Чтение онлайн

The tradesmen came while we were yet speaking (мастера пришли, пока мы разговаривали; tradesman – торговец; ремесленник); and we moved in a body to old Dr. Denman’s surgical theatre (и мы в полном составе двинулись в /хирургическую/ операционную старого доктора Денмена), from which (as you are doubtless aware) Jekyll’s private cabinet is most conveniently entered (через которую (как вам без сомнения известно) наиболее удобно войти = попасть в /личный/ кабинет Джекила). The door was very strong (дверь оказалась очень крепкой), the lock excellent (и замок был отличный = хитрый); the carpenter avowed he would have great trouble (плотник заявил, что /взломать дверь/ будет очень трудно; trouble – беспокойство; затруднение, трудность; to avow – открыто признавать; признаваться), and have to do much damage (и придется сильно повредить /дверь/), if force were to be used (если использовать силу); and the locksmith was near despair (да и слесарь был почти что в отчаянии). But this last was a handy fellow (но этот последний оказался умелым парнем), and after two hours’ work the door stood open (и после двух часов работы дверь уже была открыта). The press marked E was unlocked (шкаф, помеченный литерой «Е», был не заперт); and I took out the drawer (и я вытащил ящик), had it filled up with straw and tied in a sheet (приказал наложить в него соломы и обернуть его простыней; to tie – связывать; перевязывать), and returned with it to Cavendish Square (и вернулся с ним на Кавендиш-Сквер).

The tradesmen came while we were yet speaking; and we moved in a body to old Dr. Denman’s surgical theatre, from which (as you are doubtless aware) Jekyll’s private cabinet is most conveniently entered. The door was very strong, the lock excellent; the carpenter avowed he would have great trouble, and have to do much damage, if force were to be used; and the locksmith was near despair. But this last was a handy fellow, and after two hours’ work the door stood open. The press marked E was unlocked; and I took out the drawer, had it filled up with straw and tied in a sheet, and returned with it to Cavendish Square.

Here I proceeded to examine its contents (здесь я продолжил исследование его содержимого). The powders were neatly enough made up (порошки были завернуты достаточно аккуратно; to make up – укладывать, связывать; готовить /еду, лекарство/), but not with the nicety of the dispensing chemist (но все же не с той аккуратностью, с которой завернул бы аптекарь-фармацевт; nicety – точность; тщательность; to dispense – раздавать, делить, распределять /продукты и т. п./; готовить и отпускать /лекарства, медикаменты/); so that it was plain they were of Jekyll’s private manufacture (так что было ясно, что эти порошки были изготовлены лично Джекилом); and when I opened one of the wrappers (и когда я открыл одну из упаковок; to wrap = to wrap up – завертывать), I found what seemed to me a simple crystalline salt of a white colour (я обнаружил нечто, что показалось мне простой кристаллической солью белого цвета). The phial, to which I next turned my attention (склянка, на которую я затем обратил свое внимание), might have been half full of a blood-red liquor (могла быть = видимо, была наполовину наполнена кроваво-красной жидкостью), which was highly pungent to the sense of smell (которая обладала сильным резким запахом; sense – чувство; smell – обоняние; запах; pungent – колющий, острый; острый, пикантный; едкий: pungent sauce – острый соус), and seemed to me to contain phosphorous and some volatile ether (и, как мне показалось, содержала фосфор и немного /летучего/ эфира).

Here I proceeded to examine its contents. The powders were neatly enough made up, but not with the nicety of the dispensing chemist; so that it was plain they were of Jekyll’s private manufacture; and when I opened one of the wrappers, I found what seemed to me a simple crystalline salt of a white colour. The phial, to which I next turned my attention, might have been half full of a blood-red liquor, which was highly pungent to the sense of smell, and seemed to me to contain phosphorous and some volatile ether.

At the other ingredients I could make no guess (относительно остальных ингредиентов я не могу высказать догадки). The book was an ordinary version book (тетрадь оказалась обычной записной книжкой: «книгой для отчета/заметок»; book – книга; сброшюрованные листы бумаги), and contained little but a series of dates (и содержала мало записей, кроме ряда дат). These covered a period of many years (/ряд этот/ охватывал многолетний период; to cover – покрывать; охватывать, относиться); but I observed that the entries ceased nearly a year ago, and quite abruptly (но я заметил, что записи прекратились почти что год назад, и довольно внезапно; entry – вход; занесение, внесение /в список/). Here and there a brief remark was appended to a date (то здесь, то там к датам добавлялось короткое замечание; to append – прикреплять, подвешивать; прилагать, присоединять), usually no more than a single word (обычно не более чем одно слово): “double” occurring perhaps six times in a total of several hundred entries («удвоено = двойная порция» встречалось, быть может, раз шесть на несколько сот записей; entry – вход; отдельная запись, отметка /в книге, документе и т. п./); and once very early in the list (а однажды, в самом начале списка), and followed by several marks of exclamation, “total failure (/стояло выражение, за которым/ следовало несколько восклицательных знаков: «полнейшая неудача!!!»; to fail – не сбываться, обманывать ожидания, не удаваться; потерпеть неудачу; не иметь успеха)!!!” All this, though it whetted my curiosity (все это, хотя и обострило мое любопытство; to whet – точить; обострять /чувство/), told me little that was definite (сказало мне мало чего определенного).

At the other ingredients I could make no guess. The book was an ordinary version book, and contained little but a series of dates. These covered a period of many years; but I observed that the entries ceased nearly a year ago, and quite abruptly. Here and there a brief remark was appended to a date, usually no more than a single word: “double” occurring perhaps six times in a total of several hundred entries; and once very early in the list, and followed by several marks of exclamation, “total failure!!!” All this, though it whetted my curiosity, told me little that was definite.

Here were a phial of some tincture (/передо мной/ была склянка с какой-то настойкой/тинктурой), a paper of some salt (пакетик с какой-то солью), and the record of a series of experiments (и запись серии экспериментов) that had led (like too many of Jekyll’s investigations) to no end of practical usefulness (которые не привели (как и слишком многие научные исследования Джекила) к практической пользе = не дали практических результатов). How could the presence of these articles in my house (как могло присутствие всех этих предметов в моем доме) affect either the honour, the sanity, or the life of my flighty colleague (повлиять на честь, душевное равновесие или жизнь моего взбалмошного коллеги; sanity – нормальная психика; здравый ум; sane – нормальный, в своем уме, в здравом уме)? If his messenger could go to one place (если его посланец мог прийти в один дом), why could he not go to another (то почему он не мог прийти в другой)? And even granting some impediment (и даже если допустить наличие определенных препятствий; to grant – даровать; допускать, признавать), why was this gentleman to be received by me in secret (почему мне следовало принимать этого джентльмена тайно)? The more I reflected, the more convinced I grew (чем больше я размышлял, тем больше я убеждался: «тем более убежденным я становился») that I was dealing with a case of cerebral disease (что я имею дело со случаем заболевания мозга; cerebral – мозговой); and though I dismissed my servants to bed (и хотя я и отпустил своих слуг спать), I loaded an old revolver (я зарядил старый револьвер; to load – грузить, нагружать; заряжать /оружие/), that I might be found in some posture of self-defence (чтобы я мог быть обнаружен /хоть/ в каком-либо состоянии самозащиты = чтобы иметь возможность хоть как-то защитить себя; posture – поза, положение; состояние).

Here were a phial of some tincture, a paper of some salt, and the record of a series of experiments that had led (like too many of Jekyll’s investigations) to no end of practical usefulness. How could the presence of these articles in my house affect either the honour, the sanity, or the life of my flighty colleague? If his messenger could go to one place, why could he not go to another? And even granting some impediment, why was this gentleman to be received by me in secret? The more I reflected, the more convinced I grew that I was dealing with a case of cerebral disease; and though I dismissed my servants to bed, I loaded an old revolver, that I might be found in some posture of self-defence.

Twelve o’clock had scarce rung out over London (едва над Лондоном раздался /бой часов, возвещавший/ полночь), ere the knocker sounded very gently on the door (как уже послышался осторожный /стук/ дверного молотка /по двери/). I went myself at the summons (я сам отправился /ответить/ на зов; to summon = to summon up – вызвать, позвать), and found a small man crouching against the pillars of the portico (и обнаружил невысокого человека, жавшегося к колоннам портика; to crouch – припадать к земле; согнуться, сжаться).

“Are you come from Dr. Jekyll (вы явились от доктора Джекила)?” I asked.

He told me “yes” by a constrained gesture (он сказал мне «да» судорожным жестом = он судорожно кивнул; constrained – вынужденный; скованный, неестественный /о движении/); and when I had bidden him enter (а когда я пригласил его войти; to bid), he did not obey me without a searching backward glance into the darkness of the square (он, прежде чем последовать за мной, бросил в темноту площади пытливый взгляд через плечо; to obey – слушаться, повиноваться; следовать, подчиняться /чему-либо/; searching – тщательный; изучающий, проницательный). There was a policeman not far off (невдалеке находился полицейский), advancing with his bull’s eye open (который двигался в нашу сторону с горящим сигнальным фонарем; bull’s-eye – «бычий глаз»: стеклянный шар /который образуется при выдувании стекла/; сигнальный фонарь); and at the sight, I thought my visitor started and made greater haste (завидев его, мне показалось, что мой гость вздрогнул и поспешил /зайти в дом/; to start – отправляться в путь; вздрагивать, пугаться; haste – спешка).

Twelve o’clock had scarce rung out over London, ere the knocker sounded very gently on the door. I went myself at the summons, and found a small man crouching against the pillars of the portico.

“Are you come from Dr. Jekyll?” I asked.

He told me “yes” by a constrained gesture; and when I had bidden him enter, he did not obey me without a searching backward glance into the darkness of the square. There was a policeman not far off, advancing with his bull’s eye open; and at the sight, I thought my visitor started and made greater haste.