцу!»

Сон улетучился. Алексей решил разбудить Батогова. Он подошел к номеру Славы и постучал.

Дверь распахнулась сразу, будто Батогов и не спал вовсе, ждал его. Тем не менее вид у него был заспанный. Стоя в трусах и щурясь спросонья, Слава вгляделся в лицо приятеля, отступил и бросил:

— Входи, садись. Пока буду одеваться, рассказывай. Вид у тебя, будто бандиты требуют вернуть миллион долларов долга, которого ты отродясь ни у кого не занимал.

Не отвечая, Алексей протянул Батогову записку. Тот прочел и вопросительно взглянул на приятеля:

— Брат являлся или сам написал?

— Брат приходил. Снова. И опять та же история. На какое-то время отключился, когда очнулся — на тумбочке записка.

Батогов задумчиво повертел в руке клочок бумаги и сказал:

— Ну что же… Даже если померещилось, даже если раздвоение личности, надо указания своего второго «я» выполнять… Кто знает, что все это может значить. В этом городе и не такое увидишь! Слышал, что вчера трупы туристов на улицах нашли?

— В редакции сказали. Кстати, мог бы зайти проинформировать меня! Как-никак по одному делу работаем, не говоря уж о дружбе.

— Извини, Леша! Поздно вернулся вчера, свалился как убитый.

— Ладно. Скажи, что делать будем. Мне что-то плохо думается. Видно, общение с потусторонним миром действует.

Батогов раздумывал недолго:

— Ясно, что делать. Первое: надо на железную дорогу съездить, второе: к Шурлыгину сходить. И то, и другое сделаем вместе. А вот к Каширину, думаю, тебе лучше одному наведаться. Если он в чем-то замешан, мое появление вовсе нежелательно.

— Ясно. Когда начнем?

— Через часок и начнем. Судя по настойчивым визитам твоего брата, времени у нас в обрез. Давай одевайся и спускайся вниз. Я возьму пару бутербродов, и поедем.

Через час они отъехали от гостиницы и направились к месту взрыва. Шоссе в этом месте шло вдоль путей. Когда дорога резко свернула вправо, к деревне, Батогов остановился, поставил джип на обочину, и они поднялись на насыпь.

— Давай-ка заодно взглянем, где мог хахаль Танин спать в нетрезвом состоянии, — предложил Слава.

— А ты знаешь, где он мог лежать?

— Могу только предполагать, — ответил Слава и продолжал: — Сейчас посмотрим. Так. Значит, здесь вот в этих кустах нашли тело. Отсюда нам следует пройти вперед по ходу поезда, потому что парень ее не дождался и она его увидеть не успела. Иначе разбудила бы. Если он говорит правду, то Таня до него не доехала.

Они прошли вдоль путей и метров через четыреста действительно обнаружили пень, оставшийся от некогда росшего здесь могучего дуба.

— Очевидно, здесь он и прилег отдохнуть, — задумчиво комментировал Батогов. — Скорее всего, паренек говорит искренне. — Слава присел на пень и, вытянув шею, попытался разглядеть кусты, где нашли Таню. Ничего не было видно. Все пространство было закрыто кустарником. Слава обратился к все это время молчавшему Панкратову: — Даже если учесть, что дело было в середине апреля, когда листвы еще не было, все равно разглядеть отсюда ничего невозможно. — Он встал. — Ну что же, пошли теперь вперед, как велел нам призрак Сергея. Нам надо пройти километра полтора.

Они снова поднялись на колею и пошли по шпалам.

Через пятнадцать минут Алексей тревожно сказал:

— Внимательнее, Слава! Это где-то здесь. Я чувствую. Будто мне кто-то подсказывает.

Приятели стали внимательнее рассматривать шпалы и промежутки между ними.

— Осторожно, Леша. Навстречу идет поезд, — сказал вдруг Батогов.

Они спустились с насыпи. Панкратов был раздосадован.

— Ну вот, так всегда. Только-только приблизишься к разгадке, непременно что-нибудь помешает.

— Не психуй! — урезонивал его Слава. — Пара минут ничего не решают…

Панкратов что-то ответил, но слов его не было слышно. Мимо с грохотом несся большегрузный товарняк. Конца составу не было видно. Панкратов беспрерывно махал рукой, как бы подгоняя машиниста, приговаривая про себя: «Давай, давай! Скорее!»

Наконец поезд прошел. Они поднялись на колею, и Алексей сразу заметил ее. Это была гайка. Обычная гайка, только нарезка была не ржавой, кольца ее слегка поблескивали.

Приятели внимательно осмотрели ее.

— Думаешь, это то самое, из-за чего мы сюда шли? — спросил Батогов.

— Вроде да, — задумчиво ответил Алексей, потом добавил: — Но полного покоя я не ощущаю. Очевидно, должно быть что-то еще.

Они прошли по шпалам еще несколько метров, и на этот раз Батогов заметил вторую гайку. Она была точь-в-точь такой же, как и первая. Такого же размера, с резьбой, чуть поблескивающей на солнце.

— Вот теперь вроде бы все, — удовлетворенно сказал Алексей. — Напряжение спало. Вроде воздух из шарика выпустили. Но на всякий случай давай еще пройдемся.