Аномалия: Картина
Шрифт:
– Ну, все, надеюсь, ты понял, – продолжила Айка. – Иди лучше сейчас попей.
– Что еще?
– Не морщи глаза. Это лекарство от твоей головной боли. Если она у тебя есть. А я уверена в этом.
– «Уверена» она, – передразнил Валера, но хорошо, что девушка его не слышала, а то бы он получил под дых и не всегда с руки.
Валера поднялся на ноги, потянулся и нехотя подошел к кадушке с капустным рассолом. Когда он запустил туда свою мордашку и лизнул пару раз эту жидкость, то быстро высунул морду из нее, а потом уставился на девушку.
– Это что за …
– Капустный рассол, – догадалась Айка его взгляду и улыбнулась.
– Весело тебе, – огрызнулся Валера. – Как ты можешь такое мне предлагать? Я теперь не человек. Не нужен мне твой рассол. Пей его сама.
– Ладно, – выдохнула девушка. – Не мне тебя наказывать. Пошли к колодцу. Я тебе ведерко воды зачерпну.
– Ну вот, другое дело. А то: это капустный рассол, капустный рассол.
Айка еле успела поставить полное ведро с водой на землю, как Валера тут же припал к ней и жадно начал пить, пока не осушил половину ведра. Девушка даже присвистнула.
– Вот это сушняк! – удивленными глазами она посмотрела на Валеру.
– А ты что думала, легко, что ли жить в таком образе?
– Может у тебя еще и дьявольский аппетит?
– Ну-у-у… пол теленка я бы сожрал.
– Пойдем, – махнула она рукой, – я видела, как что-то уже принесли тебе на завтрак и положили возле твоего домика.
– Конуры, – поправил ее зверь. – Называй все вещи своими именами, красотка.
Практически в два прыжка он достиг той миски и понюхал мясо, что лежало в ней. А потом сел возле нее и дождался Айку.
– Валера, ты чего? А-а-а, хочешь, чтобы я тебя покормила? – предположила она. – Вчера ты целый день ничего не ел.
– Не порть себе кровь, куколка, – съязвил Валера. – Здешнее вино оказалось калорийным. До сих пор мотает. Побегать бы надо.
– Ну, давай, съешь кусочек, – протянула она к его носу огульку утиной грудки.
– Ты серьезно? – он посмотрел в ее глаза и она кивнула. – Я не стану это есть. – И Валера отвернулся в противоположную от куска мяса сторону. – Ты сама-то сможешь сожрать такое? Мясо же сырое, да несоленое.
– Валера, ты, что нос воротишь? Ну, попробуй уже, тебе понравится.
– Да иди ты… Давай лучше разожжем костер, насадим их на шампур, прожарим, и тогда я готов буду это съесть.
– Как ты не поймешь, Валера… ты же животное…
– Хех, детка, все мужики животные.
– А для животных, между прочим, – она рукой повернула его голову к мясу, – очень полезно есть сырое, а не жареное мясо, которое предназначено для людей.
Но Валера снова отвернул голову от утиной грудки.
– Хорошо, давай так: ты сейчас попробуешь съесть этот кусок мяса. И если тебе не понравится, я скажу слугам, чтобы они отнесли все на кухню и пожарили тебе. Идет?
Валера повернул к девушке свою морду. Она мило улыбнулась, а потом сунула ему под нос утиную грудку. Он открыл пасть, и Айка закинула туда этот кусок. Сначала Валера стал нехотя жевать, а потом почувствовал вкус свежего мяса.
«Что? – не поверил он. – Как это вкусно! Не может быть!»
Он даже не заметил, как проглотил кусок мяса.
– Ну? – девушка не отрывала взгляд от Валеры.
– Не распробовал.
И он сунул голову в миску со свежим мясом и быстро опустошил ее.
– Я же говорила, что тебе понравится! – от радости Айка запрыгала на месте, а потом обняла его шею.
Валера замер, а потом быстро высвободился от ее объятий. Но она уже почувствовала, что на его шее была какая-то рана.
– Стой, не дергайся, – скомандовала она. – Я посмотрю, что там у тебя.
– Забей, это пустяки, царапина. Каждый мужчина в драке получает, – попятился он назад.
– Я только посмотрю, – ласково произнесла девушка. – Если это какая-то серьезная рана, то у Айки я видела хорошую мазь. Да стой ты на месте. Еще хуже сделаешь себе. Занесешь в рану какую-нибудь дрянь. А если гноится, начнет, хуже будет.
– Только я ничего такого пить не стану, типа капустного рассола.
Айка обошла его вокруг и пригладила рукой шею.
– Ого? – произнесла девушка. – Откуда это?
– Ну-у, я двоим псам жопу порвал и их хозяев грохнул. Ну, а так ничего особого в моей жизни не случилось.
– Стой возле своей конуры, а я сейчас за мазью. Мне самой интересно, как она действует.
Только лишь Айка скрылась за дверью, Валера тут же оживился.
– Наконец-то я с крючка соскочил! – обрадовался он. – Надо что-то делать. У меня уже лапы затекли от нахождения в одном месте. Я же им не пес собачий. Мне бегать надо. В лес… и только в лес.
Он пробежался вдоль калитки и забора, но все было закрыто.
– Замуровали! Что теперь делать-то?
И тут он заметил, что на одном участке забора прогнило пару досок, и он быстро направился туда.
– Кажется, я нашел брешь.
Он толкнул их лапой и подгнившие доски треснули.
– Ну, вот и все. Теперь я свободен.
Он толкнул их головой, а потом пролез под прочным забором и оказался за пределами Айкиной усадьбы.
– Я еще вернусь! – прорычал Валера. – Не скучай, детка. Мы с тобой еще станцуем.
И что есть мочи он рванул к лесу.
Глава 8
Как только Айка оказалась внутри дома, тут же побежала в свою спальню. Поднявшись по лестнице, она распахнула дверь. Баночка с мазью давно ее ждала на прикроватной тумбочке. И теперь настало ее время. Она схватила ее двумя руками и сразу бросилась к выходу. Там, возле дома ее ждал раненый Валера в образе зверя варга. Теперь от нее нужна помощь. От той девочке, которую пригласил на свидание. И у нее почти это получилось: выскочить во двор и встретится со своим другом. Но только лишь она потянулась за ручку входной двери, как услышала строгий голос матери:
– Айка ты куда?
Девушка вздрогнула и чуть повернула лицо в сторону звука.
– Что это там у тебя в руке?
Айка опустила глаза и развернула баночку так, чтобы наклейка на ней оказалась сверху.
– Дай-ка я посмотрю!
Мать забрала баночку себе и взглянула на этикетку.
– Он что, ранен?
– Кто ранен? – Айка удивленно посмотрела на мать.
– Как это «кто»? Чемпион твой.
– А-а-а-а, это… – облегченно выдохнула девушка. – Да, царапина там.
– Не удивительно! – грубо отреагировала мать. – Царапина подождет. Следующий раз будет умнее. Слуги еле затащили его в эту собачью конуру. А ты пошли со мной.