Чтение онлайн

— У нас тут небольшая армия, — он обвёл руками окружающее пространство. Небольшие палатки создали маленький лагерь в некрупной рощице, которая скрыла нас от чужих глаз, в центре лагеря были аж четыре шатра. Весьма простых, но удобных и просторных. Особенно по сравнению с тем подобием палаток, в которых ютились рабы-одержимые. И да, с Роши сложно не согласиться. Я, Абтармахан, двурогий. Вероятно — Роши тоже. Это мощная ударная сила. Остальные храмовики и Абхилаша сойдут за поддержку. А уж одержимые, которых теперь одиннадцать, могут быть грозными воинами, особенно — если перестанут сдерживаться. Это их, правда, убьёт, но вот они-то как раз настоящие разменные монеты, которых не жалко. Всего же нас тут двадцать человек и один демон. С учётом качества каждой боевой единицы, действительно — небольшая армия.

Абтармахан задумчиво смотрел на медленно темнеющее небо. Скоро оно совсем почернеет. Уже видно первые звёзды. Солнце успело уйти за горизонт, но остатки дневного света всё ещё метались где-то между небосводом и земной твердью, силясь не пустить стремительно надвигающуюся ночную темноту в мир земных обитателей. Тщетно. Темнота неумолимо заполняла окружающее пространство. Скоро божественное внимание переключится окончательно на другую часть мира, а людям в этой придётся до следующего утра довольствоваться земными источниками света. Кострами, факелами…

Впрочем, темнота была не врагом, но союзником его и его целей. Их слишком много. Двадцать человек. Парадокс. Чтобы достать Ссаршейса, чтобы добраться до него, нужно как можно меньше людей, потому что каждый лишний человек привлечёт к себе дополнительное внимание наг. Любой лишний человек — это большой минус к незаметности. Пройти по их землям и так непросто. Наги — прекрасные заклинатели. И заклясть землю, ветер или воду для них в порядке вещей. Благо, Абтармахан далеко не просто так Адаалат-ка-Джаду. Дурак тот, кто считает, что он умеет хорошо лишь сражаться. Это совсем не так. Брахману не чужды многие сферы деятельности. Он лучший боец Храма, но это не значит, что он всего лишь боец. Но в чём же пресловутый парадокс? Он в том, что для убийства Ссаршейса как раз таки нужно как можно больше воинов. Чтобы добраться — меньше. Чтобы убить — больше. Абтармахан долго решал эту задачку. Верховный предлагал больше джунуюдха (воинов-одержимых), но одиннадцати нынешних джунуюдха более чем достаточно. А вот больше магов или более сильных Урасарт дать не мог. Формально он не принадлежал Храму и представлял, вообще говоря, союз старых семей чародеев Похалайского царства. Формально Абтармахана вообще в этих землях не было. Главный маг Похалая просто не мог незаметно выдать Абтармахану боевой отряд сильных чародеев. Оставалось довольствоваться тем, что есть.

Изначально решая уравнение, ответом которого была численность будущего отряда, Абтармахан остановился на шестёрке. Он, Тиглат, Абхилаша, один чародей-видящий из тех, кто хорошо может зрить грядущий день или хотя бы час. И двое джунуюдха.

Но проблемы начались буквально сразу. Ни одного видящего ему никто не мог дать. Такие были на особом счету и в Похалае, и в Храме. Их всего-то было известно не более десятка, при этом только один был в Похалае и лишь двое были в Храме. Остальные семеро жили в других царствах, а то и вовсе… М-да. Двое таких были среди эмушитов. Никто точно не знал, кто именно (иначе Храм приложил бы все силы к их уничтожению), но они точно были. Именно благодаря им в своё время чёрные словно смоль варвары совершали самые страшные набеги на земли Бхопалара. Абтармахану казалось, что прочный союз с драгоглазыми и одна из жемчужин Шивы стоит того, но, как выяснилось, нет. Рисковать видящим никто готов не был, да и незаметно исчезнуть на срок от недели до месяца никто из них не мог.

Однако решение уравнения пришло с неожиданной стороны. Мальчишка шумер, которому и четырёх десятков лет ещё не успело минуть, оказалось, умел телепортироваться. Что-то такое могли некоторые чародеи, которых в своё время знал или встречал брахман. Прошлый настоятель Храма однажды провёл его через грозовые тропы, а старый Вархасар мог ходить тропами лесными, необычайно быстро перемещаясь этими тайными мистическими путями везде, где только имелись леса. Тиглат действовал куда более прямым и грубым образом. Он просто брал и шёл туда, куда хотел. Хоть за милю, хоть за десять. Не хотелось этого признавать, но чужеземец снова сумел удивить Абтармахана. И в этот раз очень вовремя и приятно. Его способности будут очень полезны, несмотря на то, сколь они опасны.

Что касается самого Тиглата, то пока что Абтармахан думал. Думал и размышлял. В начале их знакомства единственным желанием, которое было у брахмана в отношении пришлого шумера постоянным, являлось сворачивание шеи чужеземца. Он абсолютно беспардонно появился из ниоткуда и сразу же привлёк к себе огромное внимание жителей столицы. Его можно было бы принять за нищего бродягу, если бы он не исцелял всех подряд практически бесплатно. Не считать же платой эти дурацкие поклоны куда-то там?.. Слухи довольно быстро дошли до дворца, где пришельцем заинтересовался сам Раджа. И даже повелел своему ка-Джаду проверить пришлого. Могло быть так, что Бхопалар посетил странствующий гуру. А это далеко не рядовое событие. Как бы ни хотел обратного Храм тысячи, он не контролировал и не включал в себя и десятой части чародеев всех окрестных земель огромного полуострова. Были старые семьи различных городов. Даже вторая столица, Индрахутара, названная именем легендарного Индры, имела такие старые рода, которые могли помнить свою историю за последние три-четыре сотни лет. И при этом они не являлись частью Храма, хотя и признавали власть Раджи над собой. Собственно, если бы эти кланы вошли в состав Храма, то Индрахутара сразу же перестала бы быть столь независимой и обособленной. Только то, что она являлась вторым центром чародейского искусства Царства, позволяло ей поддерживать свой статус и влияние. Множество семей и просто магов вообще жили отшельниками. Особенно таких много было на востоке от Бхопалара. Целые поселения отшельников жили и существовали на абсолютно ничейных вольных землях. И никто не мог с ними ничего сделать. В основном именно оттуда приходили редкие странствующие йоги. И большинство из них умело и знало невероятно много. Они всегда были желанными гостями всех правителей, включая Раджу Бхопалара. А редкие странствующие гуру ничем не уступали не только брахманам, но и самому гуру Храма Тысячи. Ну, кроме того, что у них не было духов-спутников. По этой причине многие адепты Храма смотрели на восточных отшельников свысока, считая тех слабее, менее искушенными в мистических таинствах. Зря. Абтармахан точно знал, что на востоке живут такие чародеи и в таком числе, что, объединившись, они могли бы составить огромную конкуренцию Храму Тысячи. К счастью, у отшельников существовало слишком много школ и философий, слишком много небольших племён, народностей и учений, чтобы они могли создать аналог Храма. Для такого должны появиться кто-то вроде Основателей Храма Тысячи, чтобы сплавить вместе разные, не совместимые друг с другом направления магии.

Но, возвращаясь к Тиглату. Абтармахан сразу же понял, что тот был далеко не с востока. Проверка, которую он, слегка прогадав, устроил, дала пришельцу не только легитимность статуса чародея, а не шарлатана, так ещё и расположила к нему Раджу. И это стало одним из ключевых факторов, которые позволили чужаку поступить на службу к солнцеликому Тарджабалахасару. Казалось, что кто-то специально разложил игральные кости так, чтобы везде выпали нужные цифры. Если бы какой-нибудь из факторов не совпал, то не быть Тиглату на своём месте никогда.

Когда пришлый чужак стал служить Радже Бхопалара, многие сначала посчитали это шуткой. Первая реакция после осознания обратного была простой. Убить. Разумеется, убить. Не для того Храм боролся со старыми колдунами и чужими магами сотнями лет, чтобы при живом и здоровом Адаалат-ка-Джаду Тарджабалахасар пользовался услугами каких-то шумеров. Сколько намёков было сделано Тиглату о том, что он влез туда, куда лезть не стоило, — не счесть. Кто же знал, что варвар с запада пропустит всё мимо ушей?..

В то время Тиглат раздражал Абтармахана всем. Он умел то, чего не мог Адаалат-ка-Джаду, но при этом был полнейшим невеждой в элементарных вещах для адептов Храма. Он влез на прямую службу самому Радже. Не в какой-нибудь городок или гарнизон, а именно к Радже. Чем, фактически, едва ли не прямым текстом объявил конкуренцию нынешнему придворному чародею. И это всё помимо грязноватой и мутноватой ауры, поганого вкуса в одежде (особенно в той её части, которая называется обувью), дурацких привычек и необычного внешнего вида. Вроде бы кожа и смуглая, но не похожа ни на что привычное. У жителей царства она либо очень тёмная, либо довольно светлая с лёгким налётом коричневатости. В крайнем случае встречается угольная смоль потомков Эмуши. А Тиглат выделялся даже здесь.

Но со временем брахману пришлось признать, что пришелец кое-что всё же умеет. Пока ка-Джаду разбирался с очередным ритуалом эмушитов, Тиглат развлекал Раджу и его гостей. И, судя по всему, неплохо развлекал. В тот раз, несмотря на грязную работёнку, которая выпала самому Абтармахану, брахман был даже слегка благодарен шумеру: шумных пьяных сборищ он не любил куда больше, чем трупы и врагов. А дальше события понеслись вскачь.

Эмушиты не первый раз проводили свои ритуалы в землях царства. Но редко когда они забредали так далеко. Могло показаться, что уничтожение Тиглатом трупного змея попортило их планы, но Абтармахан давно уже не верил, что их цель просто наводнить мерзкими чудовищами земли, которые контролировал Храм. Многие духи, которые присоединились к Тысяче за последние полвека, бежали из земель потомков Эмуши. И это было явно неспроста. Они что-то делали. Что-то странное. А рядом с их ритуалами всегда оставались злые эманации, которые висели на местах закопанных и выжженных ям спустя десятки лет. Но никто этого замечать не хотел. До определённого момента не хотел, потому что внезапно забили тревогу Видящие.

Где-то далеко, пока ещё далеко, они начали зрить лишь черноту. Такое и раньше бывало и случалось, однако не столь долго. Тёмное пятно длиною в день — нормально. В месяц — это плохо. Но если сразу все известные пророки твердят лишь, что в ближайшие месяцы они ничего не ощущают, то это уже предвестие огромной беды. Вплоть до новой войны с эмушитами. В таких условиях союз с Красной Королевой жизненно необходим, как и жемчужина Шивы. Любая из семи может творить удивительные вещи даже в руках простого смертного. В руках же брахманов Храма Тысячи она станет опаснее любых армий и чудовищ. Именно поэтому брахман не раздумывал, когда решался на жёсткие действия в отношении главы северных наг. В другой ситуации политика заставила бы его аккуратно действовать, юлить, вписываться в сложные повороты обстоятельств… Но в преддверие чего-то масштабного и страшного обстоятельства должны были подстраиваться под него, а не наоборот. В таких условиях Адаалат-ка-Джаду не мог не начать собирать хоть какую-нибудь команду. И, волей-неволей, он вынужден был обратить внимание на одного шумера.