Чтение онлайн

Формы ячеек в более богатых полихромных украшениях дали повод для дискуссии относительно происхождения этой техники. Многие черты, характерные для нее, обнаруживаются у изделий из Италии, Швеции или Нидерландов. Хотя образцы, найденные в Англии, безусловно, более высокого качества, трудно на основании этого судить, сделана ли застежка из Уиналдама , обнаруженная недавно в Голландии, датским или английским мастером или она была, по словам Бруса-Митфорда, «работой мастера, обученного в Кенте или Суффолке, но трудившегося для своего континентального покровителя». Древнейшие прообразы полихромных украшений можно найти у готов Причерноморья, а готские мастера, вероятно, унаследовали некоторые приемы и навыки у скифов. Украшения IV в., найденные в Румынии и Венгрии, свидетельствуют о популярности техники клуазоне в Восточной Европе, а качество драгоценностей из захоронения Хильдерика (умершего в 481 г.), найденного в Бельгии, говорит о том, что в Западной Европе она достигла высокой степени развития. В Англии, в частности в Кенте, техника изготовления полихромных украшений стала известна в начале VI столетия, вероятно, от обитателей франкских земель. Поначалу она сводилась к инкрустации гранатами , но к концу VI столетия уже создавались роскошные вещи, подобные кингстонской фибуле . В VII столетии эта техника распространяется повсеместно в Англии.

По большей части ювелирные изделия, изготовленные в Англии, были такого же качества, как и в англосаксонский период континентальные, но в некоторых случаях, как мы видим на примере в украшениях Саттон-Ху, мастера достигали невиданных высот, не имеющих аналогов в Европе.

В конце нашего краткого очерка искусства англосаксонского языческого периода мы должна рассмотреть вопрос о кельтском влиянии. Кельтские мотивы появляются обычно в декоре довольно обширной группы предметов, классифицируемых как подвесные чаши. Все они, за исключением последних двух образцов, сделаны из бронзы и имеют диаметр от 20 до 45 сантиметров. Три колечка для подвешивания крепились к чаше с помощью заклепок-крючков, которые являлись продолжением декоративных плашек с орнаментом. В более поздних образцах плашки покрывали эмалью, и еще одна пластина крепилась узором на дне чаши. Эти пластины украшены спиральным, восходящим к бриттскому кельтскому орнаменту. Об этих подвесных чашах мы уже говорили, когда обсуждали захоронение в Саттон-Ху. Декор чаш, однако, отражает лишь один аспект вновь возникшего интереса к кельтским формам и темам. Кабан на шлеме из Бенти-Грейндж является прямым потомком множества кабанов, которых изображали в сходной манере кельты до римского периода. Кабаны также изображены на мече, найденном в реке Ларк. В изображениях людей также прослеживаются любопытные кельтские аллюзии. Маски, вырезанные на точильных камнях из Саттон-Ху и Хуг-он-Хилл , например, имеют безусловно кельтское происхождение и, возможно, проникли в англосаксонское искусство через Шотландию или Ирландию. Вообще кельтские мотивы широко представлены в работах англосаксонских мастеров. В VII и VIII столетиях мы встречаем их в оформлении рукописи, также как в декоре изделий из кости и металла. Изящные спиральные орнаменты, выполненные с таким совершенством в Линдисфарнском Евангелии , датируются приблизительно 700 г., являются развитием орнаментальных мотивов, присутствующих на пластине из Миддлтона . Декор шкатулки из моржового клыка (рис. 7) из Гандерсхейма (теперь хранящейся в музее в Браунсвике) выполнен в англосаксонском «зверином стиле». Но на одной из стенок этой шкатулки помещена панель, покрытая спиральным орнаментом, – это одно из последних четких проявлений данного мотива в англосаксонском искусстве.

До сих пор мы говорили только о произведениях декоративно-прикладного искусства. Христианство принесло в Англию новый вид искусства – живопись – и пробудило интерес к монументальной скульптуре. Естественно, это происходило постепенно, как и само христианство было принято не сразу. У нас нет ни одной рукописи, созданной ранее второй половины VII столетия, то же относится и к скульптуре.

Археологи часто забывают, что кенотаф в Саттон-Ху был возведен через тридцать или сорок лет после миссии Августина и что большинство драгоценностей, найденных в Саттон-Ху, и по крайней мере большая часть украшений в «стиле № 2» были сделаны после официального принятия христианства. Следует подчеркнуть, что мастера, изготовлявшие языческие украшения, не бросили своего ремесла с принятием христианства. Мы видели, как они применяли свои умения для сохранения христианских артефактов, таких, как наперсный крест святого Кутберта и другие подобные кресты. Умельцы сменили религию, но продолжали работать в традициях своих предков, совершенствуя свое мастерство и расширяя собственные возможности. Естественно, новое искусство оказывало на них влияние, но они придерживались знакомых форм. Последний пример использования гранатов в полихромной технике мы наблюдаем на застежке в виде трилистника, найденной в киркосвальдском кладе. О живучести прежней гравировальной традиции свидетельствуют булавки из Уитхема : на позолоченных бронзовых пластинах «звериные» фигуры умело вплетены в новый и более натуралистический вариант декора в «стиле № 2». Не стоит думать, что англосаксонские мастера этого периода использовали исключительно «звериные» мотивы. Орнамент-плетенку можно видеть на фибуле из Киркосвальда, периодически появляются элементы лиственного орнамента. Иногда звериный и лиственный орнаменты сочетались, примером этого служит декор кольца, найденного несколько лет назад в Послингфорде в Суффолке (рис. 34).

Рис. 33. Звериный орнамент, изображенный на булавке из Уитхема, в увеличенном масштабе.

Рис. 34. Орнамент, изображенный на кольце из Послингфорда, Суффолк. Лондон, Британский музей

Гравировка по позолоченной бронзе в конце VIII столетия сменяется гравировкой по серебру, которую иногда дополняли чернью или золотой инкрустацией . Фигуры зверей и другие элементы декора намечались неглубокой гравировкой и прорисовывались концом долота. Рисунки, конечно, наносились на металл заранее, и следы этих наметок можно иногда заметить. Порой мастер пробовал свой узор на костяных пластинках. Один из таких пробных образцов для гравировки по серебру был найден в XIX столетии в Йорке . Один из лучших образчиков этой техники – оправа рога из клада в Трухиддле (Корнуолл) , по которому получил название данный стиль (рис. 35).

Рис. 35. Звериный орнамент с вставок для питьевого рога. Трухиддл, Корнуолл.

Мастерство англосаксонских ювелиров славилось по всей Европе. В Риме англосаксонский умелец из саксонской школы делал сосуды для алтаря святого Петра. Когда герцог Тассило в Австрии основал монастырь Кремсмюнстер в 777 г., он подарил аббатству потир , носящий его имя и, несомненно, сделанный мастером, обучавшимся в Англии или в англо-каролингской школе. На поверхности этой позолоченной чаши выгравированы звериный и лиственный орнаменты английского происхождения, а также изображения Христа и апостолов (что является, несомненно, следствием средиземноморского влияния). Звериный орнамент не имеет прямых английских аналогов, но столь близок по стилю к английским, что его можно рассматривать как образчик англо-континентального стиля (рис. 36). Английское влияние также прослеживается в работах ирландских и шотландских мастеров. Звериный орнамент на Келлском посохе, например, очень похож на декор трухиддлских накладок, а некоторые звериные орнаменты, украшающие находки из клада Сент-Ниншан на Шетлендских островах, напоминают ранний англосаксонский звериный орнамент, лучше всего представленный в Линдисфарнском Евангелии. Этот стиль затем стал главенствующим в европейском искусстве. Блестящим образчиком его является фибула Фуллера , которая достойна занять свое место среди шедевров мирового искусства. VIII и IX вв. были периодом величайшего расцвета ювелирного дела в англосаксонской Англии: свидетельством тому служит «яблоко» меча из Феттер-Лейн в лондонском Сити , на котором чернью и позолотой нанесены звериный и лиственный орнаменты, или украшение, возможно, сделанное по указанию короля Альфреда Великого – Драгоценность Альфреда , – одно из главных сокровищ Оксфордского университета.

Рис. 36. Германский, ирландский и английский орнаменты: а – изображенный на чаше Тассило; б – Келлском посохе; в – вставках, обрамлявших рог из Трухиддла

Драгоценность Альфреда, теперь хранящаяся в музее Ашмола, была найдена в 1693 г. в Ньютон-парке, неподалеку от острова Этелни в Сомерсете. Кусок обработанного хрусталя, оправленного в золото, прикрывает выполненное эмалью поясное изображение человека, держащего два скипетра. Оправа камня заканчивается раструбом, выполненным в форме звериной головы; на самом камне имеется надпись золотыми буквами на древнеанглийском языке: «Aelfred mec heht gewyrcan» (Альфред повелел меня сделать). На обратной стороне золотой подложки выгравирован лиственный орнамент, сочетающий в себе англосаксонский и каролингский стили. Раструб, заканчивающийся звериной головой, украшенный филигранью и золотыми гранулами, должно быть, первоначально крепился к деревянной или костяной рукояти или древку. Назначение этой вещи не известно. Единственным ее аналогом является украшение из Минстер-Ловелл , которое также хранится в музее Ашмола в Оксфорде. Эти предметы представляют собой два редких образца позднесаксонской перегородчатой эмали. Третий пример – круглая брошь из Доугейт-Хилл , на которой изображена фигура с нимбом или с короной на голове, по стилю очень напоминающая изображение на Драгоценности Альфреда.

В конце IX столетия в ювелирном искусстве появляются новые мотивы, но мы должны прерваться и обсудить другие виды искусства, существовавшие в христианскую эпоху у англосаксов. Церковь научила язычников, населявших Англию, переписывать и иллюстрировать книги. У художников, украшавших рукописи, было три образца. У своих средиземноморских собратьев они позаимствовали идею относительно натуралистического изображения человеческой фигуры и некоторые другие приемы, как, например, использование аркад в качестве декоративного элемента для канонических таблиц (перечень параллельных мест в разных Евангелиях).

От ирландцев они, вероятно, позаимствовали идею буквиц, например, таких, как в 18-м стихе главы I Евангелия от Матфея, Christi autem generatio sic erat. Из исконного англосаксонского искусства пришло использование ленточного и звериного орнаментов, а также обычай покрывать целые страницы орнаментом, в результате чего получались так называемые «ковровые страницы». Существует много нюансов внутри этой простой схемы, и по мере того, как древний варварский англосаксонский дух брал верх, средиземноморское влияние становилось все менее заметным в работе писцов, и три перечисленных выше составляющих слились в итоге в характерный англосаксонский иллюстраторский стиль.

Самой ранней рукописью англосаксонского происхождения является Евангелие из Дарроу , которое, хотя и считалось когда-то произведением ирландских мастеров, в настоящее время признано образцом работы нортумбрийцев. Рукопись датируется второй половиной VII столетия и, вероятно, была создана около 675 г. В декоративном оформлении этой книги использованы островной вариант «ленточного орнамента» и кельтский спиральный орнамент, аналогичный тому, который присутствует в декоре подвесных чаш. Изображение евангелистов, которые предваряют каждое Евангелие, весьма далеки от натурализма и средиземноморских прототипов, но тем не менее узнаваемы. Стилистическое сходство Евангелия из Дарроу с эмалевыми плашками подвесных чаш становится явственным, если посмотреть на цветовое решение. Красный и желтый цвета, доминирующие в оформлении книги, характерны также для эмали того времени. Орнаменты Евангелия из Дарроу восходят к языческим англосаксонским образцам. «Ковровые страницы» Евангелия из Дарроу можно сравнить с декором некоторых находок из Саттон-Ху, то же самое справедливо и для звериного орнамента. Один из новых декоративных элементов, простая плетенка, впервые появившаяся в Евангелии из Дарроу, часто встречается в декоре предметов позднего англосаксонского периода.

Вскоре после Евангелия из Дарроу в Нортумбрии были созданы еще несколько рукописей , из которых для нас наибольший интерес представляют три: Кодекс Амиатинус, Линдисфарнское Евангелие и Эктернакское Евангелие. Все они датируются рубежом VI–VII вв. Две из этих рукописей – Линдисфарнское Евангелие и Эктернакское Евангелие – являются продолжением традиции, начатой Евангелием из Дарроу, однако в них она доведена до невиданного прежде совершенства. Третья книга , известная как Кодекс Амиатинус (теперь хранящаяся в Библиотеке Святого Лаврентия во Флоренции), была одной из трех копий Евангелия («tres pandectes novae translations», как назвал их Беда), написанных по повелению первого настоятеля монастыря в Ярроу (Кеолфрита, умершего в 716 г.). Одна копия предназначалась для монастыря Монквермута, одна – для монастыря Ярроу и одна – для римского папы. Кеолфрит отправился в Рим, чтобы лично ее передать, но по пути умер в Лангре во Франции, и книгу доставили его спутники. Она была, очевидно, создана по образцу книг, привезенных из Италии Бенедиктом Бископом, и все ее оформление выполнено в итальянском стиле. Влияние местной нортумбрийской традиции практически не заметно, что кажется довольно удивительным, если учесть, что почти в то же время, когда составлялся Кодекс Амиатинус, всего в нескольких милях от Ярроу на небольшом острове неподалеку от побережья Нортамберленда, было создано Линдисфарнское Евангелие , написанное и оформленное в характерном англосаксонском стиле. Его создателем был Эадфрит, епископ Линдисфарне в 698–721 гг. Недавние исследования говорят о том, что оно было написано около 698 г., с разбросом в год-два. Эта книга, которая является одним из самых прекрасных произведений искусства, когда-либо созданных в Англии, объединила на своих богато украшенных страницах традиции трех миров: Средиземноморья, кельтского севера и англосаксонской Англии. Четыре портрета евангелистов, например, восходят к итальянским прототипам, немного обрезанных художником ради экономии места. Буйство сплетающихся звериных форм на ковровых страницах вместе с ювелирной точностью прорисовки являются чисто англосаксонскими особенностями. Звери отчасти напоминают изображения на булавках из Уитхема . Третья из этой группы рукописей – Эхтернахское Евангелие – стилистически родственна Линдисфарнскому Евангелию, хотя и не столь совершенна. Она была создана, вероятно, в Нортумбрии, вероятно (согласно профессору Брауну), в том же скриптории, что и Линдисфарнское Евангелие, и вскоре была передана вновь основанному монастырю Эхтернах в Германии, где послужила образцом для нового стиля книжной иллюминации, прародиной которого, таким образом, можно считать Нортумбрию.