Чтение онлайн

– С тебя переговорщик, так себе. На троечку.

И я снова оказываюсь на его плече. Как-то паршиво сразу на душе. Это же может продолжаться вечность, пока ему самому не надоест меня таскать. Меня настигает чувство собственной ничтожности. Скоро себе же самой нужно будет приобретать микроскоп.

Меня доставляют до пункта отправки малогабаритного груза. Только на этот раз уже повезёт не джентльмен. Поскольку двери открывать мне никто не собирается.

– Садись, либо затолкаю без особых нежностей, – сводный приглашает сесть в салон его автомобиля. Это я так его слова интерпретирую. Он у меня очень чуткий и заботливый.

– А садисты разве когда-то бывают нежными? – Кусаюсь в надежде прокусить хоть один важный орган у брата. И в очередной раз убеждаюсь — пустая трата времени и сил.

– Давай проверим, – и мягко придерживая мой подбородок под определенным градусом, целует меня в губы.

Мы проходим все стадии от нежности до грубости. От мягкости его рук на подбородке и до варварства на затылке. Волосы натянуты как струны. Губы взяты в плен. Их зверски терзают. Никакой пощады. Только сильные морозы Ермаковской Сибири способны были бы так кровожадно их истязать. Братец характером не уступает данному региону. Трескает мои губы, покусывая своими зубами, и смачивает их своим влажным языком. Действия повторяются. Однако скучно от монотонности вовсе не становится. Лишь всё сильнее внутри разгорается.

Моё тело начинает жить отдельной взрослой жизнью, сказав разуму короткое «ариведерчи». Оно ведётся, поддаётся этому человеку. Ему будто не чуждо то, что мы сейчас вытворяем. Не знакомимся друг с другом, а словно пытаемся насытиться после долгой разлуки. Знаем каково, потому дико жаждем это заполучить себе обратно.

Мы вошли во вкус. И дошли от сражения до поражения, к моему полному подчинению. Он занимает доминирующую позицию. Моя усаженная на капот задница, его руки, спустившиеся с небес ко мне на бёдра и властно господствующие на них. Между нами нет ни единого свободного пространства.

Напряжение царит во всём, и его пах не является исключением. Там несколько вольт проходит с частотой в секунду. Он каждый раз извещает мою даму, что он здесь, рядом. Вроде нечего переживать, стража стоит на посту, однако несколько ударов подобных бою курантов и влажный пальчик, идущий в меня на разведку, быстро отрезвляют.

Терять девственность среди лесной рощи, ещё и со своим сводным кошмаром приведёт к бессоннице и желанию заново переписать с этого момента свою жизнь. Лишь бы вернуть внутреннюю целостность и подарить право меня раскрыть одному любимому и единственному. Мой благоверный меня пока что не отыскал, но это не значит, что его подарок я должна передаривать первому попавшемуся, кто на него покуситься и своими пальчиками начнёт развязывать красный бант.

– Максим, пожалуйста, остановись, – руки, которые недавно блуждали по твёрдой спине, нащупывая перекатывающиеся мышцы, и пребывающие в восторге от того насколько физически слажен сводный, теперь просят завершить массажный сеанс моего клитора до того, пока я не начну наслаждаться звёздным небом закрытыми глазами и кричать в экстазе и благодарить всех и вся за вселенскую красоту.

– Руки убери от меня, – я уже не прошу, а требую. Со стороны явно похожу на переигрывающую целочку. Сначала такая на вид вкуснятина. Кушайте меня «ам-ам», а как ближе к делу и чувствую на себе первый укус, так сразу от страха голову в штаны. Уточняю, в свои штаны, чтобы вы не подумали, что во мне столько противоречий.

Не спешу угрожать тем, что я как резаная буду вопить, звать всех подряд к себе на подмогу, а если никто не успеет вмешаться и я всё же стану официально женщиной, что первыми, кого оповещу о гибели моей целомудренности по дурости своего сводного, будут мать и отчим, наши любимые и понимающие предки. Где-то глубоко я была в нём уверена — отпустит. Мирно. Одичавший зверь с иногда проскальзывающими человеческими поводками. Я как-никак помню, кто заступился за меня в клубе. С того случая не много времени прошло. Да и разбитые костяшки у братца каждый раз освежают память и напоминают о наказании виновных лиц.

Он отходит от меня. Руки в карманы. Взгляд куда-то позади меня.

– Вызову такси, – сводный говорит мне, но голос отстранённый. Где-то находится на другой параллели. Не со мной. Я всё выдумала, и он сейчас исчезнет как по волшебству.

Однако чёртов с два. Проморгав, магический этюд не свершился. Все предметы на своих местах. И я по-прежнему на капоте его автомобиля.

– Забей, я сама, – спрыгиваю на землю. – И такси тоже вызову сама. Я девочка самостоятельная, – открыв мобильное приложение, первой нажимаю на слово «заказать».

Сводный не отвечает, только сильно зажмуривает глаза и выдыхает. Идёт в сторону машины, достаёт оттуда пачку сигарет и закуривает.

«Ещё и курит» — про себя констатирую увиденное. Автоматом ставлю напротив него большущий минус. Наличие дурных привычек мною не одобряются. Отец всегда говорил, что с каждым выпитым стаканом или никотиновым вдохом, мечта будет отдаляться. Детям не нужно запрещать, предупреждать, угрожать. Они запреты нарушат, очередную жёлтую карточку получат, ваши угрозы в пол уха услышат. Им достаточно объяснить на их языке. Только одна загвоздка. Их язык нужна знать. Надо знать своего ребёнка.

Стоп. Перематываю мысли. Я сейчас его как парня оценила? Плюсы и минусы расставляю? Замечательно, Риточка. Умница, девочка. Бери всех во внимание, чтоб своего не упустить. И не забудь, Максимке за танцевальные навыки поставить плюсик. Так закружил твой язык в вальсе, что твоя голова до сих пор идёт кругом. Вы же всё-таки Маргарита Дмитриевна хореограф, такое должны всегда подмечать и отмечать у себя в блокнотике.

Решаю отвесить себе подзатыльник за легкомысленные размышления на его счёт. Я и он — ни за что! Никогда! От усталости я совсем ку-ку. Нужно больше спать. Никаких поздних вылазок после работы. Выспаться и только тогда можно в люди выходить. А то так и замуж не далеко выскочить за первого встречного.

Ожидание такси проходило в полном словесном штиле. Максим курил и курил. Даже можно подумать, что извержение успешно состоялось, просто я его одна проглядела. В странности я ему не уступила. За это время несколько раз нокаутировала себя за дурные мысли и столько же раз приводила в чувства.

Пятнадцатиминутная картина, написанная маслом, оживились в свете фар подъезжающей машины. Я в такси, а он в свою машину. Без прощаний и обещаний новых встреч.

Другой салон, другой человек за рулём — мне также душно. Приспускаю окно и ничего. Воздух буквально не ощутим. Тому причина — он, мой сводный призрак. Задыхаюсь. Мечтаю об одном несчастном глоточке.

Машина едет и тянет за собой шлейф вопросов, которых с новыми километрами становится больше. Я не нахожу на них ответов, как и на тот, что задаёт таксист, когда мы подъезжаем на указанный мной адрес.

– Всю дорогу плёлся за нами. Если так сильно переживал, то почему сам вас не отвёз домой?

То, что он здесь — меня это не смущает. Это его дом. Хочет наконец спать в своей комнате — ради бога. Дядя Серёжа будет безумно счастлив. Блудный сын вернулся.

Одно не понятно: Как Мазерати последней модели в гонке проиграла старому Фольксвагену с чёрными шашечками?