Чтение онлайн

Mme. Colbert reacted fiercely (мадам Кольбер отреагировала горячо). "La, what nonsense are you talking, Andr'e (ба! какую чепуху вы говорите, Андрэ)? Who pays duty any more to customs (кто платит пошлины теперь таможне)? You think those titled ladies and rich Americans do (вы думаете, те титулованные леди и богатые американки платят)? All, all is smuggle (все, все контрабанда), and you too, my little Ada, shall smuggle yours (и вы тоже, моя маленькая Ада, вывезите контрабандой ваше)…"

Mrs. Harris looked at him stunned — and aged twenty years. "Gor," she croaked, "hundred and fifty quid. I couldn't raise a bob to me nyme! Ow, why didn't somebody tell me? 'Ow was I to know?"

Mme. Colbert reacted fiercely. "La, what nonsense are you talking, Andr'e? Who pays duty any more to customs? You think those titled ladies and rich Americans do? All, all is smuggle, and you too, my little Ada, shall smuggle yours…"

The little blue eyes of Mrs. Harris became filled with fear (маленькие голубые глаза миссис Харрис наполнились страхом), alarm (тревогой), suspicion (подозрением). "That would be telling a lie, wouldn't it (значит, придется лгать: «говорить ложь», не так ли)?" she said (она сказала), looking helplessly from one to the other (смотря беспомощно то на одного, то на другого). "I don't mind telling a fib or two (я не имею ничего против небылицы или двух), but I don't tell lies (но я не говорю лжи). That would be bryking the law (это будет нарушением закона; bryking = breaking). I could go to jail for that (я могу попасть в тюрьму за это)…" Then as the true and ghastly import of what M. Fauvel said (затем, когда истинный и ужасный смысл /того/, что мсье Фовель сказал) dawned upon her (дошел до нее) she quite suddenly sank down into the pile of the gray carpet (она совершенно внезапно опустилась на ворс серого ковра), covered her face with her workworn hands (закрыла свое лицо своими натруженными руками) and sent up a wail of despair (издала вопль отчаяния; to send — посылать, отправлять; издавать /звук/) that penetrated through the establishment (который распространился по всему учреждению; to penetrate — проникать) so that the Great Patron himself came running in (так что прибежал сам главный шеф). "I can't 'ave it (я не могу купить его). It ain't for such as me (оно не для таких, как я). I should 'ave known me place (мне следовало знать свое место). Tyke it away (заберите его) — give it away (отдайте его /кому-нибудь/), do anything (делайте что угодно). I'll go 'ome and forget about it (я поеду домой и забуду о нем)."

ghastly ['gQ:stlI], workworn ['wWkwLn], despair [dIs'peq]

The little blue eyes of Mrs. Harris became filled with fear, alarm, suspicion. "That would be telling a lie, wouldn't it?" she said, looking helplessly from one to the other. "I don't mind telling a fib or two, but I don't tell lies. That would be bryking the law. I could go to jail for that…" Then as the true and ghastly import of what M. Fauvel said dawned upon her she quite suddenly sank down into the pile of the gray carpet, covered her face with her workworn hands and sent up a wail of despair that penetrated through the establishment so that the Great Patron himself came running in. "I can't 'ave it. It ain't for such as me. I should 'ave known me place. Tyke it away — give it away, do anything. I'll go 'ome and forget about it."

The story of the dilemma (история этого затруднительного положения) ran like wildfire through the building (распространилась как пожар = со сверхъестественной быстротой по всему зданию; to run like wildfire — распространяться со сверхъестественной быстротой). Experts appeared from all sides to give advice (знатоки появлялись со всех сторон, чтобы дать совет), including that there be a petition directed to the British Ambassador (включая совет: «такой», о прошении английскому послу), until it was pointed out (пока не было отмечено) that so stern was the British regard for the law (что таким строгим было отношение британцев к закону) that not even the Ambassador or the Queen herself (что ни посол, ни даже сама королева) could intervene to have it set aside (не могли вмешаться и попросить проигнорировать его; to set aside — отложить; игнорировать), even in so worthy a cause (даже в таком достойном деле)…

ambassador [xm'bxsqdq], law [lO:], intervene ["Intq'vi:n]

The story of the dilemma ran like wildfire through the building. Experts appeared from all sides to give advice, including that there be a petition directed to the British Ambassador, until it was pointed out that so stern was the British regard for the law that not even the Ambassador or the Queen herself could intervene to have it set aside, even in so worthy a cause…

It was the Patron himself (это был шеф лично), familiar with Mrs. Harris' story (знакомый с историей миссис Харрис), who solved the dilemma (кто разрешил дилемму), severing the Gordian knot with one swift (разрубая Гордиев узел одним быстрым; to sever — отделять, разделять; отрезать; разрубать), generous stroke (великодушным ударом) — or thought he had (или /по крайней мере/ ему так думалось). "Reduce the price of the dress to this good woman (снизьте цену платья для этой хорошей женщины)", he ordered auditor Fauvel (велел он аудитору Фовелю), "and give her the balance in cash to pay the duty (и выдайте ей разницу наличными, чтобы заплатить пошлину).

"But, sir (но, сэр)", protested the horrified Fauvel (запротестовал в ужасе Фовель), who now for the first time himself saw the trap (который теперь впервые сам увидел западню) into which his benefactress had fallen (в которую его благодетельница попала), "it is impossible (это невозможно)!"

familiar [fq'mIljq], generous ['dZenqrqs], benefactress ['benIfxktrIs]

It was the Patron himself, familiar with Mrs. Harris' story, who solved the dilemma, severing the Gordian knot with one swift, generous stroke — or thought he had. "Reduce the price of the dress to this good woman," he ordered auditor Fauvel, "and give her the balance in cash to pay the duty.

"But, sir," protested the horrified Fauvel, who now for the first time himself saw the trap into which his benefactress had fallen, "it is impossible!"

They all stared at him (все уставились на него) as though he were a poisonous reptile (как будто он был ядовитой змеей: «рептилией»; poison — яд). "Do you not see (разве вы не понимаете)? Madame has already unwittingly broken British law (мадам уже непреднамеренно нарушила британский закон) by exporting the one thousand four hundred dollars (вывезя тысячу четыреста долларов), illegally exchanged by her American friend in the United Kingdom (незаконно обмененных ее американской подругой в Соединенном Королевстве). If now she, poor woman, appears at British customs at the airport (если теперь она, бедная женщина, появится на британской таможне в аэропорту) declaring a dress worth five hundred pounds (декларируя платье стоимостью пятьсот фунтов) and offers a further hundred and fifty pounds in cash to pay the duty (и предложит еще сто пятьдесят фунтов наличными, чтобы уплатить пошлину), there would be inquiries how she (будут вопросы, как она), a British subject (британская подданная), had come by these monies (получила эти деньги; to come by — получить); there would be a scandal (будет скандал)…"

poisonous ['pOIznqs], unwittingly [An'wItINlI], inquiry [In'kwaIqrI]

They all stared at him as though he were a poisonous reptile. "Do you not see? Madame has already unwittingly broken British law by exporting the one thousand four hundred dollars, illegally exchanged by her American friend in the United Kingdom. If now she, poor woman, appears at British customs at the airport declaring a dress worth five hundred pounds and offers a further hundred and fifty pounds in cash to pay the duty, there would be inquiries how she, a British subject, had come by these monies; there would be a scandal…"

They continued to look at the unfortunate auditor (они продолжали смотреть на несчастного аудитора) as though he were a king cobra (как будто он был королевской коброй), but they also knew that he was right (но они также знали, что он был прав). "Let me go 'ome and die (дайте мне уехать домой и умереть)", wailed Mrs. Harris (завывала/причитала миссис Харрис).

Natasha was at her side, her arms about her (Наташа была с ней рядом, обняв ее: «ее руки вокруг нее»). Voices rose in a babel of sympathy (голоса поднимались = становились громче в галдеже сочувствия; babel — Вавилон; вавилонское смешение языков; галдеж, шумиха). Mme. Colbert had an inspiration (у мадам Кольбер возникла идея: «вдохновение»). "Wait (подождите)", she cried (закричала она), "I have it (я знаю/придумала)". She too dropped to her knees at Mrs. Harris' side (она тоже опустилась на колени рядом с миссис Харрис). "My dear, will you listen to me (моя дорогая, вы выслушаете меня)? I can help you (я могу помочь вам). I shall be lucky for you (я принесу счастье вам), as you have been for me (как вы мне)…"

unfortunate [An'fO:tSnIt], babel ['beIbql], inspiration ["Inspq'reISqn]

They continued to look at the unfortunate auditor as though he were a king cobra, but they also knew that he was right. "Let me go 'ome and die," wailed Mrs. Harris.

Natasha was at her side, her arms about her. Voices rose in a babel of sympathy. Mme. Colbert had an inspiration. "Wait," she cried, "I have it." She too dropped to her knees at Mrs. Harris' side. "My dear, will you listen to me? I can help you. I shall be lucky for you, as you have been for me…"

Mrs. Harris removed her hands (миссис Харрис убрала свои руки) to reveal the face of an old and frightened Capuchin monkey (чтобы обнаружить лицо старой и напуганной обезьяны-капуцина). "I won't do nuffink dishonest (я не сделаю ничего непорядочного) — or tell no lies (и врать не стану)".

"No, no (нет). Trust me (верьте мне; to trust — верить, доверять). You shall say nothing but the absolute truth (вы не скажете ничего, кроме абсолютной правды). But you must do exactly how and what I say (но вы должны сделать точно /так/, как и что я вам говорю) for, my dear, we ALL wish you to have your beautiful dress to take home (потому что, моя дорогая, мы ВСЕ желаем, чтобы вы смогли привезти ваше прекрасное платье домой). Now listen (теперь слушайте)." And Mme. Colbert (и мадам Кольбер), placing her lips close to Mrs. Harris' little monkey ear (прильнув: «поместив свои губы близко» к обезьяньему ушку миссис Харрис) so that no one else might hear (так, чтобы никто больше не мог слышать), whispered her instructions (прошептала свои инструкции).