Чтение онлайн

В салоне нас встретил мужчина лет тридцати с идеальной укладкой и безукоризненным внешним видом. Одет он был настолько стильно, что я на секунду почувствовала острую неловкость за свой образ дачного пугала. Но только на секунду — стыдиться перед этими людьми было последним делом.

Парень словно не заметил моего катастрофического вида, зато расплылся в восторженной улыбке при виде Молотова.

— Димочка! — воскликнул он театрально, всплеснув руками. — Ну какую же красавицу ты ко мне привел! Просто бриллиант, который нужно только отшлифовать!

Димочка?! В моей голове что-то щелкнуло от удивления. Этого жесткого циника, который держал меня в железных тисках, кто-то называет Димочкой? Да еще и такой изысканный стилист? Мир окончательно сошел с ума.

— Артур, сделай что-нибудь приличное, — коротко бросил Молотов. — К вечеру должна выглядеть на все сто. Заберу в шесть.

— О, дорогой, с таким материалом я сотворю чудо! — Артур уже кружил вокруг меня, оценивающе щурясь. — Укладка, макияж, и обязательно подберем что-то роскошное из нарядов. У меня есть пара вариантов, которые превратят её в настоящую королеву!

— Делай что знаешь, — махнул рукой Молотов и повернулся ко мне. — А теперь пару слов наедине.

Он легко взял меня за локоть и отвел в сторонку, понизив голос до ледяного шепота:

— И не вздумай играть в беглянку, пока меня тут нет. Если вздумаешь дать деру — найду быстро и буду очень зол.

Молотов наклонился и чмокнул меня в щеку — легко, почти игриво, но в этом невинном жесте было столько собственничества, что даже если бы у меня и мелькали мысли о побеге, они бы испарились в ту же секунду.

Артур усадил меня в роскошное кресло перед огромным зеркалом и принялся кружить вокруг, размахивая руками и нахваливая мои «природные данные». Неожиданно мы разговорились. Может, от стресса, а может, просто от желания отвлечься, но я вдруг начала рассказывать — даже кратко поведала о себе, откуда я, чем занимаюсь, и про ту проклятую аварию, которая перевернула всю мою жизнь.

Я сначала подумала, что такие парни, как Артур, вряд ли интересуются женщинами, но он оказался женат! Рассказывал о жене Наташе и сыновьях-двойняшках, и при упоминании семьи вся его манерная маска слетала, а в глазах появлялось что-то по-настоящему живое и теплое.

Пока мы болтали, его руки не останавливались ни на секунду — то взбивали волосы, то наносили что-то на лицо кисточками разных размеров. Он ловко разворачивал кресло, чтобы я не видела промежуточные результаты. Работал виртуозно, как настоящий художник.

Когда он наконец развернул меня к зеркалу, я потеряла дар речи. Мои короткие волосы превратились в мягкие голливудские волны, как у звезд пятидесятых. Макияж был безупречен — выразительные глаза, четкие скулы, соблазнительные губы, но все это выглядело так естественно, будто я просто родилась такой красивой. Никаких следов пошлой Эльзы — просто я, только лучшая версия самой себя.

— Дима просто лишится дара речи! — Артур буквально подпрыгивал от восторга. — Ты сногсшибательна, Элечка! Он точно не сможет оторвать от тебя глаз!

Меня пробил холодный пот. Не сможет оторвать глаз? Вся радость от преображения мгновенно превратилась в липкий ужас. Чем привлекательнее я выгляжу, тем сильнее разгорится его желание. А мне так хотелось оттянуть этот момент, а лучше вовсе его избежать.

Артур принес платье — черное и длинное, но с дерзким разрезом сбоку, который обещал показать больше, чем мне хотелось бы. К нему прилагались атласные перчатки и изысканные лодочки на шпильке — полный комплект для роковой женщины, которой я не хотела становиться. Артур отправил меня переодеваться в просторную примерочную в глубине салона. Замка там не было, заметила я с растущей тревогой.

Я стянула с себя поношенную толстовку и штаны. Взяла платье в руки: оно было с открытыми плечами и довольно облегающим кроем. Топ снимать категорически не хотелось, поэтому я попробовала надеть платье поверх него. Натянула — получилось странно, лямки торчали, ткань неровно легла, все выглядело нелепо.

Наверное, если бы я наблюдала за собой со стороны, подумала бы: «Дура! Попытайся что-то сделать! Попробуй убежать, обратись в полицию». Но Молотов словно подавил мою волю, превратив меня в послушную марионетку. Я покорно выполняла все указания, как загипнотизированная. Пока еще ничего по-настоящему страшного мне делать не приходилось, но ожидание того, что меня ждет впереди, выматывало не хуже самых страшных пыток.

Выбора не было. Бросила взгляд на себя в зеркало. Какая разница, этот кусочек ткани все равно ничем мне не поможет. Стянула платье до бедер, избавилась от топа и начала натягивать платье обратно. Шнуровку пока не затягивала, но платье село как влитое. Открытые плечи, неглубокое декольте, тонкие бретели изящно спадали вниз. В пол, но с высоким разрезом сбоку — при каждом шаге будет видна нога до середины бедра.

Попыталась затянуть самостоятельно, но оказалось очень сложно: то не могла ухватить нужный шнурок, то он выскальзывал из пальцев. Руки заводила за спину под разными углами, но толку никакого. Артура звать не хотелось совершенно.

Пока возилась с платьем, снаружи послышались приближающиеся голоса:

— Она переодевается, — констатировал Артур.

— Помогу застегнуть платье, — небрежно отозвался знакомый баритон. Тяжелые шаги направились к примерочной.

Дорогие мои читательницы! Как вам книга? Обязательно пишите комментарии и впечатления!

Эля

Паника прошила насквозь. Сердце заколотилось так яростно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Нужно было любой ценой затянуть это чертово платье до того, как он войдет. Руки предательски задрожали, пальцы превратились в непослушные сосиски — шнурок раз за разом выскальзывал из захвата, а узелки путались, словно назло. Чем отчаяннее я спешила, тем больше все валилось из рук. Проклятая шнуровка не поддавалась, петли расходились, и я чувствовала, как платье того и гляди сползет совсем.

Дверь распахнулась именно в тот момент, когда я успела только прижать дрожащими руками платье к обнаженной груди. В зеркале отразилась мое собственное испуганное лицо, а за моим плечом возникла его высокая фигура.

Молотов застыл на пороге, словно увидел что-то неожиданное. Его взгляд медленно скользнул по моему отражению — от уложенных волос до голых плеч, задержался на сжатых на груди руках. В темно-синих глазах мелькнуло что-то хищное, оценивающее. Брови слегка приподнялись, уголок рта едва заметно дернулся. Сложно было понять, о чем он думает, но интерес в его взгляде читался совершенно отчетливо. Похоже, то, что он увидел, ему определенно понравилось.

Несколько бесконечных секунд мы застыли в этой немой сцене: я, сжимающаяся от стыда и страха, и он, неторопливо изучающий меня через зеркальное отражение. Воздух в маленькой примерочной сгустился, стал тяжелым. Потом он наконец пошевелился — медленно, почти крадучись подошел ближе и остановился прямо за моей спиной. Я чувствовала его присутствие всем телом, тепло, исходящее от его фигуры.

Все внутри сжалось в тугой узел. Я приготовилась к самому худшему: сейчас он снова начнет лапать, хватать, или, еще хуже, заставит отрабатывать этот проклятый долг прямо здесь, в тесной примерочной, где даже развернуться толком нельзя. Каждая мышца напряглась до предела, готовая к отчаянному сопротивлению. Дыхание перехватило.