Чтение онлайн

Практика формулировала принципы, которыми руководствовались люди не только в суде, но и при заключении договора. Самое веселье начиналось, когда один принцип противоречил другому. Причем оба принципа были подкреплены многовековой судебной практикой.

Судьям приходилось крутиться, как ужам на вилах, чтобы соблюсти оба принципа либо соблюсти один и обойти другой. Классический пример противоречия принципов – принцип свободы договора против принципа справедливого договора. Поздравляю, читатель, вот ваше первое знакомство с английским правом.

Многие из нас читали «Алису в Зазеркалье» Льюиса Кэрролла. Там есть такие строчки:

Сегодня поговорим не о «капусте, королях», а о капусте и прочих мелочах. Объединение крестьян под названием George Mitchell Ltd заказало у поставщика 13,5 кг семян капусты. Семена были поставлены. С виду они выглядели именно как семена. Тогда никто не мог сказать, что это не семена капусты, а нечто иное.

Крестьяне засадили семенами поле площадью 250 000 кв. м. Полгода спустя выросли какие-то зеленые листья. Листья были похожи на капусту, но в саму капусту они так и не выросли. Таким образом, листья не стали капустой в общепринятом понимании слова «капуста».

Этими листьями нельзя кормить людей. В принципе, овцы (или иной скот) могут есть указанные листья, если сильно проголодаются. В итоге коммерческая ценность «капусты» равна нулю.

Между тем крестьяне заплатили за семена 192 фунта. Убытки крестьян составили 61 000 фунтов. Суд первой инстанции присудил крестьянам эту сумму, а также проценты. Всего почти 100 000 фунтов.

Торговцы семенами подали апелляционную жалобу. Пишут: поставляли семена на основании договора поставки, в котором была оговорка, ограничивающая ответственность поставщика стоимостью семян. То есть суммой в 192 фунта.

В обоснование позиции ответчики ссылаются на два дела, недавно рассмотренные палатой лордов: Photo Production Ltd. v.

Securicor Transport Ltd. (1980) AC 827 и Ailsa Craig Fishing Co. Ltd. v Malvern Fishing Co. Ltd. (пока в сборниках не опубликовано) (1982) SLT377…

Зенит «свободы договора».

Никто из вас сейчас и не вспомнит, как тяжело нам было бороться с оговорками (в договорах), исключающими ответственность (как правило, одной из сторон, более сильной стороны [15] ). Оговорки печатали мелким шрифтом на оборотной стороне билетов и типовых бланков на заказ товара, на счетах. Оговорки включали в каталоги и расписания. Оговорки связывали любого, кто не возражал.

А никто никогда и не возражал. Люди или не читали оговорки, или не понимали их смысла. И даже если оговорки были неразумными, они все равно связывали. Все это делалось во имя «свободы договора». Но свобода была на стороне крупного бизнеса, который использовал типовые договоры и печатал оговорки. Для маленького человека, который купил билет или заказал товар, свободы не было.

Крупный бизнес говорил: «Или соглашайся на наших условиях, или – дверь там». У маленького человека не было выбора, приходилось соглашаться. Крупный бизнес мог исключить и исключал свою ответственность, действовал в своих интересах, нисколько не заботясь о сирых мира сего. Раз за разом крупному бизнесу удавалось уйти от ответственности.

Потом суды сказали крупному бизнесу: «Вы должны писать оговорки понятными словами». Крупный бизнес не спорил. Крупный бизнес знал: маленький человек не прочитает оговорку, исключающую ответственность. А если и прочитает, то не поймет.

Для нашего договорного права настала суровая зима, которая очень показательно сквозит в двух делах: Thompson v L.M.S. (1930) 1 King’s Bench 41 (в том деле исключающая ответственность оговорка была напечатана мелким шрифтом не на билете, а на обратной стороне расписания, и компания ушла от ответственности) и L’Estrange v Graucob (1934) 2 King’s Bench 394 (в котором оговорка о полном исключении ответственности была напечатана мелким шрифтом внизу типового бланка заказа, и компания тоже ушла от ответственности).

Тайное оружие.

Столкнувшись с такими злоупотреблениями мощью – сильный против слабого, оговорки мелким шрифтом, – судьи делали все, что могли, чтобы обуздать сильного.

Пред судьями все еще стоял идол – «свобода договора». А сами судьи стояли на коленях перед этим идолом, молились на него, но уже держали под мантиями тайное оружие. Судьи вонзали его в спину идола. Это оружие называется «толкование договора».

Тайным оружием судьи пользовались с великим мастерством и находчивостью. Они толковали договор так, чтобы уйти от естественного значения слов, которыми написана исключающая оговорка, и вывернуть оговорку так, чтобы получилась неестественная и расплывчатая конструкция. От одного дела к другому судьи говорили: «Слова оговорки не настолько сильны, чтобы крупный бизнес смог уйти от ответственности». Или: «Именно в обстоятельствах этого дела крупный бизнес не вправе ссылаться на оговорку, исключающую ответственность».

Если корабль сбился с курса, предписанного договором, собственник не вправе сослаться на оговорку, исключающую ответственность. Если управляющий складом поместил товар не в тот склад, управляющий не вправе уповать на помощь оговорки, исключающей ответственность. Если поставщик поставил товар другого вида, нежели предусмотрено договором, поставщик не вправе сослаться на любую оговорку, исключающую ответственность. Если судовладелец доставил товар без коносамента, он не может избежать ответственности ссылкой на оговорку, исключающую ответственность.

Короче говоря, когда оговорка сформулирована слишком широко (расплывчато) – исходя из естественного значения слов – и применение оговорки приведет к неразумному итогу, судьи либо отказывались применять оговорку, потому что она противоречит основной цели договора, либо толковали оговорку в таком узком смысле, чтобы итог ее применения был разумен.

Смена погоды.

Погода изменилась в 1969 г. Зима сменилась весной. Весна пришла с первым отчетом Комитета по законодательству (Law Commission) по оговоркам, исключающим ответственность (предложение 403). Предложение вошло в новую редакцию Закона о купле-продаже товаров (ред. от 1973 г.) и стало частью закона.

В 1975 г. произошли дальнейшие изменения. На смену весне пришло лето. Лето пришло со вторым отчетом Комитета по законодательству (предложение 605) которое стало частью Закона о нечестных условиях договора (далее ЗОНД) 1977 г.

Теперь крупный бизнес не может навязывать неразумные условия договора. Как очень убедительно показали отчеты, суды могут и должны давать принудительную силу оговорке, только если оговорка сама по себе честна и разумна и крупному бизнесу можно честно и разумно позволить сослаться на оговорку.