Чтение онлайн

Нет, ну почему девчонки умеют так издеваться над парнями? По ее невинно хлопающим ресницам можно было подумать, она даже не догадывается, в какой конфуз ввела парня. Я уже скинул одежду и пошел ей вслед. Бедный Андрюха продолжал сгорать от смущения на берегу и мямлить что-то между «я не хочу» и «уже накупался».

Подойдя ближе к егозе, я укоризненно шепнул:

– Ну что, довольна? Что теперь он о тебе думать будет?

Невинно-довольная улыбочка сползла с лица Машуни – кажется, мне удалось ее крепко поддеть. Даже стало ее немного жаль. Явно все впечатление от купания испортилось. Обратно из воды под Андреевы очи она уже шла как на расстрел. До девки-таки дошло, что легче передо мной сплясать абсолютно голой, чем красоваться перед Андрюхой в своем шикарном купальном костюме малость не из той эпохи.

Пришлось встать между ними и объяснить ситуацию нашей деревенской простоте:

– Ты не обращай на Машуню внимания. У нас так принято одеваться при купании. У нее еще очень скромный наряд… – А потом сразу перевел разговор в нужное русло. – Кстати, ты заметил, как хорошо она плавает?

– У нас девки купаться не ходят, только если в бане с бабами, – деловито объяснил пришедший в себя Андрюшка и сам не заметил, как задел за живое Машку.

А я заметил и спросил:

– Ты что пригорюнилась?

– Ай, – отмахнулась девчонка. – С моими-то волосищами сколько дней уже немытой хожу. Где тут мыло возьмешь? А от холодной воды патлы только хуже станут. Резать придется.

– Ха! – ответил я беззаботно, поскольку помочь ее женскому горю все равно не мог. – Видала мои вихры? Они уже больше оранжевый валенок напоминают. И ничего!

И тут свершилось маленькое чудо. Точнее, для меня маленькое, но для Машухи, наверно, чудо из чудес. Андрюшка, сунул руку в свой объемистый заплечный мешок, пошарил там туда-сюда и вытащил тряпичный сверток. Потом торжественно развернул и явил миру небольшой кусочек хозяйственного мыла. Надо было видеть, как остановились глаза нашей егозы – будто не она гипнотизировала, а ее саму заворожил маленький кусочек гигиенического средства.

Но Андрюха – это вам не девка какая, взял и профукал момент психологического торжества, без слов сунув сверток Машке в руки, и только потом добавил:

– Ты его экономь, оно дорогое. Мамка и так расстроится, что я стащил.

Проводив взглядом опять кинувшуюся в воду любительницу чистоты, я осторожно спросил у парня:

– А чего ты там еще такого прихватил, по чему твои родители кручиниться будут?

Оказалось, его родителей ждало немалое хозяйственное потрясение. Парень, казалось, обеспечил нас всем необходимым: и огниво, и увесистый нож в ножнах, и всякой одежды – даже для меня. Жаль, шляпы не прихватил, а я ту, соломенную, забыл где-то на поле горохового побоища.

В итоге, мы уже втроем сидели, грелись на солнышке и обсуждали план дальнейших действий. Сначала я думал, что моя стратегическая цель «накостылять магу» должна оставаться прежней без обсуждения. Однако Машуха быстро вправила мне мозги ехидным замечанием:

– Мстительный ты наш! Я, например, первой целью ставлю возвращение домой, а этот колдун пусть себе катится куда подальше, если мои руки до него не дотянутся!

– Лучше скажи: зубы! – огрызнулся я, а сам подумал, что она в чем-то права…

Андрюха выступил третейским судьей и подтвердил правильность Машкиных доводов. Хотя возвращение домой в нашем нынешнем виде казалось несколько проблематичным.

– Все равно, найду и накостыляю! – в конце концов, с оговорками согласился я.

Дальше обсуждения стали еще сложнее. Я сразу рвался в город, а Машка озаботилась вопросом, почему мы оба оказались в этой деревне. Может, тут имелась какая-нибудь дыра между мирами, или магу по какой-то причине оказалось проще именно сюда нас забросить – никто на эти вопросы ответить не мог, по крайней мере, в деревне.

Андрей заверил, что здесь и читать-то всего пара мужиков умеет: отец да староста. Не то чтобы колдовать или какие другие премудрости знать. Заборы, и те заговаривают приезжие маги. Вдруг парень задумался на минуту.

– Хотя есть одна колдунья, но она на отшибе живет, на своем хуторе. Туда ходить страшно. Она бабка нелюдимая, говорят, ее даже нечисть стороной обходит.

– И все-таки, – задумчиво спросила Машка, выводя на песке сердечки пальцем ноги. – Думаю, надо эту бабку проверить на вшивость, так сказать.

– Хочешь сразу тут сгинуть? – попытался я поддеть новоявленного командира в юбке, хотя внутренне не мог не согласиться с тем, что, не обследовав здесь все, не было никакого смысла сломя голову нестись неизвестно куда. Это только в глупых фэнтезийных бродилках полоумные герои, выпучив глаза, сразу кидаются во все тяжкие, чтобы читатель не заскучал.

– Ну, если мы с одной отдельно взятой колдуньей не сможем договориться, то что ты вообще собираешься делать в этом мире? – Ушлая девка добила мои хилые возражения.

– Ладно, наведаемся к колдунье и, если от нее ничего толкового не добьемся, идем в город, – утвердил я первый наш шаг на пути к свободе.

Насчет следующих шагов опять пришлось заслушать маленький доклад Андрюшки по поводу местных городских порядков. Он знал о них лишь понаслышке – сам только пару раз там бывал. Клартен был немаленький по местным масштабам город, окруженный каменной стеной, и имел свою городскую ратушу, а также дворец какого-то то ли князя, то ли барона, то ли еще кого – нам эти звания были неинтересны за их полной бесполезностью.

По слухам, в городе было немало волшебников и даже какая-то магическая гильдия или квартал. Что это такое, Андрюшка не мог объяснить. Но Машка предположила, что это какое-нибудь место, где всякие колдуны да ведьмы тусуются. Бесхозными детьми здесь никого не удивишь, что было нам на руку, но вот любую нечеловеческую братию из города, по сведениям крестьянской разведки, гнали взашей.

Вот тут я и загрустил, вспомнив вслух о своих больших ушах и потерянной шляпе. И опять эта егоза нашла выход из положения. Приказав мне замереть на месте, она подсела сзади и стала что-то делать с моей копной на голове. Я пытался дергаться, но Андрюшка прикрикнул на меня, чтобы я слушался более умных товарищей. Я «проглотил» эту плюху и угрюмо затих.

Вскоре юная вампирша закончила свои ковыряния в моей башке, отошла на пару шагов передо мной и расхохоталась. Я непонимающе переводил взгляд со вполне серьезного Андрюхи на хохочущую Машку и ничего не мог понять.

– Здорово. А что тут смешного? – Наконец Андрюшка соизволил заметить смех егозы.

– Вылитая Пеппи Длинный чулок!

– Не знаю никакой Пипи, – удивленно обернулся на нее приятель, вернее на то, как я с рычанием и кулаками набросился на добровольного парикмахера, и добавил: – А вообще-то, классная прическа. Как у воинов гарнизона.