Чтение онлайн

Лера, наблюдавшая со стороны всю эту сцену, поставила маячок на Диму.

Она не забыла про темного кадета. Ее до сих пор обдавало жаром, исходящим от его сознания, даже в воспоминаниях. Несмотря на прямое предупреждение Григория, она не оставляла надежды остановить убийцу.

Сутулый человек в капюшоне. Худое кривоносое лицо. Страх перед животными, страх перед людьми. Кругом враги. Ненависть, желание убивать, смешанное со страхом быть пойманным, быть поставленным лицом к лицу с содеянным, жгучее, невыносимое стремление снова и снова видеть, как корчатся, умирают в мучениях собаки, кошки, лисы, представляя на их месте всех своих врагов.

Все враги. Все. Отнять у них жизнь. Это приносит облегчение. На время, а потом опять начинается эта жажда – убить, убить, убить.

Его трясет от ненависти, от предвкушения, он готовится к своей миссии: покупает колбасу, крысиный яд, начиняет ядом куски колбасы, точно зная, что звери не могут устоять против соблазна.

Появившийся с недавнего времени Наставник не одобряет этих его рейдов. Наставник говорит, что у него есть Миссия. Кошки, собаки – это эпизод в жизни. Когда он достигнет своего уровня, он сможет раскрыться во всем таланте своей личности.

Наставник открывает перед ним сияющие перспективы. Наставник красноречив и убедителен.

Отомстить недругам, всем, кто не понимал, не ценил, не уважал? Легко! Катастрофы, несчастные случаи, встреча с обезумевшим от ломки наркоманом.

Погубить безупречную репутацию? Не проблема. Найди столетней давности любовниц, неважно чьих, предложи им рассказать, что этот святоша их домогался во времена оны, – к твои услугам целая палата темных адвокатов, они состряпают любое дело, любые доказательства, привлекут прессу, только скажи! От репутации оставят пыль, прах, перемолотую субстанцию.

Убить целые народы? Не вопрос! Развяжи войну, столкни лбами два клана, две религиозные конфессии, заставь их потерять человеческий облик, пусть режут друг друга.

Но ему нестерпимо хочется выйти на охоту. Хочется опять разбросать отравленную колбасу по аллее, чтобы потом незаметным наблюдателем увидеть, как очередная безмозглая собачонка, сожравшая это кусок, будет подыхать в муках. А очередная дура-хозяйка будет обливаться слезами над собачонкой.

– Не разменивайся на мелочи, – увещевает его Наставник, – что тебе эти кошки-собаки, даже если их много. У тебя впереди великие дела!

Но он не может бороться с собой. Наступает время, когда ему опять надо отправляться на охоту. Им правит луна – один раз полная луна, другой раз темная луна. Приближается новолуние. Он ходит кругами по квартире. Беспокойство растет.

Он бежит в торговый центр, покупает колбасу, бежит в магазин, покупает крысиный яд. Сидит, обняв запакованную и расфасованную смерть.

Когда луна почти вступает в фазу, он проверяет смертный мир на готовность встречи с ним.

Еще пять дней. Рано. Сознание пылает, он мечется. Рано. Рано! Когда же будет можно?

Вдруг наступает похолодание. Он знает это. От похолодания начинают работать глубинные слои сознания. Похолодание приводит все чувства и ощущения в систему.

«Четыре дня», – говорит ему похолодание. И он засыпает счастливый.

Через неделю после встречи Дима, как и обещал, приехал в микрорайон, оставил машину в знакомом дворе и пошел с Графом на поводке в сторону парка, высматривая, не попадется ли подозрительно себя ведущий человек.

Подозрительных не попадалось. На велосипедах, на самокатах носились дети, шли матери с колясками, праздные прохожие, хозяева вели собак на прогулку. Собаки интересовались Графом. Дима порой позволял им обнюхаться, потом тянул поводок и они шли дальше.

В парке было людно, весело.

На полянках расстелены одеяла, открыты корзины, полные свертков с бутербродами, пирожков, глянцевых яблок, зелени, бутылок с напитками, на одеялах сидят отдыхающие компании. Дети играют под деревьями, время от времени подбегая и хватая из корзины пирожок или яблоко. На поле с футбольными воротами мальчишки самозабвенно с криками пинают мяч.

Они шли вокруг озера. Кое-где в укромных местах с удочками сидели на раскладных стульях сосредоточенные рыболовы.

Рыба играла в тенистых местах, пуская по воде круги.

Утки вдоль берега вели за собой выводки пушистых пестрых утят, плакучие ивы купали в озере гибкие ветки с узкими серебряными листьями, засматриваясь на свое собственное отражение.

Середина озера, открытая солнцу, сверкала, как золотой расплав.

Они шли аллеями, пятнистыми от тени, полными гуляющих, счастливых людей, время от времени Дима заговаривал с другими хозяевами собак, не видели ли они, не слышали ли, не подозревают ли.

Про догхантера слышали многие, но конкретного ничего сказать не могли. Пересказывали истории, уже обросшие жуткими подробностями, выдвигали версии, но все это было не то.

По вечерам они с Олегом созванивались, делились информацией. Олег был уверен, что очень скоро жажда потянет догхантера на промысел. Главное, оказаться в нужное время в нужном месте.

А Дима в конце концов поймал себя на том, что приезжает в микрорайон не только ради цели выследить отравителя, но каждый раз он надеется встретить Наташу с Дашей.

«Дубина ты, – говорил он себе, – тебе же прямым текстом сказали, что имеется папа, папу ждут с работы. Ты спас котенка – на том тебе спасибо. И нечего лезть в чужую счастливую жизнь».

И все-таки он еще раз увидел Наташу. В третий день своего выслеживания, паркуя машину перед тем, как отправиться патрулировать улицы.

В сердце толкнуло совсем, как у подростка, увидевшего в школьной раздевалке девочку, что понравилась до обмирания на последней школьной же дискотеке.

Наташа сидела на той самой скамейке, где он увидел ее десять дней назад, у нее было усталое, грустное лицо. Даша играла с ребятишками на детской площадке, бегала, прыгала, весело кричала.

Дима поколебался, но все-таки подошел поздороваться.

Наташа подняла на него глаза, с усилием улыбнулась:

– А, это вы, спасатель котят, здравствуйте. Вы опять к нам?

– Да вот, все пытаемся найти этого типа, что травит собак, – испытывая неловкость, словно он пытается подсмотреть ее жизнь сквозь замочную скважину, сказал Дима. – Как вы поживаете? Как ваш котик?

– Спасибо, – отвечала Наташа, – котик в порядке. Только, кажется, скоро он поедет жить на дачу к нашим бабушке и дедушке. Слишком вырос, безобразничает. Муж настаивает, чтобы его увезли.