Ангел на катке
Шрифт:
– Значит, эта Кимера Кастро будет выступать здесь, в Паластелле? – спросила она, убирая коньки в розовый чемоданчик.
Садия подняла указательный палец.
– Да, и это не простое выступление, – сказала она. – Она приедет сюда на последний этап своего итальянского турне «Звезды на льду».
– Представляете, девочки, – воскликнула Клео. – Она будет здесь вместе со всей командой! Мы будем тренироваться бок о бок с ними!
– А Бетти сказала, что Кимера – ее хорошая подруга, – заметила Садия. – Они участвовали вместе в соревнованиях.
Бетти была их тренером, именно она несколько месяцев назад открыла для них дверь в волшебный мир фигурного катания.
– Какое невероятное везение! – Теперь и Анжелика заразилась всеобщим энтузиазмом. – Наверняка мы сможем многому научиться у чемпионки такого масштаба! Может быть, я даже смогу решить свою проблему с прыжками… – добавила она, и выражение ее лица изменилось.
Клео дружески хлопнула ее по плечу:
– Да ладно, не делай такое лицо! У тебя нет никаких проблем с прыжками.
Вдруг из дальнего угла раздевалки послышался сдавленный смешок.
Анжелика, Клео и Садия замолчали и переглянулись.
– Кто это был?
– Да это наша гадюка Джаз, – прошептала Клео.
Самая вредная девчонка в Паластелле – Жасмин Джемма. Для друзей – Джаз. И для врагов тоже.
Как же они могли не заметить, что она тоже в раздевалке?
Когда Анжелика, Клео и Садия только начали заниматься фигурным катанием, Джаз уже была в команде Паластеллы вместе с Максом и Давиде. С первого дня она строила им козни и вечно во всем с ними соревновалась…
Из-за шкафчиков показалась голова симпатичной девочки в темно-голубом платье, которое подчеркивало ее голубые глаза и блестящие иссиня-черные волосы.
– Что я слышу! У кого это здесь нет проблем с прыжками? – спросила она, окинув их ледяным взглядом, и ехидно улыбнулась. – Не ты ли, дорогая Анжелика, пару недель назад беспомощно упала на лед, или я ошибаюсь?
Анжелика смотрела на нее, ничего не говоря. Она почувствовала, как краска приливает к щекам и в который раз пожалела, что у нее такая бледная кожа, которая так предательски краснеет. Она не была готова сразиться с Джаз вот так лицом к лицу…
– Да, но на соревнованиях у вас с Анжеликой были одинаковые оценки, дорогая Джаз, – прошипела Клео.
Клео никогда не пасовала перед этой врединой, и ей всегда удавалось отражать ее атаки. Анжелика ей даже завидовала – она сама была такой застенчивой, что никогда не смогла бы так быстро придумать, что ответить.
Жасмин перевела глаза на Клео.
– Ах да, я совсем забыла, ведь это ты натворила дел на соревновании. – Она рассмеялась. – Так упасть прямо в самом конце выступления! Какая жалость! К тому же тебе бы не помешало научиться одеваться, прежде чем кататься на коньках, – заключила она, смерив ее взглядом сверху вниз. На Клео были джинсы, выкрашенные розовой и фиолетовой краской. Это был настоящий праздник цвета, учитывая ярко-голубой лак для ногтей и вязаную шапочку.
Клео прищурила зеленые глаза и встала. Сейчас уже не имело значения, что она ниже Джаз, по крайней мере, на десять сантиметров, она готова была испепелить ее одним взглядом.
– Ты настолько завистлива, что даже не видишь, что происходит вокруг тебя, – прошипела она.
Жасмин подняла брови:
– И что же происходит, скажи на милость?
– Ты настолько неприятная, что у тебя даже Друзей нет. Даже твои подлизы-синхронистки не выносят тебя!
Анжелика и Садия взволнованно переглянулись.
Джаз едва заметно вздрогнула. Бетти была с ней строга в последнее время и корила ее за поведение. Но это же не ее вина, что на катке (и за его пределами) она была способнее, красивее и умнее других девочек. А что касается Вероники и Ванессы, двух девочек-синхронисток, так это они все время ходили с ней, как приклеенные, и подражали во всем. Она знала, что они обожали ее и никогда бы не повернулись к ней спиной. Потому что она была божественной. Как Каролина Костнер. Или Кимера Кастро. А богинь всегда половина людей обожает, а вторая половина им завидует.
Она решила заткнуть рот Клео, ударив по самому больному.
– Знаешь, – сказала она, поморщившись, – Давиде прав насчет тебя: ты такая язва, потому что у тебя нет способностей к фигурному катанию. Ты не представляешь, как он, бедняжка, жалуется, что Бетти поставила его в пару с тобой.
В этот момент, в последний раз свысока взглянув на Клео, она развернулась и вышла из раздевалки.
Анжелика и Садия сидели с раскрытым ртом. Джаз умела добиваться такого эффекта. Она выплевывала яд и уходила, а все вокруг застывали, как парализованные.
Вот и Клео тоже застыла, уставившись на закрытую дверь, за которой только что исчезла вредина. Только теперь искорки гнева в ее глазах затуманились облаком легкой грусти. К сожалению, насчет Давиде Джаз была права.
Бетти поставила их в пару, потому что физически они прекрасно подходили друг другу: он такой высокий, импозантный и мускулистый, несмотря на то что ему не исполнилось и пятнадцати, а она – тоненькая и легкая. Для такого, как Давиде, не составляло труда поднять ее над головой или сделать выброс. Проблема заключалась только в том, что он считал ее сумасшедшей. Вот что произошло совсем недавно на льду.
– Почему ты красишь ее в зеленый цвет? – спросил Давиде, рассматривая ее челку.
Клео дотронулась до прядки волос, спадавшей ей на лицо.
– Мне так нравится, – ответила она, будто защищаясь. – Зеленый подходит мне под цвет глаз.
– Да, но нормальные девочки не красят волосы в зеленый.
Клео похолодела. Они опять наступали на те же грабли. Давиде по любому поводу начинал ее критиковать!
– Нормальные девочки? А я, по-твоему, какая?
Он улыбнулся, в его глазах показались насмешливые искорки.
– Ну, тебя никак не назовешь нормальной.
Клео, прищурившись, посмотрела на него. Он подшучивает над ней или говорит серьезно? В одном она была уверена – этому парню все время удавалось вывести ее из себя с его подходом отличника ко всему.
– В мире полно нормальных девочек, – в конце концов ответила она, подняв повыше подбородок. Она бы многое отдала за то, чтоб быть чуть повыше – ее раздражало, что он так нависал над ней. – К тому же у меня не зеленые волосы. Это всего лишь челка, если ты не заметил.