Anima
Шрифт:
Купив у знакомых турков вкуснейший кебаб, он двинулся в сторону Центрального парка, вяло жуя свой завтрак.
Утром в парке трудно было найти людей, которые бы просто прогуливались, наслаждаясь утренним прохладным воздухом и красотой пожелтевшей листвы. В это время здесь можно было встретить только бегунов и велосипедистов, пытающихся улучшить свои спортивные результаты, да собачников, вяло выгуливающих перед работой своих неугомонных питомцев.
Сев на лавочку и доев свой кебаб, Дэн начал просто сидеть и разглядывать пробегающих мимо спортсменов. После душного воздуха мегаполиса, созданный в центральном парке лес был наполнен чистым воздухом, от которого клонило в сон. Незаметно для него самого, его глаза начали слипаться, и вот он уже окончательно заснул, завалившись на бок.
Разбудила его настойчивая вибрация телефона, который лежал в кармане его штанов. Со слипшимися ото сна глазами он кое-как его достал и ответил на звонок, не глядя на экран.
– Да, что… Кто говорит?
– Ваш секретарь, сэр. Добрый день. Босс срочно требует вас к себе, даже пытался ворваться в ваш кабинет. Я ему говорила, что вас нет, но это только еще больше его разозлило. Лучше бы вам поскорее появиться на рабочем месте.
– Ладно, понял, спасибо. Передайте ему, что скоро буду. – Он напрочь забыл о проблемах на работе и о своем отчете, о котором он так и не отчитался.
Он оперся на скамейку руками и кое-как встал. Слегка пошатываясь, Дэн двинулся в сторону дома, по пути обдумывая причины такой агрессивности со стороны Донована. Но хорошо, что он наконец-то соизволил его видеть. На часах уже было половина первого. Переодевшись дома в костюм и захватив свою ключ-карту и ключи от машины, благо весь оставшийся запах алкоголя успел выветрится. Дэн спустился на лифте на подземную парковку. Дороги к этому времени уже несколько освободились от утренних заторов, так что до офиса удалось добраться довольно быстро.
Поднявшись на свой этаж, Дэн еще раз поздоровался с секретаршей и зашел в свой кабинет. Папки с отчетом на столе не было. Выходя из кабинета, Дэн спросил:
– Иви, вы не видели папку, которая лежала на моем столе? Не могу ее найти.
– Я в ваш кабинет не заходила и не видела, что бы кто-то другой это делал. Понятия не имею, о какой папке идет речь.
– В мой кабинет точно никто не заходил?
– С того момента, как я заняла сегодня свое рабочее место – нет. Мистер Донован пытался, но я его убедила, что этого делать не стоит. Вы пойдете сейчас к нему? Он ожидает вас уже более часа.
Не ответив, Дэн быстрым шагом пошел в сторону лестниц, что бы подняться на этаж Донована. Поздоровавшись с его секретаршей, он вежливо постучал в двери и зашел в кабинет. Не успев произнести ни слова, Дэн сразу же принял на себя поток ругательств со стороны Донована. Безостановочное сравнение работы Дэна с грязью и мусором не мешало Доновану совершенно расслаблено сидеть за свои рабочим местом, слегка откинувшись на спинку кресла.
– Ты подставлять меня вздумал, дэ, щенок? – Заканчивал он свою тираду. – Ты вообще представляешь, как меня вчера совет директоров сравнял с дерьмом? Теперь из-за тебя ни квартальных бонусов не получу, ни годовых. Повезло вообще, что на работе оставили!
– А что, собственно, произошло? Не могли бы вы объяснить, потому что я не до конца понимаю…
– Ты меня еще спрашиваешь?! Твой отдел по моему поручению подготовил мне отчет. Вот он, верно? – Из ящика своего стола он достал папку Дэна и внушительно ей потряс. – Мне передали, что ты меня вчера настойчиво искал. Я так понял отчет готов, так что сразу отнес его владельцам компании сегодня утром. Почему ты сразу меня не предупредил об этих финансовых операциях? Сделку мы отменили, но слишком поздно, и теперь придется выплачивать крупную неустойку!
– Сэр, я вас вчера как раз искал, что бы обговорить данную проблему, – Пытался оправдаться Дэн. – Потому что когда такие крупные объемы денежных средств не могут взяться из неоткуда, вы же знаете. Я так понимаю, что данная компания замешана в каких то нелегальных финансовых махинациях, следовательно связываться с ней было бы опасно. Это же очевидно!
– Не учи меня, что опасно, а что нет!
Наконец до Дэна дошло произошедшее:
– Подождите… Вы не упомянули откуда у вас взялась эта папка с моим отчетом! Я точно помню, что положил ее на…
– Какая к черту разница, откуда взялась у меня эта папка? – Перебил его Донован, повышая голос. – Вы должны были подготовить все это раньше! – Он перешел на официальный тон, что было не к добру. – В общем так, компания просит освободить занимаемую вами должность в связи с утратой доверия. Честерс, чего застыл?! – Окликнул он застывшего от удивления Дэна. – Ты уволен!
Для Дэна это было худшее развитие событий из всех возможных. До конца еще не опомнившись, он на ватных ногах вышел из кабинета. Не успел он закрыть за собой дверь, как в нее проскользнул молодой человек. Красивый черный парень улыбнулся ему своей белозубой улыбкой. Дэн его знал. Учившийся в Йеле на финансового аналитика, племянник Донована был очень амбициозен, но крайне скудоумен. Перед тем как он закрыл за собой дверь, Дэн успел услышать не громки голос Донована:
– Ну что, поздравляю, должность теперь твоя.
Если он стоял у двери, ожидая выхода Дэна из кабинета, значит он знал о его грядущем увольнении. Подслушать он не мог, это исключено. За такими толстыми дверьми, как у Донована, не слышно даже его криков, не то что разговора на повышенных тонах. Значит Донован специально выжил его с этой должности для своего племянника.
Обдумывая случившееся, Дэн медленно пошел к лестнице. Для него так и осталось непонятным, откуда у Донована взялась папка с его отчетом. Ключ карта была только у него. Из-за отсутствия к кому бы то ни было доверия он даже убираться в кабинете предпочитал сам, что бы у уборщицы не было доступа к его кабинету. Дэн перемотал в голове все события последних нескольких дней, стараясь сдерживать наворачивающиеся слезы. Определено, все это время его ключ-карта была при нем, а значит вопрос до сих пор оставался открытым. Вполне вероятно, что Донован получал помощь со стороны, потому что сам бы просто не смог провернул такое дело, тем более в такой короткий срок.
Все еще размышляя об этом, он с неохотой объявил своему отделу о том, что уходит и каким удовольствием для него было работать с ними. Народ проводил его бурными аплодисментами, которые, тем не менее, совершенно не подняли ему настроение. Пока он шел в сторону выхода, его дружески похлопывали по плечу и желали успехов в будущем поиске работы.
Все искусственно. Его проводили и забыли.
Он решил заехать в больницу к Оливии, в надежде на отсутствии ее родственников. Возле дверей лифта стояла пара охранников в черном. После того, как они узнали его имя, Дэна в довольно грубой форме попросили никогда в этой больнице больше не появляться.
Вернувшись домой, Дэн прикинул в уме все случившееся за последние несколько дней: ему изменила девушка, а позже ее сбила машина и она, скорее всего, теперь инвалид. Может быть он и повел себя как козел, но у него же должна быть возможность извиниться, поговорить. Его уволили с работы, которая ему нравилась и которая приносила ему большой доход, позволяя оплачивать аренду апартаментов в самом центре Нью-Йорка. У него были некоторые сбережения, да и в своей квалификации он не сомневался, но он копил их совершенно не для того, что бы сейчас потратить на сохранения своего образа жизни.