Чтение онлайн

– Что?

– Он показал ей язык, как будто они были старыми приятелями или чем-то в этом роде. Она высунула язык ему в ответ, и температура в святилище взлетела вверх на двадцать градусов от жары, с которой они трахали друг друга взглядами.

Сюзанна ничего не могла ответить сначала. Отец Стернс, казалось, защищал ее и Микаэля Димира. Если он выступал в качестве духовника их обоих, то, несомненно, знал, если бы у тридцать-с-чем-то-летней писательницы был роман с мальчиком-подростком. Они с Харрисом наблюдали за игрой в течение нескольких минут в тишине. Или почти в тишине. Несмотря на то, что тот был вне игры, Харрисон не удержался от того, чтобы выкрикивать советы или поощрения собственной команде.

Она немного знала о футболе, но могла сказать, что Отец Стернс дирижировал всем на поле. Его команда отвечала на каждый приказ, как хорошо обученные солдаты. Мужчина казался неутомимым, бегая туда-сюда по полю с ловкостью длинноногого ягуара.

– Боже, как он хорош, - сказала она, когда мужчина вклинился между двумя игроками и забил гол с центральной линии.

– Конечно, он хорош, - сказал Харрисон, снимая лед и растирая внутреннюю часть бедра.
– Он сто пятидесятипроцентный чистый европеец. Получил ген футбола с обеих сторон.

– Как кто-то может быть сто пятидесятипроцентным европейцем?
– спросила Сюзанна, вспоминая, как мало знает о прошлом священника.

– Его отец британец, вернее был британцем. Теперь мертв. Мать датчанка. И он ходил в семинарию в Италии.

Мать датчанка? Это могло бы объяснить цвет волос и глаз. И надписи на книгах и на фото – наверное, были на датском.

– Я думала, его мать была из Нью-Хэмпшира.

Харрисон усмехнулся.

– Вот это, - сказал он, указывая на Отца Стернса, - кажется вам американским?

– Нет, - призналась она.

Он казался ей захватывающим - мужественный и красивый и невероятно привлекательный. Но не американец.

– Европейские гены – полагаю, вот поэтому он ваш лучший игрок.

– Второй из лучших.

– Второй? Дай угадаю - ты лучший.

Харрисон покачал головой.

– Нет. К нам иногда приходит и играет родственник Отца С. Он даже лучше. Но не говори Отцу С об этом, они постоянно соперничают друг с другом.

Сюзанна нахмурила брови. Она знала, что у Отца Стернса была сестра, но старшая сестра, Элизабет, не жила в Коннектикуте.

– Шурин? Одна из его сестер была замужем…

Харрисон покачал головой.

– Отец С был женат.

Сердце встрепенулось в ее груди.

– Отец Стернс был женат?

– Да, когда ему было как и мне - восемнадцать. Совершеннолетний, - он напомнил ей.
– По-видимому, брак не был долгим. Она умерла. Из-за какого-то несчастного случая. Если бы у меня умерла жена в восемнадцать лет, я, наверное, тоже присоединился бы к священству.

Сюзанна едва могла говорить.

– Женат...

Я не девственник... Я не был рожден священником...

– Восемнадцать... это было давным-давно. Он и брат все еще друзья?

– Они либо лучшие друзья или хотят убить друг друга. Иногда трудно сказать. Они постоянно ругаются друг на друга по-французски.

– По-французски?

– Да. Его родственник француз.

Харрисон говорил что-то еще, но Сюзанна уже не слышала. Она посмотрела на поле и увидела, что матч подходит к концу. Команда Отца Стернса выиграла 2:1. Встав, Сюзанна стряхнула траву с джинсов и направилась к мужчине.

Когда она оказалась рядом, он сдвинул очки на макушку.

– Хорошая игра, - сказала она.
– Вы были женаты?

Отец Стернс посмотрел через плечо и окинул Харрисона убийственным взглядом. Харрисон послал девушке воздушный поцелуй.

– Каждый четверг я посвящаю молитве в церкви, - сказал Отец Стернс.
– Я молюсь, чтобы Харрисон стал цистерцианцем.

– Цистерцианцем?

– Они принимают обет молчания. Моя молитва до сих пор не услышана.

Сюзанна засмеялась, стараясь идти в ногу с Отцом Стернсом, ей пришлось делать большие шаги, чтобы поспевать за мужчиной.

– Да, я был женат, - сказал он, наконец.

Она поняла, что он часто гулял тут, рядом с церковью, и решила идти рядом, пока он ее не прогонит.

– На очень короткое время. Она умерла вскоре после того, как мы поженились.

– Могу я спросить как или это слишком личное?

– Не личное, - сказал он, когда они ступили на тротуар.
– Но не менее болезненное. Мари-Лаура умерла во время прогулки в лесу. Я был за несколько километров от того места, на случай, если вы решите, что моя звездочка относится к убийству.

– Красивое имя. Она была француженкой?

– Была. Балериной.

Сюзанна испытала странное ощущение. Что-то вроде ревности. Она представила красивую французскую балерину и ее шикарного молодого мужа. Наверняка молодожены страстно любили друг друга.

Они свернули на неосвещенную тропинку, сойдя с улицы, обрамленную нависающими кронами деревьев. Впереди девушка заметила небольшой двухэтажный коттедж в готическом стиле.

– А ваша мать была датчанкой? Я думала, она из Нью-Хэмпшира?

Они остановились у ворот. Сюзанна стояла, глядя на него, ожидая, что тот скажет или сделает хоть что-нибудь.

– Моя родословная... это довольно длинная история, - сказал он, его серые глаза стали такими же темными, как и путь, по которому они пришли.

Сюзанна сглотнула. Она не должна была этого делать, нельзя было оставаться с ним наедине. Не здесь. Не в его доме.

– У меня есть время.

* * *

Вертолет. Они отправились в город на долбаном вертолете.

Весь путь туда, Микаэль провел у окна, глядя на землю внизу, облака над ней и на горизонт... Он не мог поверить, что Гриффин мог запросто вызвать вертолет, как другие вызывают такси. Гриффин... Гриффин наверняка подумает, что он сошел с ума. Во время полета Микаэль приклеился к окну как первоклашка, а Гриффин наблюдал за ним с нескрываемой радостью. Микаэля не волновало, что все подумают, что у него поехала крыша - он не мог отвести взгляд от красоты вечернего города на высоте восьми тысяч футов.