Ангельд Чёрный: демон Недремлющего моря
Шрифт:
Водные процедуры, затем разминка с рапирой и манекеном и только после завтрак. Неплотный, чтобы не дать телу разомлеть до дневной часовой прогулки в саду и усиленной тренировки с учителем фехтования! А вот после можно хоть целого гуся с яблоками, главное без сладкого к чаю обойтись.
Так по обыкновению проходил ее день, но сегодня привычное расписание решил нарушить отец.
– Господин велел помочь вам одеться к завтраку, госпожа.
– А зачем не сказал?
– Велел промолчать… – бесхитростно ответила девушка и, заговорщицки понизив голос, добавила, – но в беседке у озера накрыли столик на четыре персоны и при том велели зажарить десяток перепелов. А мальчишку с кухни еще до свету послали к пекарю на Сладкую улицу, чтобы успел к утреннему испечь клубничных кексов с посыпкой из битой лавандовой карамели.
Услышав о таких хлопотах, Ангелика тут же припомнила разговор, состоявшийся между ней и отцом минувшим вечером. Неужели он не позабыл своих слов на холодную голову? Не может же быть, что он и правда сосватал ее кому-то!
Ух, если и правда сосватал – этой же ночью сбежит. Не удержит ее, даже если того самого Затана, Черного Барона сторожить к ней приставят и хоть три сотни его одержимых слуг!
Полная тяжелых мыслей, девушка все же спустилась в сад к назначенному часу. И белее полотна стала, завидев в беседке с резными ставнями, распахнутыми в сторону озера, гостей своего отца.
– Граф Де Арнэ, позвольте представить вам мою красавицу-дочь – Ангелику Наяду Талию Эндорф. Ну, полагаю, с вашим сыном они уже успели завести… кхэм… более тесное знакомство! – Добродушно расхохотался старый лорд.
– Да уж, – фыркнул высокий, худой и сухенький, точно щепка, мужчина с прилизанными жидкими волосенками, маленькими черными тараканиьими усиками и такой же бородкой, – наслышан. Очень рад встрече, миледи!
И руку костлявую протянул, желая перехватить ее ладонь и запечатлеть на тыльной ее стороне вежливый влажный поцелуй.
Но Ангелика руки не подала.
– Отец, нам надо поговорить. Срочно!
Но судя по тому как запунцовели щеки под седой дымкой пышной бороды, Майрону Эндорфу ни слова, ни тон дочери, совершенно не понравились и потому разговаривать он был не намерен.
– Все потом, – сказал старик достаточно сдержанно, практически силой усадив девушку за стол, – сейчас тут будет разговор поважнее любых, которые ты когда-либо вела и будешь вести после. Эй, слуги! Вина!
Пока юноши, выряженные по такому случаю в парадные ливреи, спешно наполняли кубки присутствующих, Ангелика с Люмьеном успели безмолвно сразиться на дуэли взглядов. Девушка искренне желала убить негодяя, но тот был слишком доволен собой, чтобы вежливо сдаться и отвернуться – негодяй наоборот улыбался во весь рот, как кот полной крынке сметаны, да еще и развалился в кресле настолько вальяжно, словно это Ангелика и Майрон были у него в гостях, а не наоборот.
– Ну, так сказать, у вас купец – у нас товар! – Хохотнул лорд, привлекая внимание, поднятием кубка. – Долго мы ходили вокруг да около, друг мой, но теперь я готов признать, что ты еще тогда был прав – лучше твоего сына для моей дочери пару не сыскать!
Ангелика едва не задохнулась от возмущения, так у нее перехватило дыхание, что она и слова вымолвить не смогла, хотя в голове их крутилось ох как много. Но все больше портовому грузчику подходящих, а не приличной девице.
– Ты меня не первый день знаешь, Майрон, давай лучше еще раз уточним детали. – Проскрипел Симон Де Арнэ, испытующе прищурив левый подслеповатый глаз. – Люмьен берет в жены Ангелику, а я, к тем подаркам, что мои люди уже доставили в твой дом, дарую им имение под Манорой, в Тьерском излесье, а также договариваюсь с Гвендоэле о пожаловании ей должности фрейлины при инфанте Сюзэтте. А взамен, как только у наших детей появятся отпрыски, не важно какого пола, ты завещаешь все свои конторы на континенте, а также торговые суда моему сыну. Все верно?
– Все так. Все конторы и суда – все, за исключением того, что я по контракту должен своим партнерам, но и все контракты также перейдут к твоему Люмьену, так что, если ему удастся с ними договориться, то и то, что идет за вычетом, также достанется ему одному.
– Папа! – Воскликнула девушка не веря своим ушам.
Отец резко шикнул на нее и вновь обратился к графу.
– Я уже дал указание своим юристам составить бумаги. После они все вышлют твоим и сможем подписать.
– Ты еще обслуживаешься у «Распьер и сыновья»? В таком случае все не займет больше пары дней, значит можем уже готовиться к свадьбе. Я так понимаю, все расходы пополам?
Глава 8
– Папа стой, не делай этого! – Ангелика в ужасе вцепилась в руку отца, требуя того обратить наконец на себя внимание, но мужчина только отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.
– Помолчи, кому сказано! Пополам, да. Только я бы, если позволишь, хотел на себя взять подбор увеселений – любо мне это дело. А еще требую двустороннего согласования списка гостей! Например, я знаю что ты с Нагольдом Ашмерценом в дружеских отношениях, но не далее как полгода назад этот ишмирский гад меня на десять тысяч делариев обуть пытался…
– Свадьбы не будет! – Воскликнула Ангелика, вскочив с места и громко топнув ножкой об деревянный пол беседки, так что аж блюда на столике подскочили и звякнули. – Я скорее в тазу Недремлющее Море в шторм переплыть возьмусь, чем стану женой этого… этого… этого моллюска пресноводного!
– Ну-ка сядь… – прорычал лорд Эндорф и вдруг неожиданно сорвался на крик, громогласно садонув большим кулаком по столу, так что с того приборы посыпались, – и закрой свой рот, женщина! В этой семье пока еще я главный, а значит ты будешь делать то что велено! И молчать при этом, а когда рот разрешат открыть, еще и спасибо говорить!
– Что-о?! И не подумаю! – Взвилась девушка, зардевшись гневным румянцем. – Ты меня с этим слизняком вонючим на брачное ложе только мертвой положить сможешь! Да и не сдалась я ему даром, разве же ты не видишь? Этим каракатицам сухопутным только дело твое и нужно. Суда да канторы, а на меня им с грот мачты наплевать! Они псы паршивые, а ты меня на поживу отдать хочешь?! Видела бы тебя мама…
Воздух в клочья разорвал звонкий звук пощечины и Ангелика холодной ладонью накрыла пылающую щеку. Было больно, ведь удар пришелся прямо по свежему синяку, но куда более обидно…
– Ну-ка извинилась. За каждое слово свое грязное! И после того еще и рот пойдешь с мыльным порошком мыть, я за этим к тому же всех слуг проследить заставлю, чтобы спесь твою поубавить!
Ангелика была готова вновь ринуться в бой, припася не меньше едких и злых оскорблений тут же созревших на кончике ее острого языка, но ее неожиданно прервал скрипучий голос Симона Де Арнэ:
– Не стоит. Девушка достаточно ясно высказала свою принципиальную позицию. Полагаю, после всего услышанного, уже мой сын на брачное ложе с ней даже под угрозой смерти не ляжет. Мы, пожалуй, вынуждены отказаться от этого союза и откланяться.
– Отец, – внезапно возмутился Люмьен, – но ты же обещал мне…
– Тихо, юноша. – Сквозь зубы процедил граф и, поднявшись с места, потянул и его, бесцеремонно вцепившись сыну в ворот атласной черной куртки, расшитой золотыми нитями. – Мы уходим.
– Постойте, граф… – вскочил с места лорд Эндорф, – думается мне, не стоит заканчивать такое чудесное утро на столь скверной ноте. Тем более, что мне сложно не признать, как я виноват перед вами за дурное поведение моей дочери. Видно плохой из меня родитель, что не смог воспитать в ней уважение к…