Ангелы падали
Шрифт:
* * *
«Принцесса моя, ты не знаешь, о чем говоришь!» Два пальца об лацкан — видать жениха по соплям: «Сегодня же ночью мы тайно умчимся в Париж И ляжем костьми на пути к Елисейским полям…» Чего бы святого найти напоследок во мне?.. На зимнем балконе веранды разбитый оскал, «Глаза твои — пьяные вишни…» и в этом вине Всей истины только ленивый еще не искал! Пей, выдра. Пошить бы хотя бы шубейку из вас, С паршивых овец… «Что за прозвища! что за дела!» А мне наплевать, я с вина перебрался на квас — Ложись если хочешь ты очень сегодня мила. Дежурную кралю невольным пинком угощу Наутро: подъем, дорогая! и он же — отбой… Во сне я, смеясь, невесомой ладонью хлещу Все то же лицо с оттопыренной детской губой. ЛОГОВО
Зло торжествует в мире без солнца.
* * *
Во тьме повыцвели цвета, И у любовницы безликой Годами пахнет изо рта, Как будто жеваной гвоздикой. Она придет еще не раз, Пока достоин темноты я… Висят, не скашивая глаз, Мои домашние святые. Они бродили без огня… Они теперь и смотрят ночью, И вот уже вошли в меня — И страсти разорвали в клочья. И я, подобно им, обрел Самоубийственную силу: Схватить любую за подол И между ног найти могилу. И мне, подобно им, нужна Теперь нездешняя невеста… Очнулся — голая стена, И между ног — пустое место. * * *
Я в положении таком, Когда любая подойдет, И надо попросту силком Тащить ее на койку. Вот Она пришла ко мне тайком И попросила закурить, И в положении таком Не может больше говорить: Я сделал пепельницу из Ее дымящегося рта — Какой изысканный каприз, Какая, право, красота… * * *
Боже, хоть вешай топор!.. Я не знал, Кто в этой комнате воздух пинал: Стены без мебели, крашеный пол… Сыростью пахло, когда я зашел. Нынче прокурено все до костей. Пепел остался от милых гостей. Звуки веселья повисли в углах Ржавою копотью, и в зеркалах Я растворяюсь… Идущий за мной Будет потоплен моею волной. * * *
Надо мной висит Деревянный крест. Нелегко уйти Из привычных мест. Окрестить меня Женщина спешит: Нет пути назад, И карман зашит. Ну и ладно. Мне, В общем, наплевать, Чьи потом еще Губы целовать. Ну и ладно. Мне, В общем, так и так Не жилось ни с кем — Без ее креста. Только вышел я На последний круг — И трясется дверь От моих подруг. На своем пути Я оставлю крест… Нелегко уйти Из привычных мест. * * *
Если бы зверь во мне Перевернуться мог, Выставить напоказ Незащищенный бок, Я бы его — ножом! Я бы его — ногой! Чтоб говорить потом: Это не я — другой… Он ведь и сам не рад, Что не выходит вон, Водорослями вен Заживо оплетен… В кожу мою зашит, Кошкой во мне живет: Дышит моим лицом, Пищу мою жует… * * *
Искорки–ледышки пляшут В мутно–желтом… Мотыльки Тихо крылышками машут И сгорают от тоски. От коктейля ледяного Весь мерцаешь и горишь, И единственное слово Раз за разом говоришь: То, которое однажды Ты не смог произнести, И теперь от вечной жажды Вечно душу не спасти. * * *
Не лишенный нищенского лоска, Скоротаю годы стариком я, Слушая, как сыплется известка, Сыплются асфальтовые комья, Наслаждаясь призраками воли В логове холодном, одиноком, Неподдельно кашляя от боли, Растирая грудь оподельдоком… ЛЕДНИК
Остерегайтесь обидеть отшельника! Но если вы это сделали, то уже и убейте его! —
* * *
Чему вы молитесь во льду? Какого Бога воскресили? Он наведет на вас беду, Когда пребудет в полной силе, Он выпьет вас наперечет, Нутро свое согреет вами — И маслянисто потечет Простыми, вечными словами… * * *
Что–то растаяло на вершине, И берега затопляет Лета. Мы, пришедшие из пустыни С сухими глазами, знаем это. Знаем теперь; мы видели сами Тела, качавшиеся как люстры, И стены, облепленные волосами… Так начался закат Заратустры. * * *
Эдуарду Лимонову Перчаток выброшено миру Довольно! — Кто их разберет… Свою московскую квартиру Он, верно, бункером зовет. В конвертах белых рассылает Инструкции ученикам, Да вот чернила замерзают, И очень холодно рукам… * * *
«Если долго смотреть на небо, Там непременно появятся звезды», — Он верил в это, ибо нелепо; Я вторил ему — никогда не поздно Случайным облаком или Богом Закрыться от юношеских иллюзий: Звезды не звезды, у нас под боком Вечно дремлют какие–то люди… * * *
Звезда над городом его Горела бледно и тревожно, И он не вспомнил ничего, Во что поверить невозможно; Но, потрясенный широтой Того, что в небесах и выше, — Заплакал горьким сиротой О стенах, комнатах и крыше… * * *
Скажи, ты слышишь голоса, Тебя клянущие от века За то, что ты на небеса Вознес любовь — и человека? Желая превозмочь тебя, Летают люди с колоколен И разбиваются — любя. Теперь ты счастлив? — Я доволен. НИЩИЕ
А нищих надо бы совсем уничтожить!..
* * *
Кто правду нам о горбунах Расскажет с самого начала? Я видел в некоторых снах: Летела стая — и упала. Померкли огненные лбы, Погасли восковые лица — И вот захлопнулись горбы, И потянулась вереница… * * *
Во благовременьи, полною мерой, Нас отпускали с молитвой и верой. Нас отпускали — и падали мы Били поклоны в разгаре зимы. Словно креветками, брызгая кровью, Крылья ломали мы перед Любовью И замирали на каждом углу, Жалко и слепо уставясь во мглу. Поделиться с друзьями: