Чтение онлайн

Все это безмерно преувеличивалось мною. И все-таки, несмотря на мерещившиеся мне страхи, привычка к штабной службе делала свое».

Обратите внимание: Бонч-Бруевич сообщает о своих первых мыслях после ознакомления с приказом и сам говорит, что «…Все это безмерно преувеличивалось мною». Как меняется смысл, не правда ли? Просто авторы Приказа № 1, как мне кажется, не рассчитывали, что часть офицерского корпуса окажется настолько тупым, что не поймет очевидного: после революции прежний стиль командования не пригоден. Хватит обращаться с солдатами как со скотиной! И даже более того, Приказом ясно указывалось, куда идти генералам и офицерам — в Совет! И уже с Советом начинать наводить порядок в частях. Умные, которые потом и в Красной Армии служили, это поняли:

«…я намеренно ограничил задачи, стоявшие передо мной, как перед начальником многотысячного гарнизона, и решил добиваться лишь того, чтобы входившие в гарнизон части поддерживали в городе и у самих себя хоть какой-нибудь порядок. Поняв, что вкусившие свободы солдаты считаются только с Советами, а не с оставшимися на своих постах «старорежимными» офицерами, я постарался наладить отношения с только что организовавшимся Псковским Советом и возникшими в частях комитетами» (Бонч-Бруевич).

И «советский генерал» в гарнизоне навел порядок, у него развала не было. А вот основная масса занялась другим:

«Но подавляющее большинство генералов и штаб-офицеров предпочитало или ругательски ругать приказ номер первый и объявленные им солдатские свободы, или при первой же заварушке в гарнизоне закрываться в своих кабинетах и, отсиживаясь, как тараканы в щели, вопить о том, что все погибло…» (Бонч-Бруевич).

Так теперь, может, и вывод напрашивается логичный: фактором развала армии в 1917 году явился не пресловутый Приказ № 1, а нежелание командования исполнять требования его? Ведь если верить Бонч-Бруевичу, слова которого Стариков привел в подтверждение своей «правоты», то получается — армию развалили царские офицеры. Их, понимаешь ли, обидело, что теперь у солдата есть какие-то права и свободы, что к этому «быдлу» теперь еще и на «вы» обращаться надо, что нужно идти в Совет и в одном помещении с «быдлом» обсуждать какие-то вопросы. Оказалось, что война и боеспособность у того офицерья стояли в ряде задач немного ниже после гонора золотопогонного, одни сразу стали в позу «моя хата с краю», другие начали этот свой гонор идиотский выпячивать:

«Однако если Рузский придерживался гибельной для него, пусть малодушной, но все-таки в какой-то мере честной политики нелепого «нейтралитета», то настроение многих высших чинов в штабе фронта и в гарнизоне было иным. На отречение Николая II они смотрели только как на проявление присущего последнему царю безволия. С огромным трудом соглашаясь на некоторые уступки в уставах, они старались во всем остальном сохранить армию такой, какой она только и могла быть им любезной. Не брезгуя нацепить на себя красный бант или вовремя с фальшивым пафосом произнести громкую революционную фразу, они оставались сторонниками самого оголтелого самодержавия и мечтали только о том, чтобы с помощью казаков или текинцев разогнать «все эти Совдепы» (Бонч-Бруевич).

И вполне заслуженно потом получали такой ответ от «солдатни»:

«Какие-то солдаты и неизвестные люди в штатском… ворвавшись в кабинет к полковнику Самсонову, прикончили его несколькими выстрелами в упор. Кто были эти люди — осталось невыясненным. О причинах убийства можно было только гадать. Полковник Самсонов вел себя с поступавшими на пункт фронтовыми солдатами так, как привыкли держаться окопавшиеся в тылу офицеры из учебных команд и запасных батальонов: грубо, деспотично, изводя мелкими и зряшными придирками, ни в грош не ставя достоинство и честь не раз видевшего смерть солдата…» (Бонч-Бруевич)

Вот оказывается, какие зверства были над настоящими «патриотами» в погонах! Сначала эти «патриоты» ни в грош не ставили достоинство человека, который воевал, а потом удивляться начали — а с чего это вдруг их, таких благородных, стали стрелять и резать?

Можете еще подумать, что солдаты требовали от своих командиров чего-то особенно унизительного, поэтому офицерство воспротивилось сотрудничеству с Советами? Да-да, конечно, быдло же и может требовать только самогона и баб, другого быдло не понимает! Только вот Бонч-Бруевич, например, завоевал доверие войск такими приказами по гарнизону:

«…коменданту города вменялось в обязанность следить за тем, чтобы каждый солдат, содержащийся на гауптвахте, знал причины его задержания».

Смотрите теперь, до чего солдатня обнаглела, эта вошь окопная желала знать — за что его на «губу» «их высокородие» посадило?! Вот хамы!

Конечно, г-н Стариков, судя по его биографии, жизнь, особенно армейскую, больше знает в теоретическом плане, но те, кто служил, представить легко могут, что творилось в «дисциплинированной» армии, не разложенной Советами рабочих и солдатских депутатов, как выглядела процедура объявления солдату ареста на гауптвахте. Идет по расположению части какой-нибудь поддатый ротмистр, обозленный проигрышем в преферанс, видит подчиненного рядового Сидорова с плохо вычищенными сапогами. Плюет с досады, но замечание Сидорову не делает, чтобы не унизить себя общением с этой серой скотиной. Потом вызывает к себе фельдфебеля и приказывает Сидорова отправить под арест на трое суток. А так как фельдфебель — такая же серая скотина, то ротмистр, сам из себя весь благородного происхождения, и ему не находит нужным объяснить причины ареста.

И сидит рядовой на «губе», мучительно пытаясь догадаться, чем он так разгневал «их высокородие».

И это — в воюющей армии, между прочим, творилось. А теперь вам не кажется удивительным, что столько много офицеров той армии из расположения частей умудрились уйти живыми, что их даже на комплектование и колчаковских, и деникинских войск хватило? Действительно, доброта русского народа безгранична.

Не помешал приказ номер один и будущему Главкому Вооруженными силами Республики С. С. Каменеву, который (вот что удивительно!) умел находить общий язык с солдатами. И избрали они полковника Каменева командиром 30-го пехотного Полтавского полка! Думаете, за то выбрали, что умел с солдатней анекдоты травить запанибрата? А не надо русского солдата считать животным, русский солдат разбирался в талантах командиров, поэтому Сергей Сергеевич Каменев и сделал карьеру при Советской власти. И разгромом войск Колчака и Деникина руководил именно он. И если Деникину не хватило ума понять суть перемен в феврале 1917 года, то откуда же ему было взять ума, чтобы противостоять Сергею Сергеевичу на поле боя?

Но нашему автору нужно обосновать не только, что Приказ № 1 привел к разрушению армии, но и что Временное правительство, действуя по английскому плану, намеренно этим приказом ликвидировало обороноспособность войск:

«Логику действий Временного правительства можно понять только, если вы представите себе, что их единственной целью было разрушение всех основ государственности и создание невообразимого хаоса. Воплощение «союзного» плана по уничтожению России. Отбросив словесную шелуху о наивных демократах, случайно разваливших страну, получаешь сухой остаток: четкие, планомерные действия по развалу России. Для того чтобы уничтожить любую державу, надо разрушить те обручи, что скрепляют ее воедино. Они всегда одинаковы:

— армия;

— полиция и другие силовые структуры;

— государственный аппарат управления страной.

Именно по этим ключевым точкам бьет Временное правительство немедленно после прихода к власти.

По армии было нанесено несколько ударов, первым из которых стал зловещий приказ».

Что следует из утверждения автора? После прихода к власти Временное правительство нанесло удар по армии «зловещим приказом». Так? Только одна проблемка небольшая есть. Временное правительство образовано 2 марта 1917 года. А теперь на дату опубликования Приказа посмотрите — 1 марта 1917 года. И еще вспомним, когда Николай Второй отречение подписал — ночью 2 марта.

И обратимся к воспоминаниям Милюкова, чтобы прояснить ситуацию:

«…я не мог возражать против «неразоружения и невывода из Петрограда воинских частей, принимавших участие в революционном движении» и только что обеспечивших нам победу. Ведь было неизвестно в тот момент, не придется ли им сражаться далее с посланными на столицу «верными» частями…».

Оказывается, Временные сидели и еще дрожали, как листы на осине, ожидая, что царь возьмет и делегатов их просто расстрелять прикажет, да найдет верную ему дивизию… Приказ № 1 — это документ организации, захватывающей власть, а не управляющей страной! Понимаете, в чем суть? Тогда как автор, с которым мы полемизируем, пытается действия структуры, претендующей на власть, представить как деятельность уже полноценной власти. И, как обычно, пишет галиматью: