Чтение онлайн

Аллеин поднялся под купол собора и вылетел прямо через купол, потому что стены и крыши зданий не были для него препятствием. Теперь он летел быстро и вскоре сквозь толщу земли и бетона увидел сидящего у Самаэля Ивана, но, к удивлению Аллеина, Риикроя рядом с ним не было.

Риикрой, покинув крышу Университета, отправился не к Ивану, а на Арбат. «Если Сатана за мной не следит, а это, очевидно, так, и никаких приказов нет, значит, я могу ненадолго побыть человеком, — решил Риикрой. — Это, конечно, не получится в полной мере, но я хоть сыграю эту роль так, как мне хочется, а не как хочется кому-то, и попытаюсь получить от этого удовольствие».

Материализовавшись в подземном переходе около метро, Риикрой пошел по ночной улице. «Что мне надо сделать, чтобы чувствовать себя человеком? — размышлял Риикрой. — Во-первых, необходимо видеть мир так, как видят его люди». И Риикрой усилием воли, он мог это делать, убрал свое всепроникающее зрение, оставив для себя возможность видеть только то, что видят люди. Ограничил слух уровнем обычного человеческого восприятия и полностью отключил приемник человеческих чувств и эмоций, который у него был точно такой же, как и у Аллеина. Надо сказать, что Риикрой обладал таким же набором возможностей, что и Аллеин. Произведя над собой все эти операции, Риикрой почувствовал себя очень неуютно. Он испугался, что его могут застигнуть врасплох. Правда, Риикрой быстро с этим справился, потому что своей основной способности — дематериализовываться и менять облик — Риикрой себя не лишил и в крайнем случае мог исчезнуть. Риикрой шел по старому Арбату, то и дело оглядываясь. Мысль о том, что на него могут неожиданно напасть, не оставляла его. «А чего я, собственно, боюсь? — удивился Риикрой. — Ведь даже если на меня неожиданно нападут, мне не смогут причинить зла, потому что я неизмеримо сильнее любого мужчины и к тому же меня ведь невозможно убить. — Пройдя еще немного по улице, Риикрой остановился и задумался. — Это ведь нечестно. Какой же я человек, если в сто раз сильнее? Раз уж решил попробовать быть человеком — будь им… — И Риикрой приказал своему телу стать мягким и таким же слабым, как человеческое тело. — Эге, что-то стало совсем неуютно, — поежился Риикрой. — Как можно существовать с таким телом? — Тут Риикрой увидел перебегающего улицу кота. Кот то и дело оглядывался, останавливался, прижимался к асфальту и увидев, наконец, знакомую подворотню, в два прыжка достиг желанного убежища и скрылся. Риикрой рассмеялся. — Как я, наверное, похож на этого кота. Ладно, надо идти, вживаться в образ. До рассвета осталось недолго.

Что значит чувствовать голод? — размышлял Риикрой. — На что это похоже? — Он вызвал боль в области живота и решил: — Пока не поем, пусть болит, напоминая о себе, — и немного подумав добавил: — Боль должна усиливаться, и если я не поем неделю, нет, две недели, я самоуничтожаюсь. Но это еще не все. Силы и возможность рассуждать на абстрактные темы должны со временем убывать».

Риикрой прошелся по Арбату и свернул на бульвар. У памятника Гоголю он сел на скамейку. От Москвы-реки дул ветер, и Риикрой чувствовал, как он проникает сквозь его добротное, «сшитое» по последней моде из самой лучшей ткани пальто. «Ба, да я ведь еще должен чувствовать и холод. А это как смоделировать? — Подумав немного, Риикрой решил, что он должен замерзнуть насмерть, если побудет здесь на ветру сутки. Потом уравнение, моделирующее это состояние, было увязано с уравнением, описывающим боль в животе. — Верно: чем человек голоднее, тем он быстрее замерзает. Я это видел…» Прилетела стайка воробьев. Воробьи прыгали по заснеженному тротуару и искали корм. «Как погано-то, — подумал Риикрой, — если буду так сидеть, то ведь сдохну — не от голода, так от холода. Эти воробьи, наверное, провели ночь около теплой трубы, а у меня-то нет дома и идти некуда, и денег, чтобы купить поесть, — тоже нет. Дрянь дело. Где же взять деньги? Что в этом случае делают люди? Или что-нибудь продают, чаще свой труд, или крадут, или берут силой — вот основные способы получить необходимое. — Риикрой поплотней закутался в пальто, надвинул шапку на глаза и стал размышлять. — Логично делать то, что проще. Мне проще кого-нибудь ограбить — зарабатывать некогда. — Риикрой углубился в воспоминания. Его огромный опыт общения с людьми подтверждал, что в его ситуации это было наиболее человеческое решение. — Почему я должен здесь замерзать и голодать, а кто-то сытый не знает, куда девать деньги? — решил Риикрой. — Люди не делают этого только из страха, боясь, что не получится, вдруг тот, у кого собираются отнять, окажется сильнее или за него заступится закон, что то же самое. Некоторые боятся наказания Творца. Они называют это совестью, чудаки… Меня Он не накажет, а силы я не боюсь. Значит, надо все-таки кого-нибудь ограбить».

Риикрой решительно поднялся и направился в ближайший переулок. Он увидел, что из подъезда выходит массивный мужчина в длиннополом кашемировом пальто. Мужчина направлялся к дорогому лимузину, ожидающему его у подъезда. Следом шел здоровенный охранник.

«Какая привлекательная парочка. У этого индюка, наверное, много денег». Из соседнего подъезда вышла пожилая женщина и повернула навстречу Риикрою. «Кого из них грабить? Женщина слаба, но у нее мало денег, — быстро соображал Риикрой, — мужчина силен, но у него много денег. А у меня времени всего несколько часов. Либо грабить нескольких таких женщин, либо одного богатого». Перемножив вероятности, Риикрой принял решение — грабить богатого. Он ускорил шаг, быстро подошел к мужчине и, отодвинув правой рукой рванувшегося было в его сторону охранника, уложил обладателя кашемирового пальто на асфальт одним ударом. Мужчина упал лицом вниз, и из носа у него хлынула кровь, растекаясь по тротуару, припорошенному снежком. Отлетевший в сторону охранник выхватил пистолет и выстрелил. Второй раз он выстрелить не успел — Риикрой убил его пинком в голову. Женщина громко закричала. Риикрой взял выпавший пистолет и выстрелил в женщину — «чтоб не кричала». Потом он быстро обшарил карманы всех троих и удалился. Только пройдя метров сто, Риикрой обратил внимание, что на левой стороне груди у него на пальто дырка. «Ба… да охранник-то меня застрелил! — воскликнул Риикрой. Это его так удивило, что он даже остановился. — Значит, по человеческим меркам, я уже мертв и меня не мучает ни голод, ни холод и денег мне уже не надо». Риикрой достал бумажник с деньгами и посмотрел на него в недоумении. «Чистого эксперимента не получилось. Но тем не менее надо его продолжать, ведь другой такой возможности, скорее всего, не будет. Теперь у меня куча денег. Во всяком случае, их должно хватить на сегодня. Что бы сделал человек в моей ситуации? Я теперь убийца. И у меня до того, как меня схватят, должно быть совсем немного времени. Если скрыться от преследования маловероятно, а я буду считать, что это так, значит, на прощание надо получить максимум удовольствия. Во-первых — хорошо поесть, выпить, найти женщину. Какие еще удовольствия есть у людей? — Риикрой хмыкнул. — Что такое для меня женщина? — Он задумался и после недолгих размышлений решил: — Это как будто утолить голод за раз — сто раз». — И, не рассуждая больше, запрограммировал себя, исходя из этой установки.

Уже стало совсем светло, но магазины, кафе и рестораны были еще закрыты. «Что за город? — возмутился Риикрой. — Пожрать негде. А почему я мучаюсь? Я же богат».

Риикрой решительно ступил на проезжую часть улицы и протянул руку. Менее чем через минуту резко, со скрипом тормозов, рядом с ним остановился автомобиль. За рулем сидел молодой парень в кожаной куртке и просторных малиновых штанах из какой-то мягкой ткани. Риикрой открыл дверь автомобиля и, придав лицу выражение твердой уверенности в себе, сказал:

— Отвези меня позавтракать в хорошее место.

— В каком смысле хорошее?

— В самом человеческом.

— С девчонками значит?

Риикрой вместо ответа сел в кресло и, вальяжно развалившись, сказал:

— Поехали.

— Это далеко. А меня шеф ждет.

— За сто баксов он подождет?

— За двести…

— Поехали. Жрать хочется.

Автомобиль резко рванул с места и за пять секунд набрал максимальную скорость. «Лихой водила, — подумал Риикрой, — так недолго и разбиться. Он рискует, — и, рассмеявшись про себя, добавил: — А я нет. Что особенно приятно. И какой русский не любит быстрой езды…»

— А куда мы едем?

— Есть тут один ресторанчик. Кухня хорошая, сервис, ну и все такое… Что душа пожелает. И главное, там всегда рады принять гостей. Даже утром.

— Там есть все, что душа пожелает. Отлично! — Риикрой потер руки. — А цены?

— Умеренные, если не загибать самому. Ну, понимаете?

— Донимаю, понимаю, — с готовностью согласился Риикрой.

К удивлению Риикроя, ехали они совсем недолго. «Что же он с меня так дорого взял? — возмутился Риикрой, — так мне денег до вечера может не хватить. Какое жлобство! Мне они так тяжело достались. Я так рисковал.

А этот бессовестный лихач содрал с меня три шкуры».

— Приехали, — сказал водитель, — выходите, а то шеф совсем меня заждался, голову оторвет.

— Голову оторвет? — переспросил Риикрой.

— У меня крутой шеф.

Риикрой сделал каменное лицо и сказал:

— Держи пятьдесят баксов, и я пошел.

— Что? — лицо водителя вытянулось от изумления.

Что-что, я не понял? Да ты что, козел, спятил? Ты со мной так не шути, деньги давай.

Риикрой тем временем размышлял: стоит ли ему применять силу. «У меня сейчас пятьсот долларов, которые я взял у индюка, сто долларов и триста тысяч рублей, что я взял у телохранителя, и двадцать четыре тысячи рублей мелкими купюрами — у женщины. Мне на эти деньги предстоит прожить целый день. И отдать сразу двести за пятнадцать минут езды? А не проще ли оторвать ему голову… вместо шефа?»

Риикрой открыл дверь и молча вышел из машины. Водитель быстро выскочил, подбежал к Риикрою и схватил его за грудки. Глаза водителя были налиты кровью, все его лицо излучало звериную злобу и ненависть. Он шипел и брызгал слюной в лицо Риикрою:

— Давай деньги, гнида, иначе я душу из тебя вытрясу.

— Какое бескультурье, — сказал Риикрой. Он сжал руками голову парня и резким рывком приподнял его над землей. У парня глаза вылезли из орбит и почему-то вывалился язык. Риикрой затащил парня в машину и захлопнул дверцы. — Отдыхай. Судный день уже скоро. Тот, кто призван судить, разберет, насколько я был неправ. «А куда же он меня привез?» — подумал Риикрой и огляделся. В переулке никого не было. — Тогда сделаем вот что… — Риикрой открыл багажник и перетащил труп туда. Голова парня болталась, как будто была привязана к телу на веревке. Поместив труп в багажнике, Риикрой заглянул в мертвые глаза парня и сказал — Это тебе наказание за жадность. А может, и награда… — Он обшарил карманы. Нашел кошелек и тщательно пересчитал деньги, их было семьсот тысяч рублей. — Ты смотри-ка, какая удача. Ну, теперь пора позавтракать. Где же это замечательное место с хорошей кухней и женщинами? — Но сколько Риикрой ни глядел по сторонам, он не мог обнаружить ничего похожего на ресторан или кафе. Он уже собирался вернуть себе свои обычные способности, чтобы найти это заповедное место, но тут заметил красивую, длинноногую блондинку лет двадцати семи, показавшуюся из двери, над которой не было никакой вывески. Лицо у женщины было уставшим, а взгляд каким-то потухшим. Риикрой считал, что эта дверь вообще закрыта на замок. Так оно и было, потому что он только что пробовал ее открыть, но безуспешно. Ослепительно улыбаясь, Риикрой подошел к девушке и, предупредительно склонив голову, спросил:

— Не подскажете ли, где здесь можно позавтракать? Девушка, окинув Риикроя недоуменным взглядом, ответила:

— Вы хотите пригласить меня позавтракать?

Теперь уже растерялся Риикрой. «Как можно жить, не читая мысли, — злился Риикрой. — Что она от меня хочет?»

— А почему бы и нет. Я буду очень рад, если вы составите мне компанию.

— Тогда я предлагаю зайти сюда. Здесь славненько.

— Славненько? Ну и отлично. Идем. — Риикрой с ходу перешел на ты. «И все-таки — как неудобно, когда не можешь прочитать человеческие мысли. Это было бы мне нужнее всего именно сейчас. Трудно все же быть человеком».

Помещение, куда они попали, очень напоминало бар. Девушка уверенно прошла к столику и села. Риикрой сел рядом. Тут же к ним подошел официант, у парня было смуглое красивое лицо и внимательный, умный взгляд холодных глаз… «Какая отвратительная рожа у этого парня, — оценил подошедшего Риикрой, — это точно — наш человек. Аллеин бы сблевал от одного его внешнего вида».

— Желаете позавтракать? — спросил официант.

— Да, желаем.

Могу предложить… — И официант начал перечислять блюда.