Чтение онлайн

«Чтобы всегда помнил обо мне. Доставить тебе такое блаженство, слиться с тобой в таком наслаждении, чтобы мы кричали, не могли перестать кричать. Знаешь, как ты на меня действуешь? – Она протянула руку и накрыла ею его ладонь. Нет, это уже совершенно точно был фильм, это совершенно точно не могло происходить в действительности. Его тело отказывалось ему повиноваться: с одной стороны, ему хотелось высвободить руку, так как он предчувствовал какую-то злую шутку, а с другой – он был готов, если бы только не этот идиотский столик, наброситься на нее, прильнуть к ней всем телом, и, обездвиженный этими противоположными импульсами, он был не в состоянии совершить ни одно из этих движений, даже изменить выражение лица не мог, и только пялился на нее, ожидая, что будет дальше».

На этапе встречи с Лилей взросления нет. Нет и развития. Есть лишь абсолютное, доведенное до предела, до полного экстаза ощущение любви, во всей ее первобытной силе, слияние души и тела. Она по-прежнему особа во всем. От каждого слова, до каждого откровения. При описаниях автором даже фиксируется, что она пахнет совершенно не как обыкновенный человек. Ванилью.

Как развиваются события? Адам забывает обо всем. Бросает маму. Бросает свой дом. Бросает рояль. Бросает музыку. В общем-то, реализует давнюю мечту абсолютного гения, шизофреника и романтика, мечту полного отрешения и отречения от мира.

А потом оказывается, конечно, самое невероятное, и самое интересное для читателя. Не могут же события быть просто гладкими, свободно текущими, без сучка и задоринки? Герой несет заслуженное наказание. Выясняется, что у Лили были другие истории. Но это и не так важно для Адама. Адам все ей заранее прощает. Выясняется еще более странные подробности. Странности связаны с тем, что Лиля несколько раз уезжает из их дома. Возвращается, потом снова уезжает, снова возвращается. Наконец, она не возвращается. Оказывается, что Адаму, как английскому королю Артуру, теперь нужно ехать на ее поиски.

Но он не может найти Лилю, как не может найти свою мечту. Если кого-то он и может найти, так это – «их». Эротических киборгов, как пишет автор.

Итак, его потрясающая подруга была всего лишь не менее потрясающим продуктом интеллектуальной и эмоциональной деятельности научно-исследовательского института. И здесь для читателя целая энциклопедия: явная и подробная отсылка к русским спецслужбам и подводной лодке. Третья часть, таким образом, имеет эпиграф из Мициньского: «Кто я? Про это знает только тот, кто знает, что я не существую». В четвертой части эпиграфом станет цитата из вымышленного Апокрифа Иоанна (как будто бы после Страшного Суда воссозданы слова из несуществующего Апокрифа Аглаи).

В общем-то, далее история повествует о сборке механизированного человека, в его идеальном, продуманном воплощении. Речь идет даже не о создании идеальной женщины путем компьютерных и электронных программ, имитирующих человеческие процессы, а об отчаянии героя, который обнаружил подобную подмену, об осознании обмана.

Трактовка романа может быть разной. Во-первых, конечно, напрашивается идея о техническом прогрессе и его страшных последствиях. О замене человека машинами. О манипуляции любого рода, о тотальном контроле сознания и тела. Снова вспоминается Анна Каренина, героиня, которая еще в XIX веке бросилась под поезд, символ цивилизации, того, что разрушало все духовные начала.

Во-вторых, в романе Сосновского отчетливо прослеживается тема маленького человека, который в этом произведении становится и ярким представителем интеллигентного сообщества, с его инфантильностью, суженными представлениями, заранее обусловленными ценностями и приоритетами. С музыкой, фортепиано, фантазиями, ожиданиями, навязчивым желанием и постоянным поиском надуманной красоты, реальной и виртуальной.

В-третьих, и это, возможно, самое главное в романе. Тема человеческой души, невозможность создания человека технологическим путем. Тема Голема, реализованная в историях, наподобие «Франкенштейна» Мэри Шелли, о неправомерности создания человека учеными, так как душу в него может вдохнуть только Бог. Лишь Бог.

И вот какое странное ощущение. Главная героиня Аглая оказывается фантомом. Она, как выясняется, имела разные имена. И даже разные комбинации своей сборки. В четвертой части романа нам проводят доказательства ее «продуманности». Но в тоже самое время автором постулируется и нечто совсем иное. Фактически, в четвертой части он возвращается к тому, что было заявлено в начале произведения – мы сталкиваемся со своим отражением, мир – отражение нас самих, наших ожиданий, нашей мечты. В этом смысле, ожидания Адама все же не только эгоистичный провал нарцисса, который столкнется лишь с металлом машины, тотального внешнего контроля, своей собственной инфантильностью. В его ожиданиях есть определенная романтическая струна той мечты о счастье, ради которой, возможно, человек и живет. Да, эта мечта разрушается, когда герой узнает, что женщина его не просто призрак, но что каждое движение его души, его восторг, счастье, радость, тайна были предметом обсуждения целой группы людей. Но разве его ожидания и мечты уж так бесполезны, так тщетны?

Усиленно развиваемая тема о подмене, замене (которая так соответствует не только определенному времени в прошлом, когда было написано произведение, но и этапу сегодняшнего технологического прогресса). Но эти темы вступают в настойчивое противоречие с мотивом тоски и души, всего того, что не поддается шифрованию и цифровому эквиваленту. В этом смысле, человеческое (в его телесном и душевном воплощении) сливается с культурным пластом идентичности, мотивом поиска человеком его жизненного пути, нахождения смысла в нем.

Самое интересное, что тема, связанная с исследованием собственной души, возникает в книге фактические спонтанно. Она закладывается в процессе прорабатывания «католического» аккомпанемента, при цитировании философов, при упоминании Писания, аллюзий на известные романтические, или, наоборот, сверх авангардные произведения, музыкальные и кинематографические («Полонез» Огинского, кинофильм «Молчание ягнят», работы Полянского).

Привычное усреднение всегда противопоставлено в литературе, науке, культуре избранным случаям. Будь то научная парадигма, развитие которой может вдруг внезапно разрушить революционное течение. Или возникновение пассионариев. В пассионарной теории этногенеза пассионарии – есть люди, обладающие врождённой способностью абсорбировать из внешней среды энергии больше, чем это требуется только для личного и видового самосохранения, и выдавать эту энергию в виде целенаправленной работы по видоизменению окружающей их среды (термин введён Л. Н. Гумилевым).

А еще ярким примером такого «неожиданного поведения», такой пассионарной революции может стать литературная классика. Вот известный роман французского писателя Лакло «Опасные связи» (фр. Les Liaisons dangereuses), в подзаголовке «Письма, собранные в одном частном кружке лиц и опубликованные в назидание некоторым другим» – эпистолярный роман, увидевший свет в 1782 году. Единственное крупное художественное произведение французского генерала, изобретателя и писателя Шодерло де Лакло. Одно из наиболее читаемых прозаических произведений XVIII века. В этом романе главные герои фактически договариваются соблазнять ради забавы, в соответствии с модой и интересами того времени. Но ведь самое интересное в том, что главный герой, Дон Жуан и соблазнитель Вальмон, неожиданно для себя влюбляется. Сериализация терпит крах, потому что наталкивается на человеческую душу. В общем-то, трактовка, которая была привнесена в «Опасные связи» чуть позже, в кино-адаптациях, но тем не менее, остается в памяти как наиболее ярко-выраженная.

В заголовке романа «Апокриф Аглаи» заложена идея о том, что есть письмена, написанные о Боге женщиной, которая была либо апостолом, либо плодом технического прогресса. Что она могла бы рассказать о любви? Женщина мечты, или ее тень, которая и становится, по прочтению романа, реальным воплощением женского образа, теплым созданием, приносящим радость и жизнь, несмотря на то, что в ее создании участвует такое количество ученых! Или все-таки не участвуют? Вопрос остается открытым, что и есть, пожалуй, странное противоречие этой дивной книги!