Чтение онлайн

Ангел весело хохотнул, совершенно не собираясь обижаться па откровения и явное безразличие к собеседнику Антона. Ведь он преследует иные цели, и к тому же его статус не предусматривает обиды на опекаемых.

— Я, вообще-то, не на монолог, а на диалог рассчитываю. Так что, извини, конечно, но и тебе придется поучаствовать в беседе. Хочешь ты этого или не хочешь, но раз я здесь предстал, то будь любезен выслушать и высказаться, — заявил он безапелляционно и категорически, пристально вглядываясь в Антона. — Думаю, что интерес к нашему разговору очень скоро появится и у тебя. Поскольку, мы сейчас как раз и коснемся твоих проблем и бытовых хлопот. А свое личное любого человека всегда волнует, несмотря на безразличие внешнее и показушное. Эта беседа не является жизненно важной, как для тебя, а уж сто пудово, так для меня. Но человечество не всегда выискивает выгоды от того или иного диалога. Иногда он морально важен. Так сказать, для поддержания духа и для укрепления веры в дальнейшее существование.

— Да уже заинтересовал! — удивленно, но пока не совсем серьезно, хотя слегка заинтересованно воскликнул Антон. Мало ли с какими тараканами в голове ходят в кафе посетители. Да если еще учесть странность его одеяний, так вообще могут возникнуть сомнения в его здравомыслии. Лучше уж подыграть и принять его игру, чем вот так по странностям проходимцев портить чудесный вечер и великолепное настроение. — Слушаю с максимальным вниманием. И торжественно обещаю стать полезным и приятным собеседником. Так получается, что большее время провожу в одиночестве, а потому иногда есть желание выболтаться и излиться. Ненавязчиво, однако, на разнообразные и всесторонние темы. Потому и отнесусь к тебе с пониманием. И какую лично тебе и прямо сейчас желалось бы затронуть тему? Поговорим о самом наболевшем, или просто прогуляемся по всему миру с критикой политиканов с их правителями?

— Общее и наболевшее, — двусмысленно намекнул Ангел, разрывая леща на две части и снимая с него шкуру, отделяя вкусные розовые кусочки мяса. — Нет, не в том общем, что обо всем и легонько вскользь, а о нашей единой теме, которая может только нас и взволновать. Она у нас общая.

— А мы разве имели удовольствие когда-либо и где-нибудь столкнуться так плотно, что общие интересы возникли? — все еще пока без особого любопытства и интереса спрашивал Антон. Серьезно воспринять собеседника он еще не мог. — У меня лично твоя персона никаких ассоциаций не вызывает. Допускаю, что в какое-либо время кое-где возникал односторонний контакт.

— Вот здесь ты попал в точку. До сих пор знакомство у нас было однобоким. То есть, я знал тебя, немного общался, интересовался жизнью, бытом и мыслями, но ты о моем существовании даже не догадывался. Хотя, если напомнить, то сразу войдешь в толк и поймешь, что мое присутствие не просто существовало, но и имело существенное влияние во многих жизненных коллизиях, — как-то загадочно и с неким намеком на свою значимость в жизни Антона, произнес Ангел.

— Скажи, — внезапно решился уточнить некоторые моменты Антон. — А почему и кто назвал тебя Ангелом? Анжела, Анжел, если есть такое мужское имя, но Ангел не вяжется с общими и привычными именами. Словно некто из библейских персонажей, проживающих под присмотром самого Творца.

— Нет и ни в коем случае, — спокойно, но категорично покачал головой Ангел. — К библии никакого отношения я не имею. Это ваши сказки, и сами их читайте. Хотя, кое-какие моменты у нас просто совпадают. Знаком я с вашими религиями, коих много, и часто друг друга противоречащих. У меня возникло желание поближе узнать и познакомиться с тобой по той простой причине, что еще с самого рождения, а точнее, после вручения ПЛИКа, чем-то ты заинтересовал меня. Неким отличием от других. Мне ведь тоже обычная рутина и однообразие в моих обязанностях слегка наскучила. Вот и желаю общения с маленькими приключениями. Ты не одинок в избранных. Несколько десятков, не хочется уточнять, тебе подобных и с тобою схожих и являются моими постоянными собеседниками. И выбраны вы из многих миллионов, над которыми мне дана власть и управление. А такой выбор делать сложно. Трудно остановить выбор на ком-либо. И вовсе не потому, что все вокруг серо и обезличено. Нет, в мире полно разнообразия, и оно может представить интерес. Но, мне так кажется и даже я уверен на все сто процентов, каждый Ангел подбирает себе некоторое количество опекаемых для общения по каким-либо своим вкусам и интересам. Вот лично я предпочитаю общения именно с такими особями, схожими с твоими душевными качествами. И они по нашим и человеческим понятиями весьма оригинальны, достойны не просто изучения и уважения, но и обожания. Я никогда не вру и не льщу. Просто говорю правду, такую, как она есть: без прикрас и преувеличений.

— Ну, ничего себе признание в любви! — уже искренне удивился и восхитился Антон, хотя такое признание приятней слышать от женщин или от большого начальства. — Надеюсь, твой подбор действительно идет по положительным человеческим качествам? Отморозки себя подобных тоже восхваляют. Лично я в себе вроде пока никаких существенных отличий от общей массы не выявлял. Но, чтобы меня выбрать из нескольких миллионов, так ты меня этим даже как-то возвысил над остальными. Хотелось бы всмотреться в зеркало и обнаружить нимб над головой.

— В том, что по положительным, так можешь даже не сомневаться, — успокоил Антона Ангел, чтобы у того не возникали комплексы неполноценности. — По весьма положительным качествам. Я бы даже сказал, что такие особенности как бы врожденные, переданные тебе на генетическом уровне. Хотя, замечу, что многие качества, что представляют для меня интерес, ты развил свои трудом над собой.

— А меня самого проинформировать можно про эти великолепные и редкостные качества? — с легкой усмешкой и иронией попросил Антон собеседника, поскольку никогда не любил вот таких откровенных восхвалений. — А то живет во мне со мной паинька, а я даже и не догадываюсь о его присутствии.

— Признаюсь честно и правдиво, хотя такие заявления весьма непедагогичны в присутствии виновника похвал, но твой возраст уже с устоявшейся психикой и имеет иммунитет от лести, но тебе подобных в мире весьма редкое количество субъектов. Так что, позволительно немного возгордиться, что являешься неким особенным и отличным, а главное по правильным характеристикам. И главная особенность, что отличает вас от общей массы, так это великая способность понимать и чувствовать окружающих, независимо от их происхождения, умственных и физических качеств, возраста и социального статуса. И старание не допустить беспричинной боли. А сама боль — естественна и необходимое чувство для любого человека и существует для его же блага и безопасности, чтобы предупредить и помочь увидеть и найти причину. Но она совершенно без надобности, что в угоду и в радость другим, кои находят в ней животное наслаждение. Ты никогда не любил такое общепринятое среди сверстников твоего окружения банального мордобития ради развлечения и от скуки. Не переносил словесное незаслуженное оскорбление, как самого себя, так и близких, не допуская тем паче, чтобы оно исходило от тебя. Нет, борцом за права и свободы, страждущих ты никогда не был, за справедливость не хотел страдать, но сочувствие проявлял и жалел. Жалость — чувство очень даже человеческое. Ведь ты можешь и не помочь, но понять, проявить солидарность, и тем самым облегчить сострадание. Так эти эмоции порою вызывают намного сильней понимание. Чаще человек, ощущая сочувствие и моральную поддержку, становится намного уверенней и убежденней в своих позициях. Ведь не всегда принимается грубое физическое вмешательство, как панацея.

— Ох, и намудрил же ты, господин Ангел, нафилософствовался, — недоверчиво усмехнулся Антон, но довольный такими характеристиками.

Таким давненько его не выставляла даже родная супруга. А тут сплошные дифирамбы в его адрес от постороннего человека, который, как уже кажется, хорошо знает его. Чем-то привлек Антона этот незнакомец со своими откровениями, но принять его слова искренне, что-то пока воздерживало. Уж как-то внезапно и непонятны цели этих здравиц, зачем и с какой целью возник этот молодой человек со своей откровенной проповедью. Такими качествами можно смело осыпать любого себялюбивого и мало-мальски уважающего себя человека. Невидаль какая — похвалить и приписать общечеловеческие ценности первому встречному, да еще в добавок ко всему слегка выпившему человеку. Конечно, никто и спорить не будет, не станет возражать против таких оценок. Но этот Ангел уж много угадывает из всех, ниже описанных характеристик. И в детстве, и в юности Антон был жестким противником глупого петушиного мордобития. Избыток энергии он оставлял турникам во дворе, а в училище в спортзалах, наполненном полным комплектом различных силовых станков и приспособлений. Оттого мало у кого возникало желание испытать свои и его физические возможности в соперничестве. Без особых напряг ставил взбесившегося задиру на место. Чаще даже хватало простой просьбы.

— Мудрил, не мудрил, но характеристику выдал верную. С иными качествами объектов общение не любил. Они не представляли для меня интеллектуального интереса. У меня самого интеллекта и эрудиции выше крыши. А вот наделенных такими людскими компонентами встретить тяжело. Я не говорю, что вокруг тебя и тебе подобных сплошные садисты, отморозки и туповатые индивидуумы. По-своему по-человечески процент нормальных людей значительно превышает отрицательный контингент. Потому-то человечество растет и прогрессирует. И, как ни странно для многих пессимистов, добреет, стараясь во многих моментах поменять насилие на спор и договор. Но в моей программе вообще не заложены пункты общения с вами любыми, независимо от наличия интеллекта и души. Нет даже такой задачи, как оберегать от ошибок и спасать от беды. Лишь контроль и перемещение ПЛИКа. И все, остальное — в ваших компетенциях.

— Ну, и что это за премудрость такая твой ПЛИК? — с усмешкой, все еще относясь с недоверием к собеседнику, спросил Антон. — Что это за должность у тебя такая, словно Богом определенная и полномочиями сверхчеловеческими наделенная? Получается, что, в самом деле, являешься посланником неба и его самого? Вроде, как в начале разговора ты наши религии назвал личными выдумками и красивыми сказками, а теперь вот представился еще сказочней, чем можно придумать.

— Хочу сразу определиться в этой ипостаси. Я такой же атеист, как и ты, но слегка сложней, чем тебе сам этот атеизм кажется. Нет в этом мире бесхозного существа на планете. Все контролируется и управляется. Чтобы тебе легче понять меня, то назовем это управление компьютерным. Мы не следим, не руководим и не управляем земными процессами цивилизации. Даже не управляем и не поправляем резкие изменения и отклонения от проторенного и запланированного события. У нас для такого случая есть вышестоящие и руководящие начальство. Но и у них, насколько я компетентен, совершенно иные функции. Если только сам процесс сбивает утвержденное направление и угрожает глобальными отклонениями, то тогда, вполне объяснимо, они вмешиваются и корректируют. И ни за что просто так без надобности и по своей воле. Но руководят в основном они конкретно нами, Ангелами, которые, как и я, заняты в основном переносами ПЛИКом. И основная моя задача, как и вложено в программу, так это всего на всего перенос этого самого ПЛИКа. После смерти человека на дисплее высвечивается его код, который и переносится в параллельный мир, стоящий на ступень выше существующего. ПЛИК — это полный личный индивидуальный код. Он является твоим личным "Я". "Я" любого человека. И если тело просто и тривиально покидает сей мир и предается земле, чтобы сгнить и стать частью планеты, то ПЛИК перемещается в новорожденное тело. А потому тебе предлагается, правда в принудительном порядке и без твоего личного согласия, продолжить жизнь дальше. Но в другом параллельном мире. И так происходит бесконечно, поскольку все вокруг, что мы видим и что существует — оно вечно и бесконечно. Жизнь, вселенная и сам человек. Бесконечна мысль, интеллект, разум. Потому и существует вечно, что есть разум и абстрактное мышление. Этим вы и отличаетесь от неразумных и инстинктивных тварей — миром фауны.