Чтение онлайн

Я не разделял такой наивности, но и противоречить язык не поворачивался – уж больно уморительно просящими глазами это чучело смотрело на нас. Как оказалось, не я один скептически относился к Чувырлу. Большой Машухин единорог тоже предупредительно опустил голову, уставив рог на подошедшего к нему слишком близко крокодиленыша. Но такие мелочи, как плохое настроение единорога, не могли остановить распалившуюся в высоких сострадательных чувствах девицу, и Машуня бросилась с обниманиями к скакуну, мысленно забивая его сознание слезливым спамом о миленьких беззащитных уродцах.

Естественно, что единорог, будучи созданием мужского пола, сломался под женским напором и покорно подставил шею этому хрюкоталу.

– Смотри, не оцарапай спину своими когтищами! – буркнул я Чувырлу, пока подсаживал того на спину единорога.

Машуха уселась (тоже не без моей помощи) сзади, а я поспешил к своей белоснежной четырехногой принцессе, которая уже предупредительно нашла пенек, чтобы мне было легче вскарабкаться к ней на спину. Не знаю, как егоза договаривалась с единорогами, но те, судя по солнцу, слегка сменили курс и летели в новом направлении.

Внезапно они остановились на обширной поляне, заставленной какими-то низенькими хатками или землянками. К нам из этих убогих жилищ высыпало немало Чувырлиных сородичей, своей чувырлистостью мало уступающих нашему знакомому. Судя по тому, что выскочили они, вооруженные какими-то палками, прием грозил оказаться слишком теплым.

– Ну что, тебе еще хочется помогать этому Чувырлу? – усмехнувшись, спросил я у своей сердобольной напарницы.

Однако та, не обращая на меня внимания, спрыгнула со спины единорога и помогла скатиться оттуда своему подопечному. А дальше этот шельмец слезно поблагодарил Машуху и с выражением искреннего смущения в своих бесстыжих глазах вцепился в ее заплечный мешок, заверещав своим соплеменникам, что там полно еды.

Кажется, крокодилье племя решило, что два коня и пара людей тоже могут оказаться неплохой пищей, так как стало бодренько брать нас в кольцо заостренных палок и не менее заостренных зубов.

– Ах, так! – возмущенно воскликнул я. – Это вся ваша благодарность?

– Мы вам очень благодарны, – крикнул чувырл размером побольше, наверно, их вождь. – Но, все равно, кушать очень хочется…

Я сообразил, что они, наверно, никогда не видели единорогов и думали, что это простые лошади. В отличие от наших оппонентов, у меня не возникало сомнений, что белые скакуны способны вынести нас из этой «гостеприимной» компании, но беда в том, что Машуха находилась на земле, а все магические прибамбасы типа накидок-невидимок остались в сумках.

Ах да! Не все… Я крикнул Мышуне, чтобы она, по своему вампирскому обычаю, прикинулась незаметной, встав между сблизившимися и воинственно набычившимися единорогами, а сам залез рукой во внутренний карман, в котором хранил несколько Гарольдовых шариков, но не таких, какими мы пулялись в академии, а раз в десять посильнее. Почувствовав, что ставшая незаметной Машуня совсем даже не незаметно ухватилась за мой башмак, я кинул под ноги окружающим нас чувырлам пару шариков. Когда впереди и сзади раздались два оглушительных хлопка, сопровождаемые немалыми вспышками, я нащупал руку тщетно пытающейся вскарабкаться подружки и крикнул:

– Дай мне сначала сумку!

Вскоре сумка была у меня в руках. Но одновременно с этим чувырлы поняли, что мои шарики не более чем пустые шумелки, и начали наступление, сжимая круг и выбирая, с какого места лучше начать праздничную трапезу. Я мысленно благодарил единорогов, которые, несмотря на явную угрозу, ждали, пока Машка окажется наверху. Стоя головами в разные стороны, они стали угрожающе фыркать и бить копытами землю, озвучивая свое набычившееся настроение. Ситуация грозила вот-вот выйти из-под контроля.

К этому моменту нам с Машуней каким-то невероятным совместным усилием удалось закинуть ее на спину моей единорожицы, так что бедненькая принцесса оказалась нагружена сразу двумя немаленькими седоками, да еще и отягощенными поклажей. Понимая, что ей надо помочь выбраться из западни, я вспомнил совет Гарольда – на миг закрыл глаза и повторил урок: «…формируем эктоплазму… трансформируем эктоплазму… концентрируем внимание…» Стабилизировать объект ни времени, ни необходимости не оставалось. Как раз наоборот – я с предвкушением восторга выпустил перед собой всю эту сконцентрированную энергию, только в последний момент сообразив придать ей вид воздушного потока, а не, к примеру, огня.

Длинногривая умница, поняв мои намерения, вовремя низко наклонила голову, и все передние ряды вооруженных чувырл буквально сдуло с нашего пути. Мой восторг немного омрачился тем, что я по запарке хватил лишку: многие уродцы буквально влепились в свои хатки, и часть строений оказалась испорчена, не говоря уж о самих чувырлах. Но рассуждать о некрасивом поведении туристов, портящих фольклорные достопримечательности и вытаптывающих хрупкий местный биоценоз (я даже такие ругательства по биологии слышал), было некогда. Единороги уже понесли нас прочь от перепуганных аборигенов, а я первый раз с облегчением (хорошо, не физиологическим) подумал: как здорово, что мы не взяли с собой Рюшку! А ведь это нам повстречались совсем не колдовские твари. Что-то нас ждало впереди?

Отбежав от агрессивно-гостеприимного племени, наши скакуны остановились, и мы, не сходя на землю, перегрузили Мышуню на ее фаворита. Я подслушал, как она мысленно извинялась и раскаивалась перед единорогами, обещая впредь не доверяться всяким пройдошистым встречным-поперечным. Вот перед всякими горделивыми лошадьми она так раскаивается, а передо мной? Я же предупреждал… но оставим это на ее женской совести, которая, гораздо выносливее нашей, мужской.

Дальше мы без забот скакали, а точнее сказать, летели по пересеченной местности до самого вечера. Я заметил, что единороги умудрялись обходить поселения, как людей, так и других существ, видимо, чувствуя или зная их заранее. Дороги им тоже не особенно были нужны. Неудивительно, что их в этом мире видели и знали совсем немногие.

Когда я понял, что Мышуня держится на спине своего скакуна только за счет его волшебных способностей (про себя, будучи преисполненным заботой о слабом поле, я дипломатично промолчу), а солнце стало стремительно спешить к горизонту, я мысленно взмолился: «Спасибо, единорожки! Дайте юным путникам отдохнуть, а то есть и спать, прям как чувырлам, хочется!»

Наш быстроходный и комфортабельный транспорт почти незамедлительно начал тормозить. Мы еще немного прокатились и выехали на открытый мыс, глубоко выдающийся на просторы немаленького озера. На этот раз наши скакуны нашли просто сказочное и совершенно уединенное место. Мы еще некоторое время сидели на их спинах и зачарованно смотрели на вечернее солнце, зависшее над водной гладью.

Затем я взял себя в руки и, вернувшись в реальность, спрыгнул на землю. Мышуня последовала моему примеру. Затем мы еще некоторое время благодарно обнимали своих скакунов и отпустили их до утра в неизвестность вечернего леса. Где они проводили время – оставалось полной загадкой. Но загадками в этом мире никого не удивишь, а вот с ужином надо было поспешить. Темнота грозила наступить внезапно, так как на противоположной стороне озера, куда спешило солнце, вздымались далекие горы, и светило долго улыбаться нам оттуда не собиралось.