Чтение онлайн

Я знаю также, что поведение Нектарной по всем параметрам, и на редкость исключительно, будет отличаться от всех тех сравнений, которые наука так скоропалительно подкладывает в источники своих теорий…»

***

Караван Кораблей Спасения Королевского Двора, насчитывающий пятьдесят межзвездных тяжелых каравелл, или звездолетов, прошел по спецкоридору орбиту Пестрой Мары, Гнилого Яблока и достиг планетоидов Громоподобной Наковальни спустя две недели после своего вылета. Пятьдесят тысяч избранников должны были покинуть систему еще через пять дней.

Счет покинувших систему уже шел на миллионы. Координационный совет капитанов должен был пройти через считанные часы, принять установку общих навигационных планов. Предстояла коррекция этих планов с учетом будущего многолетнего полета, проверка жизнеобеспечения, определение порядка запуска каравелл и перевода пассажиров в карантин иньекцирования ампулами биосна, в ходе которого ковчеги будут раскачивать свои протонные драйверы, развивая скорость до шестой космической. Население ковчегов должно будет проснуться спустя месяц, и его ожидает восемнадцатилетнее выживание в условиях абсолютно безвестного космоса. Ничего более кардинального цивилизация им предложить не могла. Так выглядела в общих чертах схема Спасения, точнее, бегства.

Особенностью нынешней отправки было то, что ею лично занимался регент Королевского Двора Лобсанг Пуритрам, лично формировал команду капитанов, пилотов, навигаторов и особенно тщательно так называемой внутренней полиции каравелл, нисколько не интересуясь притом списками пассажиров.

Это обстоятельство, уже тогда, насторожило Суллу, но задавать вопросы серому кардиналу он не стал.

Капитан каравеллы «Веста» Натан Муркок получил кодированное системное сообщение в девять часов по корабельному времени. Чип вскрытия, согласно полученной инструкции, следовало носить при себе, вместе с личной пластиной.

Муркок не замедлил сделать все так, как предписывалось: снял цепочку с груди и вставил чип в гнездо капитанского кибертера. Простым обручам связи в таких случаях никто не доверял.

На экране высветился следующий письменный приказ: «Капитанам каравелл «Веста», «Митра», «Паллада»! Вам необходимо пройти срочный дополнительный карантин на терминале планетоида Чистилище. Сообщите о данном приказе начальникам внутренней полиции. На время прохождения карантина им передается полное командование. Поставьте в известность координационный совет капитанов о невозможности их вмешательства в данную спецоперацию».

Какого черта им надо? Что за дикий аврал накануне выхода из системы! Справедливости ради, Муркок назвал обручу личные коды вызова «Паллады» и «Митры».

— Альберт! Приам! На связи «Веста». Вы тоже получили сообщение?

— Все верно, — ответил Альберт Карузо. — Минута в минуту. Я проверил. Блок шел совершенно синхронно.

— Ну и какие мысли вслух?

— Мысли самые разные, — Приам Пересвет был единодушен в своем недоумении с коллегами. — Конечно, нас предупреждали о возможных коррективах, но я не вижу никакой логики в этом приказе. «Митра» совершенно стерилен. Вся микрофауна и флора если где и содержится, то только в желудках людей. Надеюсь, нас не заставят делать им поголовное промывание!

— Могут заставить сделать всем и формалиновые клизмы, — пошутил Муркок.

— Ребята! — Альберт Карузо прервал дискуссию. — У меня на мостике мой начальник полиции. По-моему, они получили свои инструкции одновременно с нашими. Предлагаю завязать тему. Все же приказ… Увидимся на Чистилище.

Капитан Муркок вовремя отключил обруч связи, потому что за пластиковой дверью его рубки уже так же, как и у Карузо, нарисовалась фигура начальника полиции каравеллы. Тот входил бесцеременно, по собственной инициативе.

— Господин Мехди Гийяз! — Натан Муркок оставался в кресле. — Какая неожиданность! Последний раз мы виделись вчера, вы явно балуете своего капитана вниманием!

— Капитан Муркок. — Голос начальника, его вид и совершенно холодные глаза говорили о многом. — Вы только что получили системное сообщение, извольте не валять дурака и подчиняться!

— Ну, разумеется, разумеется, господин Гийяз! Что я должен сделать?

— То, что сказано! На время проведения спецоперации по дополнительному карантину вы займете место в пилотском отсеке.

— Позвольте мне хотя бы предупредить координационный совет о том, что «Веста» временно выбывает из каравана.

— Не утруждайтесь, — отчеканил Мехди Гийяз, взявшись за спинку капитанского кресла, — это могу сделать и я…

Муркок почувствовал, как он остро ненавидит этого человека. Неужели им предстоит провести еще два десятка лет бок о бок в одной страшненькой «космической тюрьме», будь она даже Ковчегом Спасения?!

Мехди Гийяз и вся внутренняя полиция носит личное оружие, не снимая его, каждый день. Каждый день они совершают обход каравеллы, проверяют грузовые отсеки, лезут во все дыры… Они сведут с ума кого угодно! И, кроме того, они могут сменить власть в любой день, если, не дай Бог, где-нибудь в памяти бортового кибертера заложена бомба спецраспоряжения!

Натан Муркок молча поднялся с кресла и вышел в коридор. Все дурные предчувствия начали сбываться уже через полчаса.

В пилотский отсек вошло шестеро вооруженных жандармов. Голос Мехди Гийяза приказал по громкой связи:

— Пилотам и навигаторам «Весты» взять курс на терминалы планетоида Чистилище. Вести визуальный и радиоконтроль. На время проведения спецкарантина оставаться на своих местах. Покидать рубку только с разрешения и в сопровождении офицеров корабельной полиции.

Пилоты «Весты» вопросительно переглянулись. Присутствие капитана в отсеке и жандармов выглядело как взятие под стражу.

— Ребята, не волнуйтесь, — успокоил пилотов Муркок. — У нас отрабатываются новые правила карантинной безопасности. Сами понимаете, это временная мера. Можно сказать, боевые учения. Давайте работать… (продолжение следует)

***

Мануситха предложил ему некоторое время пожить со своим собственным лицом. Увы, такую роскошь позволить себе Гильгамеш пока не мог. Да и потом, зачем отказываться от гениальной возможности менять свою внешность даже просто по любой прихоти, не говоря о тех случаях, когда этого требовали обстоятельства.

Отправляться в свой загородный дом после посещения Академии было бы еще большей глупостью, чем разгуливать с лицом регента. Поэтому, воспользовавшись помощью великих взломщиков сетей, секретарей Суллы, Гильгамеш затребовал данные по всем знаменитым разбойникам последнего десятилетия, людей, о которых слагали легенды уже даже не простые обыватели, но сами секретные службы всех миров системы.

По самому удивительному совпадению, личностью, привлекшей внимание Гильгамеша, оказался не кто иной, как легендарный авантюрист свободного космоса Цезарь Шантеклер. Послужной список этого «древоточца» космоса поражал своими выходками и масштабами, а уж лицо героя всегда производило на королевского шута неизгладимое впечатление, особенно его мощный лоб мудреца, развитые скулы, химерический нос-клюв и закрученные, перевитые в спирали усы.