Анна. Роман в стихах
Шрифт:
не холоден и дождь не гонит спать.
Он был кухаркой, магазинщиком, сиделкой,
смирил он в сердце мощный темперамент.
Стал прочен и надёжен, как фундамент,
и по ночам был ей отменной грелкой.
А вечерами он смотрел в окно на фонарей огни,
не мог уснуть, любуясь благородным ликом,
мечтал о будущем и скромном и великом.
Она запомнит навсегда те сказочные дни.
Казалось Ане иногда, что в ней ведутся войны.
Естественно. Она уж знала -- будет двойня.
26
В Сорбонне сделался он очень узнаваем,
когда по всем каналам и эфирам
его и русским чудом и кумиром
превознесли. Его картины по трамваям
и по автобусам, наклеены, катались.
Но многие французы лишь смеялись
его уродливым пейзажам и фигурам.
Не вся Европа эпатажу верит сдуру.
Но кое-кто из полуколлекционеров
пытался заказать ему пейзаж или портрет.
Ну маленький. Он отвечал -- "Попозже. Нынче -- нет.
Сейчас пишу вождей функционеров.
Есть Сталин, сверстанный из формулы Ферми,
и Гитлер на слоне в лесах Гвианы,
Ллойд Джордж в объятьях обезьяны
и Ленин в туалете фабрики в Перми".
Всё это раскупили влёт и вмиг,
и новый образ Гения возник --
загадочный и инфернальный лик.
27, 28, 29, 30, 31