Чтение онлайн

Нет, все равно она не верит! Не хочет верить. И она будет сражаться за свою ученицу до последнего!

– Когда пропала твоя марка?

– Вчера вечером или сегодня утром. Полагаю, Даша провернула трюк, когда я уехал в офис, перед тем как вы отправились в город. Времени у нее было полно.

– Скорее всего, – с мрачной веселостью подтвердил Артур. – Я видел, что она по коридору шныряла.

Марианна посмотрела на него внимательнее.

Этот-то попугай чего веселиться? Это он запудрил Даше голову своими адреналиновыми трюками, и пранками, и блогами! И теперь как будто радуется, мажор недоделанный! Вот чему, спрашивается, радуется?

И тут Марианну как громом поразило. Кровь сначала отлила от ее головы, потом прилила, щеки вспыхнули, сердце застучало.

Не успев обдумать мысль, которая ударила ей в голову, она торопливо заговорила:

– Это не Даша. Даша не заходила к тебе в кабинет и ничего не брала! Ты… ты ее даже не выслушал!

– Она призналась. Назвала себя воровкой.

– Призналась в детских проделках! А не в краже! Когда ты это сказал, Даша была в шоке от неожиданности. И крикнула это тебе назло! Да-да, так бывает! Уж я-то знаю!

Марианна часто дышала, стараясь взять себя в руки.

Петр выслушал ее с мрачным и зловещим видом. Он резким жестом распустил галстук, сунул руки в карманы и отрывисто потребовал:

– Не кричи, пожалуйста. Ты как себя ведешь? Ты уже ошибалась не раз и не два. Довольно. Теперь я буду принимать решения.

Его лицо стало чужим, беспощадным.

Она смотрела на него и не узнавала. В груди у нее все онемело.

И этот мужчина – любовь ее жизни?…

Да, она любит его! Даже сейчас, когда он ведет себя, как натуральный гестаповец.

Поэтому так больно от того, что он так и не стал своим. Он открылся ей ненадолго, но теперь опять превратился в авторитарного, властного, нетерпимого человека… Который ни во что не ставит ни ее мнение, ни ее саму. Таких мужчин она боялась и избегала всю жизнь.

Ее обескураживал его властный тон. Его немигающий взгляд. Его уверенность в том, что он все делает и говорит правильно.

Неожиданно прилила злость. Гнев бурлил, выплескивался, подогреваемый сознанием собственной глупости, неумением разобраться, излишней доверчивостью.

– Это не Даша! – повторила она так громко, что Петр и Валентина одновременно поморщились, а Олечка, которая маячила на заднем фоне, осуждающе покачала головой.

– И кто же? Привидение усадьбы? – иронически вопросил Артур.

– Это ты украл марку, – с убийственной прямотой сказала Марианна. – Или твоя любовница Олечка.

– Да вы что, Марианна Георгиевна, совсем того?! – взвизгнула Олечка. – За такой базар отвечать надо! Я вообще не при делах и без понятия!

Надо же, какой противный у нее голос, когда она злиться, отстраненно удивилась Марианна. И выражения какие изысканные подбирает! Вот так скромная девушка с русой косой.

– Олька, помолчи, – осадила ее Валентина, которая вдруг утратила царственный вид. Теперь за столом сидела растерянная, злая пожилая тетка.

– Это не Оля, – вступилась Катерина горестно. – У нее вчера выходной был, и сегодня она поздно пришла, и все время у меня на глазах была. Нехорошо обвинять без доказательств! Очень некрасиво!

– Значит, Артур действовал один, – не сдавалась Марианна. – Он пробрался в кабинет вовсе не через дверь. А через окно.

– Окно на втором этаже, – парировал Петр.

– Сначала он забрался в мою комнату. Ее открыть проще, чем твой кабинет. Даша постаралась, подобрала ключ. Затем Артур открыл окно. Я видела ржавчину на подоконнике. Насыпалась с рамы. На раме тугой засов, наверное, Артуру пришлось использовать смазку, типа вэдэшки. В комнате остался запах. А потом Артур прошел по каменному козырьку до твоего кабинета и забрался через окно. Оно у тебя часто открытое и даже без решеток. Артуру такой трюк проделать раз плюнуть. Он же у вас паркурщик.

– Что за бред, мадам? – высокомерно сказал Артур и поправил указательным пальцем очки. Палец слегка дрогнул. – Вы тут все ненормальные, что ли? Мне тебя за клевету привлечь?

Марианна смотрела на него, прищурив глаза. Да, обвинять его было несусветной глупостью. Она действовала инстинктивно. Никаких доказательств у нее не было. Или были? Она смотрела и смотрела, пока не увидела в облике Артура кое-что примечательное...

– Я так думаю, Петр, что это она сама твою марку сперла, – тем временем заявил Артур.
– Эта гувернантка. А теперь на меня все валит. Ты вообще, что о Марианне знаешь? Может, она воровка на доверии? Проникла к тебе в дом, а ты и купился на экзотику. Не головой думал, а тем органом, что пониже. Она тебя и раньше обманывала. Ты ее прошлое проверял? Ты проверь, проверь! А я вот узнал кое-что. Не стал тебе говорить, думал, ерунда. Тут писали в одном блоге про учительницу, которую уволили из школы на непристойное поведение. И знаешь, кем была та учительница?

Петр мельком глянул на Артура, а потом перевел взгляд на Марианну.

Она увидела, как его глаза стали настороженными, и мелькнуло в них сомнение. И… презрение?

Да. Единожды солгавши...

Марианне стало так больно, что показалось – сейчас она умрет на месте.

Она расправила плечи. Задрала подбородок. И весомо сказала:

– Артур, у тебя рубашка испачкана известкой. На локте. Тебе стоило переодеться. А на рукаве голубиное перо. И, наверное, голубиный помет на подошвах. На каменном карнизе полно голубей. Ты специально настраивал Дашу. Навел ее на мысль выжить меня из комнаты. Чтобы тебе удобно было забраться к Петру в кабинет. И украсть. Давно, думаю, готовился. Сегодня выпал подходящий момент.

Марианна говорила и леденела от ужаса. Она поступает низко: обвиняет человека, говорит о нем ужасные вещи! Что, если она неправа? Она же не сыщик. Не Шерлок Холмс. Она – добрая волшебница Мэри Поппинс. Но сейчас она превратилась… нет, лучше не думать, в кого она превратилась. В загнанную крысу?

– Тоже мне, доказательства! – закричал Артур, вскочил со стула, сорвал очки и бросил с размаху на пол. – Что за бред! Петр, вызови полицию! Нет, не надо полицию. Зачем тебе огласка? Просто гони ее в шею!

Он замолчал и стоял, красный, как помидор, и тяжело дышал.

– Ах ты сволочь, – тихо сказала Валентина и тоже поднялась. – Ах ты стручок поганый, весь в своего папашу!

Она огляделась, по-хозяйски взяла со стола полотняную салфетку, тяжелым шагом подошла к сыну и наотмашь хлестнула его по шее – раз, другой!

– Мама! Ты свихнулась?! Прекрати!

Артур закрылся руками. Валентина бросила салфетку на пол.

– Петька, это он! Точно он! Я слышала… он по телефону говорил… о том, что товар у него… сумму обговаривал, гаденыш! Это он про марку твою, будь она неладна… Он стащил, да! Марианна правильно догадалась. Я видела, как он вэдэшку в кладовке брал и к ее комнате подходил. Да не поняла, зачем, дура я старая!