Чтение онлайн

— Они тоже дышат воздухом, — отрезала Люсьена.

Анжелина молчала. Она вынула из корзины белый хлеб, яйца, сваренные вкрутую, и кусок сыра.

— А где колбаса, паштет, который я купила сегодня утром? — спросила Люсьена. — Я люблю вкусно поесть.

— Вот они, — ответила Дезире. — Кто хочет лимонада?

На продукты, разложенные на белой салфетке, тут же налетели мухи. Одетта с раздражением принялась размахивать веером в надежде прогнать их.

— Противные насекомые! — воскликнула она. — Конечно, этого и следовало ожидать на берегу канала. Здесь же грязная вода. Я видела, как плыла крыса.

— Магали была бы рада поехать на пикник с нами, — заметила Дезире. Взгляд ее бирюзовых глаз затуманился.

— Давайте сегодня не будем говорить о грустных вещах, — остановила ее Одетта. — Мы приехали развлекаться, наслаждаться хорошей погодой.

— Да, поговорим о зарождающейся идиллии! — предложила Люсьена. — Безупречная Анжелина, первая ученица, и доктор Кост! Я не ревную, боже упаси! Этот косоглазый…

Дезире и Одетта прикрикнули на нее. Им нравился Филипп Кост, и обе они очень хотели бы оказаться на месте Анжелины.

В последнем письме к Жерсанде де Беснак, написанном десять дней назад, она умолчала о своих отношениях с врачом. Ею двигали скромность и целомудрие. Анжелине пока не хотелось раскрывать свои мысли. Более того, настойчивость старой дамы, изо всех сил желавшей этого брака, начинала немного раздражать Анжелину. «О том, что происходит между мной и доктором Костом, не обязательно знать всем, — думала она, очищая яйцо, скорлупа которого плохо отделялась. — Мы оба довольствуемся часами, проведенными у постели пациенток, встречами в парке, разговорами. Но теперь я его лучше знаю и не боюсь ему улыбаться, отвечать на знаки внимания маленькими записочками, которые подсовываю под дверь его кабинета. Однажды он сказал, что мы впадаем в детство и что это очаровательно. Он полная противоположность Гильему. Один блондин — другой брюнет; Филипп любит поэзию, цветы, животных, а у моего прежнего возлюбленного был культ плоти и наслаждений. Он никогда не говорил о своих увлечениях или о прочитанных книгах. Он, как и его отец, любил охоту, а мой дорогой доктор ненавидит таких и называет «бесплатными убийцами».

— Посмотрите, еще одна баржа! — вдруг закричала Одетта. — Уже третья после того, как мы расположились здесь. На этот раз ее тянут быки.

— Бедные животные! — пожалела быков Дезире.

— Первую тянула одна ломовая лошадь, — заметила Анжелина. — Но баржа была маленькая. Полагаю, она перевозила пассажиров, а не груз.

— А где ты видишь груз на этой барже? — спросила Люсьена.

— Глупышка! Водники не выставляют напоказ то, что перевозят, — смеясь, объяснила Одетта. — Один из моих дядьев работал матросом на барже. Его хозяин проходил путь от Тулузы до Сета за три дня, поскольку менял лошадей на каждой станции. Дядюшка привозил нам марсельское мыло. Ему удавалось незаметно стащить несколько кусков. Он рассказывал, что жилые помещения на барже были очень маленькими. Жена водника не утруждала себя хозяйством, однако на каждом шлюзе ей приходилось попотеть, разгружая и загружая ящики.

Анжелина рассеянно смотрела на баржу. Вдруг за шлюпкой она заметила мужчину, облик которого показался ей знакомым. «Но где я его видела?»

Лицо незнакомца было смуглым, обветренным, словно он весь год жил под открытым небом. Его довольно длинные черные волосы, перехваченные лентой на затылке, блестели под лучами солнца. И тут Анжелина его узнала. Сердце бешено забилось в ее груди.

— О! — испуганно воскликнула она.

— Что случилось? — спросила Дезире, подходя к ней.

— Мужчина на барже! Я уже встречалась с ним. Это произошло в долине Масса. Он музыкант… Словом, он называл себя бродячим артистом. Луиджи. Его зовут Луиджи!

— Бродячий артист… — повторила Люсьена, сморщив нос. — Боже, да он красавчик! Луиджи?

С этими словами Люсьена встала и принялась махать мужчине рукой. При этом она от души хохотала.

— Луиджи! Луиджи!

Возмущенная Анжелина дернула ее за юбку.

— Замолчи, Люлю! Ты сошла с ума! Это нехорошо! Он увидел нас. Так порядочные девушки себя не ведут!

Анжелина заметно нервничала. Она была бы рада встретиться со скрипачом, но не в обществе других девушек.

— Мсье Луиджи! Среди нас есть ваша подружка! — громко закричала Люсьена, изгибаясь всем телом.

Миниатюрная, с пышной грудью, Люсьена знала, что очень красива. Ее черные как смоль волосы развевались, ветер с трудом приподнимал густую тяжелую челку, доходившую до самых бровей. Одетта и Дезире тоже смеялись, возбужденные июньской жарой и пируэтами своей подруги.

Мужчина, польщенный, что его приветствуют молодые особы, повернулся и широко улыбнулся им. Анжелина сразу же отвернулась и надвинула на глаза соломенную шляпу с матерчатыми цветами. Но вдруг она успокоилась. «Почему я должна прятаться? — подумала Анжелина. — Он производил впечатление чудака актера, а вовсе не бандита. Возможно, он меня забыл».

Луиджи, а это был он, побежал на нос баржи, продолжавшей медленно скользить по зеленым водам канала. Ведомые водником быки замедлили шаг.

— Здравствуйте, барышни! — крикнул он, склонившись в поклоне и делая вид, будто снимает шляпу. — Какой прием!

Уперев руки в боки и твердо стоя на палубе, Луиджи рассматривал девушек. Вдруг он бросился к узкому проходу, леер которого находился, примерно, в метре от берега. Разбежавшись, он прыгнул.

— Боже мой, бродячий актер еще и акробат! — сказала Люсьена, прыская от смеха.

— Успокойся, Люлю! Ты ведешь себя слишком смело, — тихо сказала Анжелина, полностью пришедшая в себя. — По сути, я его мало знаю.

Смутившись, Анжелина замолчала, потому что к ней кошачьей походкой приближался улыбающийся Луиджи. Он показал на Анжелину пальцем.

— Да это Виолетта! Каким чудом я встретился с вами в Тулузе, милая барышня, после того как оставил вас в грозном ущелье Пейремаль той холодной зимой? Виолетта, я знал, что вновь увижу вас!

— Здравствуйте, мсье, — равнодушно ответила Анжелина, стараясь не выдавать охвативших ее чувств.

— Виолетта моей мечты, представьте мне этих прелестных наяд, окружающих вас, — жалобно попросил Луиджи. — Не стоило так утруждать себя ради моего приезда в этот город!

Доведенная до исступления ужимками цыгана, уязвленная его комплиментами в адрес ее спутниц, Анжелина отступила на шаг и неприязненно посмотрела на Луиджи.

— Вы все шутите, — резко сказала она. — Мы здесь оказались совершенно случайно.

— Сомневаюсь, — возразил Луиджи. — Конечно, я шучу. По моему скромному мнению, это делает наше существование менее тягостным.

Одетта, Дезире и Люсьена, онемевшие от охвативших их чувств, присутствовали при разговоре. Это им позволяло внимательно и в то же время незаметно рассмотреть Луиджи. Он был одет в широкую тунику. Низкий вырез позволял видеть гладкое смуглое тело без единого волоска. Короткие бежевые брюки облегали мощные бедра, на мускулистых икрах были гетры.

— Что вы здесь делаете? — спросила Анжелина, вглядываясь в лицо молодого человека, который казался ей сейчас более привлекательным, чем в воспоминаниях.