Чтение онлайн

Ага...

Хроники есть, обострения нет. Это хорошо. В области печени надо осторожнее, а вот шею бы проработать...

И Аня взялась за дело.

К концу первого сеанса она уже поняла, в чем суть вопроса.

Смещение позвонков поясничного отдела. Первая стадия, благополучно переходящая во вторую. Вовремя захватили, потом пришлось бы операцию делать. Мужчина из бывших спортсменов, которые сделали состояние в девяностые, видимо, попробовал вспомнить молодость, ну и нарвался.

Аня примерно это и спросила.

Потом уже, за чашкой чая, которую предложил ей расчувствовавшийся клиент. Аня обычно не отказывалась, если предлагали, столько сил тратила, что в машине возила с собой бутылку кока-колы. Дрянь, конечно, но глюкоза ведь!

Вот и сейчас они сидели в столовой, пили чай и разговаривали о жизни.

История оказалась простой.

Молодая любовница, попытка вернуть ушедшее, попытка и вредная и ненужная, потому что девушка ценила в кавалере не мышцы, а деньги, и боль в спине. С которой и обещала справиться Аня. Не сразу, конечно, но комплексом мер...

Массаж - обязательно. Корсет для закрепления, немного лечебной физкультуры и желательно, если будет уж очень плохо, спазмолитики. Девушку тоже можно оставить, но позы подбирать тщательно. Любовь - хорошо, здоровье - лучше.

Анатолий Александрович согласился, поблагодарил девушку за помощь и попросил приехать завтра же. Договорились о двухнедельном курсе массажа, для начала. Потом на рентген и анализы, и посмотрим по ситуации.

Двойную цену, названную Аней (а ты доедь еще сюда, за город, да вечером, да обратно...) мужчина принял безропотно. Поблагодарил и попрощался.

И Аня отправилась домой, еще не подозревая, что ее там ждет.

***

На площадке было весело и интересно.

Стоял с замороченным видом участковый, вопила Революция Ивановна...несколько соседей наблюдали с таким видом, словно им хотелось заржать в голос, но потом себе дороже выйдет.

И все это сборище кучковалось аккурат под Аниной дверью.

Женщина полюбовалась минуты полторы, а потом громко осведомилась:

– И что тут происходит?

Петр Викторович вздохнул с облегчением.

– Ань... твой гость - он кто?

– Человек... Что случилось?

– Революция Ивановна заявление написала.

– О чем?

– Об изнасиловании.

Аня пошатнулась и оперлась о стену.

– К-как?

– Ах ты, охальница!
– завизжала в голос 'изнасилованная'.
– Водишь тут, всяких! Да тебя за это на сто первый километр выселять надо! Твои кобели....

– Успокойтесь, - оборвал вредную старуху участковый.

– А ты меня не успокаивай! Я войну прошла! Я ударница социалистического труда! У меня грамота есть!

– Из дурдома, - заржал в голос сосед сверху, которому вредная бабка портила не меньше нервов, чем Ане. В итоге, мужчина по своей квартире передвигался перебежками и на цыпочках, потому что количество заявлений, написанных на него, приближалось к сотне.

Сейчас он отыгрывался за прошлые страдания.

Революция Ивановна завизжала еще громче, требуя теперь уже выгнать негодяя, который устроил в своей квартире танцпол, а ей, ударнице, хоть не живи, потому как голова раскалывается, виски ноют, сердце бухает...

Пока она визжала, Аня обратила внимание на участкового.

– Это мой знакомый. Чуваш.

– Чувак?

– Чуваш, - повторила Аня внятно. В таком шуме расслышать ее и правда было чудом.
– Мы познакомились около четырех лет назад, Я ездила в те края, у них останавливалась, сейчас вот, он к нам приехал, а его на вокзале грабанули. Сумку отняли, по башке дали...

– Заявление есть?

Аня фыркнула.

– Висяк добавлять? Ведь не ищут по таким заявлениям никого, а если и ищут, то не находят.

Взгляд участкового был полон понимания.

– Понятно. А заявление об утере документа?

– Да у него сотрясение мозга было, хоть и легкое. Очухается- дойдет да напишет, - пожала плечами Аня.

Вообще, она планировала кое-что другое, но это потом, потом... Когда сможет объясниться с найденышем.

– Ладно. Пусть приходит. Зовут его как?

– Эреш.

– Э-ре-ш... странное имя.

– Чувашское. Народное.

– А фамилия?

Аня благословила свою предусмотрительность. А ведь могла и не читать про чувашей...

– Тенишев. Тенишев Эреш Илаевич.

– Язык сломаешь...

– Смотри, Голожопов, какая смешная фамилия - Зайцев?

– Это кто тут Голожопов?
– взвилась не расслышавшая Революция.

Аня закатила глаза.

– Петь, давай я быстренько продемонстрирую, что изнасиловать ее никто не мог...

– Да я и не сомневаюсь, что не мог, - фыркнул Петр.
– Я сейчас отыграюсь, загоню эту заразу на обследование и потребую справку от гинеколога. С пробами и мазками...

Аня фыркнула.

– Думаешь, предоставит?

– А как иначе? Ты же ее за клевету посадишь?

– Я - нет. А вот Эреш точно посадит, он такой...

– Что он с ней сделал-то?

– Вот, сейчас и узнаем. Смотри сюда? Видишь, замок?

– И что?

– Снаружи его закрыть можно. А изнутри открыть - не получится.

– Почему?

– Заводской брак, - честно призналась Аня.
– Сам проверь...

Участковый послушно поковырялся в замке и покачал головой.

– И как ты так живешь?

– Спокойно. Изнутри - щеколда, снаружи замок открывается-закрывается, чего еще надо?

– А если не откроется?

– У меня что - семеро по лавкам? Мастера вызову... наконец.

Участковый понимающе кивнул. Болезнь 'пока гром не грянет' в России распространена повсеместно, чего уж там.

– Не проще его сейчас вызвать?

Аня поморщилась.

– Не проще. Потому как дура.

А вот не надо делать такие покупки по знакомству. Но благодарный клиент был настойчив.

Дверь поставили шикарную, металлическую, замок сделали дорогущий, сувальдный, хотя черт его знает, что это значит. Цену взяли втрое меньше, чем обычно... но через полгода фирма разорилась.