Чтение онлайн

4

Не покажутся ли странными некоторым, имеющим

в арсенале нравственности особые доводы, приобретённые

путём кропотливого, филигранного изучения истории --

главные особенности нашей общественной жизни,

которые заключаются в пренебрежительном

отношении не только к физическому и духовному

состоянию своих, объявленных свободными, сограждан,

но и к своему собственному Я и ко всему,

что окружает нашу тленную оболочку

и наше нервное, глубоко уязвимое сердце,

в неуважении не только к таким несущественным

и эфемерным, по нашим меркам, понятиям, как Честь

и Благородство, но и к самому Великому Дару,

ниспосланному нам свыше -- к жизни человеческой.

И некоторые, очень немногие могут подумать

"Так, мол, жили некогда и в других просторах

и временах, но сегодня там жизнь переменилась,

и у нас случится такое через время". Ан нет.

5

Случилась комиссия в духе придворной тусовки.

Фонду Шубейкина в Питере снова нужны были деньги.

Великий художник в кирзе, в кепаре и в спецовке

со свитой вошёл в "Англетер", где в фойе пианист тихо

тенькал.

Гений линкором проплыл в ресторацию, где за столами

пили "Петровскую" и поглощали французские блюда

триста банкиров, чиновников, юных путан, вратарей со

стволами.

Девы бедрастые что-то носили, и тихо звенела посуда.

Люди ещё не успели напиться. Хотя справедливости ради

нужно признать, что когда губернаторской дланью

всё освящается -- пьянки, премьеры, награды --

редко весьма и весьма можно встретиться с рванью и пьянью.

Аукцион репродукций из серии "Русских... чего-то...",

я уж не помню чего, но портреты с большими носами.

Просто с гигантскими. Стоила каждая эта работа

долларов триста. Никто не купил. Все жевали, глотали,