Чтение онлайн

— Это лучше, чем любовь, доктор.

— Что?! — Лапшин посмотрел на паховую область пациента.

— Где те парни, что с ними? — прошептал Иван.

— А хрен их знает. Ты спи давай, отдыхай, завтра поговорим.

Больше Лапшин не спал. Он сдал парня хирургам, которые занялись ножевой раной, и до утра сидел в ординаторской и пил из заветной бутылочки, думая о том, что так жить нельзя и что все равно он отсюда уйдет.

Боли не было, только очень сильно кружилась голова, как будто ее отделили от тела, положили в центрифугу и начали раскручивать. Внезапно кружение прекратилось, и Иван понял, что летит куда-то с огромной скоростью, он летел будто бы по какому-то извилистому тоннелю, но стен тоннеля не было видно. Вдруг тоннель закончился, раздался хлопок, вокруг вспыхнул свет.

Иван несколько раз перевернулся, как бы купаясь в окружающем его свете, потом опять полетел куда-то с еще большей скоростью. Он летел в сияющем пространстве, быстро удаляясь от какого-то темного, плавающего в нем острова. «Прощай», — сказал Иван сам себе, хотя не понял, с чем и кем прощался.

Наконец темный островок исчез, движение вдруг прекратилось. Иван очутился в окружении света, как будто плыл в море, слегка покачиваясь на волнах. Вдруг яркожелтый, прозрачный туман стал быстро рассеиваться, через него стала проступать чернота. Вскоре Иван оказался в непроглядной тьме, по сравнению с которой тьма фотолаборатории или безлунной ночи кажется сумерками.

Иван подумал, что умер. Вокруг ничего не менялось и ничего не существовало, так продолжалось долго, очень долго. «Я есть», — вот единственное, что Иван осознавал. Ивана охватил жуткий страх, что он навечно останется в таком состоянии. И когда, казалось, всякая надежда, что это состояние закончится, оставила Ивана, в этой абсолютной тишине вдруг раздался оглушительный звук, будто огромный орган выдал мощный гармоничный аккорд, включив в него тона от субконтроктавы до самых высоких регистров, и после этого все вокруг вспыхнуло, как бы взорвалось. Тут же был взят новый аккорд, другой тональности, и все опять взорвалось — другим цветом, потом опять — и Иван вновь полетел куда-то.

Иван понял, что путешествие закончилось, когда увидел внизу ровную бело-голубую поверхность, она тянулась от края до края, куда хватало глаз, и на этой поверхности ничего не было. Она быстро приближалась. Иван испугался было, потому что подумал, что разобьется, но не разбился и, несмотря на большую скорость, с которой приближалась поверхность, упал плавно, потому что тело было легким, как перышко.

Иван встал и осмотрелся; везде, куда бы ни смотрел, было одно и то же: ровная, как зеркало, бело-голубая матовая поверхность. Посмотрел, отражается ли тело в этом зеркале и есть ли тень? Но ни тени, ни отражения не увидел.

«Что теперь делать? Куда идти?» — подумал Иван и пошел вперед. Горизонта не было видно, поверхность как бы уходила за горизонт в бесконечность, освещая все пространство ровным, тускловатым светом. Вверху тоже был этот тускловатый свет и больше ничего. Иван шел и шел вперед, потеряв чувство времени и не осознавая, зачем и куда он идет.

И вдруг впереди, освещая голубую пустыню яркими оранжевыми лучами, прямо из поверхности стало всходить Солнце. Иван зажмурился, закрыв глаза ладонью, и остановился. Но потом, поняв, что может без труда смотреть на Солнце, убрал ладонь от глаз и вновь зашагал навстречу Солнцу.

Иван обрадовался: «Я не один здесь! Здесь есть Солнце. Как хорошо, как хорошо» — и побежал к светилу. Он быстро бежал навстречу Солнцу, не чувствуя усталости, будто силы его были безграничны, а мощь мускулов увеличилась во много раз. Солнце приближалось. Вскоре оно закрыло все перед ним. Иван остановился вблизи от Солнца и стал смотреть прямо в центр огромного, ослепительного шара. Он смотрел и ничего не видел, кроме света.

— Здравствуй, — сказал Иван.

— Приветствую тебя, Иван, — сказало Солнце. «Это не Солнце», — пронеслось в голове. Голос шел как бы со всех сторон, минуя сознание.

— Подойди ближе, — сказал голос.

Иван медленно пошел к сиянию.

— Кто ты? — спросил Иван.

— Ты знаешь, кто я, — ответил голос.

— Ты — Бог. Я не знал, что ты есть, Господи, — сказал Иван и осторожно подошел к сиянию.

— Протяни руку, — услышал Иван голос и протянул руку. Рука, прикоснувшись к поверхности, вспыхнула, загоревшись ослепительным пламенем, но Иван ничего не почувствовал.

— Иди вперед, — властно сказал голос. Шагнув вперед, Иван очутился в темноте и закрыл глаза. — Смотри, — сказал голос. Иван открыл глаза. То, что увидел, описать невозможно, осталось чувство потрясения и восторга.

От Ивана во все стороны расходились лучи света, их было много, очень много, и каждый луч нес в себе бесконечное число образов. В одном он видел бегущие облака, среди которых парили прекрасные крылатые существа, в другом города, человеческие лица, деревья, животных — это Земля. Лучей было очень много. Иван долго разглядывал содержание каждого луча. Стоило ему сосредоточить свое внимание на каком-либо образе, как луч тут же приближал этот образ, увеличивая его до удобных для осмотра размеров. Много было такого, что ни понять, ни пересказать невозможно, для этого в земных языках нет определений. «А где я?» — спросил Иван себя сам. И увидел в земном луче, наполненном, кстати, еще звездами, галактиками, космической чернотой и миллиардами человеческих лиц, и себя, лежащего на столе. Вокруг него бегал врач в белом халате, наброшенном на голое тело. Верхние пуговицы халата расстегнулись, и волосатая грудь врача вздымалась от тяжелой работы, он давил руками Ивану на грудь и что-то кричал, но что он кричал — Ивану было неинтересно, а рядом стояла женщина тоже в белом халате и набирала из ампулы в шприц лекарство. Иван улыбнулся и отвел взгляд. А где Наташа? Луч тут же показал Наташу. Она сидела на разобранной постели в том же платье, в котором была на вечеринке, и смотрела на окно. На коленях у Наташи лежал большой черный кот, больше в комнате никого не было. А где Ясницкий? Ясницкий сидел в автомобиле, мчащемся на полной скорости по шоссе. «Я могу узнать, что он думает?» И тут же услышал голос Ясницкого:

— Надо срочно звонить в Бостон. Пора кончать с этим делом.

«А — неинтересно, — подумал Иван и отвел взгляд. — Что я еще могу увидеть? Все, — ответил он сам себе. — А ну-ка, как связаны между собой лучи?» И все образы тут же исчезли, и он увидел вместо лучей светящиеся спирали, исходящие как бы из него и закручивающиеся в пространстве; спирали нигде не соприкасались, они колебались из стороны в сторону, уходя раструбами в бесконечность. Вот как решаются уравнения! Ивану сразу стало ясно, чего не хватало для решения Системы. Оказывается, все не так уж сложно! «Где же время?» — спросил он. И понял, что это глупый вопрос. Там, где он находился, времени не было.

Наконец, насмотревшись на все это, Иван закрыл глаза. Когда он их открыл, то снова увидел перед собой Солнце.

— Спасибо, Господи, — сказал Иван. — Что будет со мной?

— Ты должен узнать от меня нечто очень важное. Поэтому ты — здесь и именно поэтому вернешься к жизни, а не исчезнешь. Такова моя воля. И ты должен знать следующее. Я хочу, Иван, чтобы то, что будет сделано тобой, зависело только от твоей воли. Ты можешь доказать людям, что я — есть, для этого тебе придется создать инструмент творения и написать при помощи него Книгу бытия, такую же, как написал я. В мире, где ты живешь, есть люди, души которых принадлежат мне, они не свободны от моей воли, судьба каждого из них мне известна от рождения и до смерти. И волосы на их головах сочтены. И есть люди, свободные от моей воли. Они, вместе со всеми их делами и стремлениями, для меня просто не существуют, так же как и я для них. Так я создал ваш мир. Этот мир — суммарный результат деятельности свободных и несвободных людей. Ты, Иван, из свободных людей. То, что ты сделал, и то, что ты сделаешь, — это будет только твой выбор. Ты можешь стать как я, решив свою Систему, и можешь отказаться от этого. Но знай, я могу уничтожить мир, если инструментом, который ты можешь создать, попытается воспользоваться Сатана. Он хочет с помощью свободных от меня людей занять мое место. Ты можешь стать причиной Конца света и можешь стать спасителем мира. Вскоре ты получишь Лийил. Это мое перо, я создал его, чтобы писать свою Книгу, в которой записана судьба мира от сотворения и на вечные времена. Я дам тебе его для того, чтобы ты принимал все свои решения, руководствуясь только своей волей, а не волей моего Врага, чтобы ты сделал в действительности свободный и правильный выбор. Твой выбор будет зависеть от того, насколько ты сможешь узнать себя за это короткое время. Ведь ты себя совсем не знаешь, Иван, также ты не знаешь мир, в котором живешь. Помни об этом. Лийил поможет тебе узнать о себе все, что ты хочешь, и совершить все, что пожелаешь. При помощи него ты можешь властвовать над своим воображением и над чувствами других людей. Лийил сотворен мной и предназначен для творчества, все, что будет создано тобой с его помощью, — это реальность. Свои приказы ему начинай и заканчивай словом «Лийил». Я не буду вмешиваться в твои дела и как-либо навязывать тебе свою волю. В путь, Иван.

— Почему ты не уничтожишь меня сейчас? Это проще, чем потом уничтожить весь мир!

— Ты рассуждаешь, как свободный человек, Иван. Да, я могу все, но не все хочу.

Иван так растерялся, что ничего не смог спросить более.

— Повернись ко мне спиной, — услышал Иван приказ.

Он повиновался и опять увидел ту же поверхность, будто никакого Солнца и не было, но не стал оборачиваться, осознавая, что этого нельзя делать.

Его ноги оторвались от поверхности, и он медленно, потом все быстрее полетел вверх. Раздался аккорд органа, и вновь началось мелькание огненных пространств, потом чернота, потом длинные туннели.