Чтение онлайн

— Это правда, — с нажимом повторяю.

Снова не верит. Эта ситуация мне напоминает старый комедийный номер — докажи, что ты не верблюд… Уже не помню, кто его исполнял, но чувствую я себя точно так же, как и несчастный герой пресловутой шутки.

— Я верю, — нахмурившись, поспешно заявляет Теодор.

А затем, слегка вздохнув, садится в кресло с другой стороны стола.

— Просто… Все эти события: ты, Сет, Гленн, Илин — они как-то все навалились, словно снежный ком. Еще и алладисы эти, кто же мог подумать, что ты и о них забыла.

В его голосе столько усталости, что я впервые за все это время вижу перед собой не самоуверенного лэрда, который привык командовать, а обычного мужчину, которому ничто человеческое не чуждо. Почему-то хочется протянуть руку и убрать упавшую ему на лоб прядь темно-каштановых волос. Желание настолько сильное, что я даже руки сцепляю в замок на коленях. Сочувствие мое ему уж точно не нужно. Тем более что образ обычного человека Теодор уже поспешно снимает и снова цепляет маску надменного графа.

— Так, что ты вспомнила? — он принимается буравить меня проницательным взглядом.

Я тоже стряхиваю минутную слабость, а то уже совсем лужей растеклась. Не надо забывать, что мне еще не известны мотивы Эмерея. Вдруг он точно такая же меркантильная зараза, как и его отчим.

— Наш разговор в беседке с цветами. Вернее его маленький фрагмент. Я у вас, у тебя, — быстро исправляюсь, увидев, как нахмурился Теодор, услышав иное обращение. — Просила что-то уничтожить. Но я не помню что. И не помню, что я тебе обещала. Какую услугу? Что между нами было?

— Между нами, Эва, был договор, — откидывается на спинку кресла граф. — И ты его нарушила.

— Не могла я такого сделать, — уверенно заявляю. Ну не вяжется у меня образ той неуверенной в себе, запуганной девочки с наглой и беспринципной вруньей. — Должна была быть какая-то причина. Так ты мне расскажешь все с начала?

Граф покачивает головой, слушая мои пылкие заявления, и слегка кривит губы в саркастической улыбке.

— Но, тем не менее, сделала, — хмыкает он. — А раз ты все-таки вспомнила этот разговор, да еще и воспользовалась своей силой, спасая Сета… Ведь я не ошибаюсь, правда? Ты остановила время?

Медленно киваю, чувствуя, как что-то обрывается внутри. Вот и приехали. Что и требовалось доказать. Меня просто переправили с одной клетки в другую. Этот хоть не бьет. Во всяком случае, сейчас… Почему же на душе так гадко, ведь я с самого начала это подозревала… Дура я, вот и все… И беспокоился он, когда я от этого их электрического паука пострадала, вовсе не обо мне, а о даре и пользе, которую я могу ему принести… Выдыхаю, стараясь успокоить бушующие эмоции, и бесцветным голосом спрашиваю:

— Так что же я обещала?

— Ты, Эва, — наклоняется ко мне через стол Эмерей. — Обещала вылечить Гленна…

От удивления даже забываю, как дышать. В смысле вылечить? Я же не врач!

— Что ты имеешь в виду? — кое-как придя в себя, переспрашиваю. — Я разве умею?

— Лечить? — поднимает брови Теодор. — Нет, лечить ты не умеешь. Зато знаешь, как достать камень Миана…

Вот, прям, глаза мне открыл. Камень Миана. Теперь все стало ясно.

— Это мне ни о чем не говорит, — недовольно хмурю брови, с трудом сдерживая сарказм. Сейчас не время показывать зубы, надо все разузнать поподробнее, поэтому прикусываю язычок и как можно спокойнее спрашиваю. — Что это за камень такой, который Гленну помочь должен? Да и вообще, с чего это я тебе такое пообещала? Может, ты меня заставил… Вынудил силой или шантажом…

Пытливо смотрю в его глаза в надежде увидеть там хоть отголоски правды.

— Ты за кого меня принимаешь? — внезапно вспыхивает Эмерей. — Я что, по-твоему, чудовище? У нас была взаимовыгодная сделка, от которой каждый получал то, что хотел. Это ты в последний момент все переиграла. Видимо, предложение маркиза тебе гораздо больше привлекательным показалось. Настолько, что ты забыла о больном ребенке.

Сказанные слова жалят, как ядовитая змея, заставляя сжать губы от обиды. Но и сам Теодор едва сдерживается, на его скулах играют желваки, а руки сжимаются в кулаки. И хоть мне больно и горько, его я тоже понимаю. Трудно спокойно относится к человеку, который дал надежду, а потом внезапно и без объяснений ее же и забрал. Особенно если это касается ребенка. Неужели Эва могла так поступить с ним?

— Нет, — мотаю головой. — Нет! Я бы ни за что не предала Гленна, и тебя тоже…

— Тебе напомнить за кем ты была замужем весь последний год? — ерничает в ответ мужчина. — Заметь, это был не я.

— Как так получилось? — картинка в голове ни в какую не желает складываться.

— Ты просто в последний день разорвала помолвку, — пожимает плечами граф. — А на следующее утро уже сочеталась браком с моим отчимом. Меня на церемонию, как ты понимаешь, не пригласили. Из газет узнал…

Неужели я на самом деле была таким чудовищем? То есть не я, Эванжелина. Как она могла? Перед глазами стоит образ малыша. Такого милого, доверчивого, невинного. Разве можно взять и обречь это дите на страдания? Разве может быть что-то дороже жизни и здоровья? И разве могла так поступить девушка, которая, не задумываясь, пожертвовала собой ради спасения обычной служанки? Вот не вяжется у меня это воедино ну никак, как не крути.

— Теодор, — наконец собираю мысли в кучу. — Давай ты мне расскажешь с самого начала, потому что я ничего не понимаю. Как мы нашли друг друга? Почему для меня было выгодно выйти за тебя замуж? И что такое этот камень Миана?

— Что ж, Эва, готовься, — вновь откидывается на спинку кресла мужчина. — Говорить мне придется долго.

“Да я как бы уже давно готова”, — внутренне хмыкаю и превращаюсь в слух. А Теодор начинает свой рассказ глубоким, хорошо поставленным голосом, от которого у меня по спине пробегают мурашки и сладко замирает внутри.

— Камень Миана изобретение древних драодов, четырех учеников Клейвоанта-всевидящего, — принимается за повествование Эмерей. Вот даже не сомневалась, что где-то тут замешана эта "Великолепная четверка". — С древнего гаольского языка, на котором говорили наши предки, Миан означает желание. Это воистину легендарный артефакт создавался многие годы. Каждый из древнейших вложил в него частичку своей магии. Какова была причина его создания доподлинно никому не известно. Возможно, с его помощью четверо драодов во главе с Клейвоантом хотели предотвратить вторжение ниаманов, воинов с материка. Но, поняв какую могущественную и опасную вещь они создали, древние решили спрятать артефакт, так что до него может добраться лишь один из их потомков, обладающий силой, то есть ты, Эва.

— И этот камень… Он вылечит Гленна? — затаив дыхание, спрашиваю я.

— Я очень на это надеюсь, — поджимает губы Эмерей. — Ибо если не он, то моему сыну больше ничего не поможет…

Мне сложно поверить в кусок булыжника, способный на такое чудо. Внутренний скептик недоверчиво фыркает… Но я ведь как-то попала в другой мир и в чужое тело, видела проявления магии и сказочных пауков, так почему же не быть чудодейственному артефакту, созданному усилиями четырех драодов?

— И где же мне его достать? — нарушая тягостное молчание, вопросительно взираю на Теодора.