Английские эротические новеллы
Шрифт:
Вампирша продолжала вырываться, но тут в келью пришла матушка Изольда, тоже с ножницами в руках.
— А мы тут псалмы поем и беса изгоняем, — Селина прижимала ножницы к шее жертвы.
— Но мне с ней не справиться!
— Понятно! Матушка подобрала с пола ремешки и связала вампиршу.
Скоро монастырь встанет на утреннюю службу, а я так и не решила, что нам с ней делать! — Матушка Изольда взяла плеть и стала обрабатывать спину Вампирши.
Роли изменились. Баобхан-сит кричала, а матушка Изольда била и била.
«Как же хорошо она ведет себя под плеткой!»
— На, матушка передала плеть Селине, — скажи и ей несколько слов!
Дважды просить не пришлось. Теперь Селина начала бить свою мучительницу. Пленница, не переставая, кричала.
— Ради бога, дайте мне отдохнуть! Я больше не могу. — Сказала паломница.
— Бога она вспомнила! — Матушка Изольда села, потирая ушибленное колено. — Селина, продолжай!
— Нет!!!!!!!! — Кричала вампирша, когда Селина продолжала избивать спину ягодицы, потерявшие всякий привлекательно белый вид.
— Что неужели вампирше бывает больно? — Спросила монашка, отбросив плеть и играясь с изуродованной попкой. — Vel maybe an Quisque palus? [263]
«Это не папины розги! Ой!» — Вампирша захлебнулась криком и лежала почти без чувств.
— Domine, miserere mei! Peccavi, Dominus! [264] — Молилась матушка Изольда. — Хватит! А на кол может только инквизиция сажать! А это такие расходы монастырю…
Принеси святой воды и облей ее!
263
А может, осиновый кол? — Лат.
264
Господи, помилуй меня! Согрешила я господи! — Лат.
— Пощадите! — измученная вампирша, очнувшись от холодной волы, плакала как самая обычная женщина, отведавшая плетки. — У меня в ушах изумрудные серьги! Они будут приношением в обитель!
— Да? — Матушка с силой потянула измученную женщину за уши и оценила качество крупных камней превосходной огранки, и сердце ее стало смягчаться. — В конце концов, греха убийства здесь не было! И без волос она лишена своей силы… если не всей, то большей ее части! Вызвать судью — серьги уйдут в казну! Но ты дашь слово, что немедленно покинешь и наш монастырь и Англию! И пешком! Твою пони уже взял в жены нам монастырский Моррис!
— Даю!
— Ну, тогда одевайся! — матушка ловко вынула серьги из ужей измученной женщины. — Дарственную на пони тебе подпишет сестра привратница! А это тебе! Матушка дала глотнуть микстуры грешного аптекаря Авраама. До утренней молитвы, чтобы и духу твоего не было в монастыре!
Баобхан О’Сит повезло: ее взялся подвести местный крестьянин. После порки, устроенной матушкой Изольдой и Селиной она не могла сама двигаться: каждый шаг напоминал о монастырской плетке.
Итогом этой истории было искреннее раскаяние и покаяние грешной Селины.
— Ego confiteor! [265] Монашка молилась, преклонив колени перед распятием. То, что не смогла сделать матушка Изольда с помощью экзорцизма — сделала вампирша. Девушка отвернулась от сил Ада и стала на путь служения добра. [266]
265
Каюсь! — латинская молитва. — Прим. перев.
266
От переводчика-стилиста: Шотландский вампир, обычно замаскировывался под красивую деву и соблазнял своих жертв. Бил ли он на самом деле прекрасной девой или нет — тут мнения древних рассказчиков расходятся. Однако есть сведения, что некоторым мужчинам вампир оставлял жизнь и детей…
В волшебных знаниях Baobhan-sith обычно представлялась красивой женщиной, одетой в зеленое.