Чтение онлайн

— Звучит очень похоже на меня.

— Ты именно так и сказал. Это точная цитата из одной из старых новостных рассылок Легиона.

Его ладонь раздвинула мои ноги, пройдясь по внутренней стороне бедра.

— Прекрати, — сказала я. Получилось больше похоже на стон, чем на протест.

Он усмехнулся мне в шею.

— Попробуй ещё раз.

Я напомнила себе, что я ангел, а не какой-то наивный новобранец. Я сделала шаг назад, создав между нами небольшое расстояние.

— Я не стану спать с тобой, Дамиэль.

— Вот как? — в его глазах плясало веселье.

— Да.

— Ты очаровательна, — он поймал пальцами прядь моих золотистых волос. — Отличаешься от всех, кого я когда-либо знал.

Я отбросила его руку в сторону.

— Вот что ты говоришь всем женщинам, которых пытаешься соблазнить?

— Нет. Ложь так утомительна.

— Даже маленькая безобидная ложь?

— Особенно маленькая безобидная ложь. Я каждый день допрашиваю лжецов. Я не желаю впускать эту ложь в свою личную жизнь.

Личную жизнь? Могла ли я ошибаться на его счёт? У него имелась жизнь помимо работы? У него были друзья? Солдаты-Дознаватели всегда такие одиночки.

— Да, — согласился он. — Мы такие.

Я положила ладони на его плечи. Отголоски боли в его тоне вызывали у меня желание утешить его.

Дамиэль поймал мои руки.

— Твоя кожа такая мягкая. Такая идеальная, — его большие пальцы выписывали круги на моих ладонях. — Это не руки солдата.

Я попыталась отстраниться, но его хватка была железной.

— Ты очень умная, Каденс. Твоё личное дело — это одна история успеха за другой; ты приобретаешь магию практически без труда, всегда выполняешь именно то, чего от тебя ждут.

Я думала, что он насмехается надо мной, потому что я чересчур старательная (совсем как другие насмехались надо мной всю мою жизнь), но в его голосе не звучало резких ноток. А когда он заговорил вновь, в его глазах стояло лишь восхищение.

— Ты не представляешь, как это утомительно — всегда искать во всех только худшее, выкапывать мелкие грязные секреты людей. Охотиться за самыми тёмными, самыми ужасными прегрешениями человеческой натуры, спрятанными за фальшивым фасадом. Но ты… Ты… настоящая.

Было нечто уязвимое в том, как он это сказал.

— Я не заинтересован в недолгой, ничего не значащей связи. Я хочу большего, — сказал он мне. — Между нами что-то есть, Каденс. Какая-то сила влечёт нас друг к другу. Я знаю, что ты тоже это чувствуешь.

Я покачала головой, не доверяя своему голосу. Правда в том, что я действительно это чувствовала. Нечто влекло нас друг к другу — сила мощнее самой магии. Я не могла объяснить это чувство и не могла от него избавиться.

Его ладонь мягко погладила меня по щеке, и я подпрыгнула.

— Ты взвинчена, и это тебя отвлекает, — он приподнял брови, словно впитывая меня взглядом. — Я не хочу отправляться в сражение с тем, кто так напряжён. Это погубит нас обоих.

— Поверить не могу, что ты используешь это как оправдание, чтобы забраться в мои штаны.

— В твои штанишки, под твою юбочку, да куда угодно. Я не привередлив в отношении того, что ты носишь, — уголок его губ приподнялся. — Хотя я падкий на кружево.

Я попятилась от него.

— Это безумие. Ты только что познакомился со мной. Ты ничего обо мне не знаешь.

Он пожал плечами.

— Я читал твоё личное дело. И я хорошо умею оценивать людей.

— Оценивать? — выплюнула я. — Это не собеседование при устройстве на работу, Дамиэль. Ты хочешь сделать меня своей любовницей. Что, если ты возненавидишь то, как я ем? Что, если ты возненавидишь, как я целуюсь?

Легким, как пёрышко, прикосновением пальца он провёл по моим губам.

— Уверен, такого риска нет.

— Ты помолвлен с другой.

— Это рабочий брак. Обязательство. Вскоре и у тебя появится такое обязательство. Они ничего не значат, — он поднёс мою ладонь ко рту, и его губы скользнули по моей коже. — Вы видитесь друг с другом несколько дней раз в десять лет или около того, выполняете свой долг по сотворению новых потенциальных ангелов, а потом возвращаетесь к своим раздельным жизням.

— Вот так просто?

— Вот так просто, — подтвердил он.

Я покачала головой.

— Я бы так не смогла.

— Конечно, смогла бы. Ты же идеальный солдат. В твоём случае это прямо одержимость, Каденс. Одержимость перфекционизмом. Когда учёные Легиона найдут магически совместимого солдата, ты выйдешь замуж за совместимого партнёра и выполнишь свой долг. В твоём личном деле ничто не указывает на то, что ты когда-либо перечила распоряжениям Легиона.

Я хмуро посмотрела на него.

— Вот теперь ты насмехаешься надо мной.

— Нет, — серьёзно сказал он. — Не насмехаюсь. Более того, твоё общество кажется мне приятной переменой по сравнению с моими обычными стычками с другими ангелами. С тобой всё не сводится к махинациям и манипуляциям. Всё не сводится к потайным мотивам и играм за доминирование. Ты именно та, кем кажешься. Находиться с тобой… приятно.

Он произнёс это так, будто раньше у него никогда не было повода использовать это слово.

— Ты постоянно упоминаешь моё личное дело, — произнесла я. — Опять-таки, у тебя есть преимущество надо мной. Ты читал моё личное дело, но я никогда не читала твоё.

— Действительно.

По его глазам я видела, что такое положение дел ему нравилось. Он, несомненно, отрубил бы себе руку, если бы это дало ему преимущество.

— Говоришь, тебе нравится, что я не играю в игры. Что я не скрываю всякое. Что ж, а ты скрываешь, — сказала я. — Отношения не строятся на неровной почве, Дамиэль.

Он нахмурил брови.

— Не в моей природе раскрывать себя. В последний раз… — он покачал головой.

— Что случилось в последний раз?

— Мы должны поспешить, если хотим добраться до крепости Дарксторма до темноты, — объявил он, затем снова побежал вперёд.

Я последовала, подстроившись под его темп. Он воздвиг вокруг себя стену, щит, который никого не впускал. Я сочувствовала ему. Те редкие проблески Дамиэля (настоящего Дамиэля, под всем этим фасадом высокомерного ангела), что я видела, показывали мужчину, страдающего от боли. Он не был злобным бездушным ублюдком, которого из него делали.