Чтение онлайн

— Ты правильно считаешь, меня мало интересуют твои желания! — ни одна мускула на его лице от такого нахального ответа не дёрнулась. А у меня разве, что лицо не перекосило от безцеремоной дерзости.

Огастин царственно поднялся с кровати и собрался уходить, пока я не крикнула вслед:

— Я не вещь! — отчеканила враз.

Он остановился обернувшись в пол оборота:

— Знаю, ты белый ангел — мой белый ангел. Назад дороги нет, только смириться и принять сей факт. Ты будешь слушаться меня и делать всё, что прикажу я и только я. — цинично проговорил.

— Я не буду подчиняться, такому ничтожеству, как ты! — от захлёстывающей обиды, ядовито прошипела.

Я была готова проглотить свой язык, но было уже поздно — его свирепый взгляд озарился огнём и он тут же направился ко мне.

Сама не поняла, как дьявол оказался в моей постели сидя на мне, зажав тело своими ногами и одарив грозным взглядом.

— Забери свои слова обратно! — приказал он.

— Нет! — без сомнений ответила. Умирать, так с высоко поднятой головой.

Хищно оскалился обещая скорую расплату. Однако он не стал меня бить, только жаркими губами жадно стал касаться моей шеи. Горячие руки блудно шарили по телу. Я отчаянно сопротивляюсь толкая в грудь, но кто я против него?

Я пришла в ужас от неизбежного. Задрожав словно в лихорадке, умоляюще прохрипела:

— Прошу прощения! Прошу про-ще-ния! — поцеловал медленно запуская свой язык мне в рот, таким образом заставляя молчать.

Одним движением рук он разорвал сарафан, и мои груди предстали перед ним. Я как ошпаренная прикрыла руками нагое тело, но он властно откинул кисти рук с меня. Он не унимался, целовал каждый изгиб тела, осторожно касаясь груди и обводя языком, вбирая в рот и посасывая. А пальцы между тем скользнули вверх по бёдрам, пока не коснулся заветного места через трусики. Я пыталась пустить все силы, чтобы отстраниться, но он основательно прижал собой не позволив даже малость шелохнуться.

— Расслабься, тебе понравиться! — возбуждённо прорычал.

— Зачем это всё? — всхлипнула я.

— «Ничтожество», каким ты меня назвала, сейчас покажет истинное наслаждение! Так что расслабься и получай удовольствие! — хрипло прошептал Огастин.

Пальцами дотронулся до влажного места, ощутимо и так неспешно протянув до выпуклого бугорка. Я продолжала сопротивляться, но это оказался ключ к тому самому удовольствию, ослепляющего мой разум в секунду. Совсем уже не отдавая себе отчёт я стала извиваться под ним, подобно змее, пытаясь усердно глушить стоны. А когда он отодвинул трусики и проник пальцами внутрь, то я перестала сдерживаться громко застонав. Впившись в мои губы он присоединил второй палец растягивая, глотая мои крики наслаждения.

— Пожалуйста! — взмолилась, когда он подвёл меня к самому краю. Он дал мне то, что просила. Последние круговые движения и мышцы сжались. Крик наслаждения раздался во всей комнате.

Он отпрянул и слез с кровати, несмотря на меня поправлял рубашку, а я развернулась на бок и дала волю слезам.

— Зачем оттянул финал? Почему не сделал всё сейчас, тогда б умерла и не чувствовала это унизительное, удушающие чувство! — мой голос разразился пылающим воплем.

— Нет, Челси, финала не будет — будет начала всех начал!

Эти два дня ни осмеливалась выйти за пределы комнаты дабы не встретить чудовищное порождение ада. Последняя встреча с дьяволом была унизительным испытанием для меня: с упоением, с большим удовольствием растоптал достоинство, подчинив моё тело себе, но мой разум подчинить ни сможет как бы не старался. Не сможет усмирить и заставить безоговорочно повиноваться своей воле.

Все эти дни как мантру давала себе уверенные наставления против своих внутренних страхов, на случай если снова предстану перед самим дьяволом.

Но неожиданный стук в дверь комнаты заставил вздрогнуть и замереть на месте, отчего я похлестала себя по щекам, изрядно ненавидя за свою очередную позорную трусость.

В такое время обычно мне подают завтрак, а я как дурочка пугаюсь непонятно чего. Плавно открываю двери, и натыкаюсь на взгляд к которому за это короткое время успела привязаться.

— Доброе утро, Челси! — кроткой улыбкой одарила Бони.

— Доброе утро, Бони! Рада тебя видеть, — искренне ликую её приходу. — Сегодня завтрака не будет? — поинтересовалась, заметив её пустые руки.

— Внизу, в обеденной зоне, вас ожидает господин Огастин. Собирайтесь, я вас проведу к столу.

— А если я не желаю его видеть?

— Господин Огастин, предвидел ваш ответ, наказав, что вы достаточно отдохнули вне его компании, и подобный отказ может серьезно отразиться против вас. — Бони с опаской процитировала слова дьявола.

— Это что угроза? — разъярённо возмутилась. — Надо бы сбить спесь с этого напыщенного павлина! — вздёрнув ворот белой, шёлковой рубашки, грозно прошипела. — Показывай, куда идти.

— Да, пойдёмте, — пролепетала Бони, зашагав вперёд, а я последовала следом.

Он наверное только и ждёт мой отказ спуститься к столу. Его забавляет мой страх и в то же время моё противостояние, но в этот раз я не дам повода для насмешек, больше не позволю унизительного отношения к себе.

Так незаметно в мыслях мы подошли к большой массивной, двустворчатой, деревянной двери. Бони бегло отворила две створки и почтительно вытянула руку в сторону обеденного зала, предлагая войти. Я же вежливо поблагодарила девушку за внимательность, прошла вперёд.

Сделав пару шагов я была сильно удивлена увидев зал таких внушительных размеров. Высокий потолок в золотых тонах, в тон золотым портьерам на вытянутых окнах, а у стены красовались бежевые диванчики, с золотистыми и фисташкового цвета думками. Возможно, здесь не раз проходили торжества и светские мероприятия. Я поражена насколько невероятно роскошный торжественный зал!

Разглядывая обеденную зону я не заметила самого главного, как Огастин внимательно наблюдал за моим откровенным любопытством, чем застал врасплох. Из-за длинного стола и стоящих на нём высоких канделябр, было трудно что-либо заметить. Щёки обдал тёплый прилив, по всей видимости, теперь я похожу на шкодившего ребёнка, которого поймали с поличным.

Огастин надменно изогнул уголки губ и вальяжно встал, выдвинув стул стоящий рядом:

— Прошу, Челси, присаживайся. Угощайся лучшими изысканными блюдами, старательно приготовленные для тебя, — обвёл рукой стол, указывая на его заполненность блюдами.

— «Старательно»? Откуда взялась эта излишняя щедрость? — неприкрыто удивилась я.

— Для тебя и твоих прелестных зелёных глаз вовсе не излишняя, — говорит, убирая с моего лица выпавшую прядь волос за ухо, я невольно отшагнула назад. — Хочу чтобы твои изумрудные глаза сияли от счастья.