Антивирус. Часть 2. Мы одной крови
Шрифт:
Мистер Эдвард Стикс развел руками.
– Приятно иметь дело с понимающими людьми. Мы все живем ради того, чтобы мы и наши близкие жили в удовольствие. Буду с нетерпением ждать известий от вас, мистер Приходько.
Глава четвертая
ЛЕЙТЕНАНТ САША
Утром следующего дня, после посещения спецблока, позавтракав, позанимавшись на тренажерах и поплавав в бассейне, Армина набрала номер, который назвал ей человек в кожаной маске.
Ждать пришлось недолго. Ответил детский голос девочки лет шести-семи.
– Я вас слушаю, – бодро сказала девочка. – Говорите.
– Ты кто? – растерянно спросила Армина.
– Я Саша, – ответила девочка. – Нет, я Александра.
Армина на миг опешила.
– А кто твой папа, Саша?
– Мой папа в больнице работает. Но он сейчас на работе, – сказала девочка. – Он в больнице.
– А есть рядом с тобой взрослые?
– Мама на кухне, – ответила девочка. – делает мне котлеты.
– Саша, а дай, пожалуйста, телефон маме, – вежливо попросила Армина.
– Хорошо. Минутку, – очень культурно ответила девочка. В трубке послышалось шлепанье босых ног, затем девочка с кем-то говорила, а потом в трубке ответил уже взрослый женский голос, в котором чувствовалась большая тревога.
– Ало? – спросила женщина.
– Здравствуйте, – стараясь быть спокойной, сказала Армина, – скажите, ваш муж сейчас находится на лечении?
– А вы кто? – уже со страхом спросила женщина на другом конце провода.
– Послушайте, вы только не волнуйтесь, – постаралась заранее успокоить женщину Армина, – я нахожусь в том же самом месте, где находится ваш муж и я все про него знаю.
– А где он находится? Он жив? – быстро спросила женщина.
– Он жив. А разве вы не знаете?
– Мы ничего про него не знаем. Мы отдали все. Мы продали все, что могли, как от нас требовали, что нам нужно еще сделать? Почему нам ничего про него не говорят? Я приходила в больницу, но там ничего про него не знают. Даже его карточки нет.
– Постойте, – остановила ее Армина, – вы платили за его лечение?
– Простите, а вы кто? – перебила ее женщина.
– Мое имя ничего вам не скажет. Я знаю, где находится ваш муж и знаю, что с ним делают. Я хочу ему помочь.
– Помочь? – Женщина на некоторое время замолчала. – А что с ним, расскажите мне!
– Его нужно срочно лечить, но только не здесь.
– Зачем вам это нужно? Мне уже никому не хочется верить. Кто вы?
– Знаете, я проехала всю Европу и видела, как умирали сотни людей и я верила в то, что мы можем спастись и спасти других, – страстно выпалила Армина. – И, когда я вижу, что к больным людям относятся не по-человечески, меня это просто бесит!
На некоторое время в телефоне возникла пауза, а затем послышался голос женщины:
– Так вы… «женщина-антивирус», про которую по телевизору говорят? – нерешительно спросила она. – Мой муж работал в госпитале, куда вас привезли.
– Он здесь работал? Я ее дочь. Но я полагаю, что и я обладаю большими способностями. И я хочу помочь вашему мужу. Я уже дала ему нашу вакцину, но я думаю, что ему здесь не очень помогают.
– Что вы хотите сказать? – с болью в голосе спросила женщина на другом конце связи.
– Вы где находитесь? – спросила Армина.
– А что вы хотите?
– Мы находимся в кризисном центре, в госпитале, но выходить отсюда мы не имеем возможности. А ваш муж вообще не может выйти из палаты.
– Почему не может?
– Вы хотите его увидеть? – спросила Армина. – Вы хотите его забрать отсюда? Я дам ему лекарства и через некоторое он вылечится. Главное, чтобы он не показывался никому на глаза.
Женщина помолчала.
– Что мне нужно сделать?
– Вы знаете госпиталь «Троебортное»? вы говорили, он здесь работал.
– Мы находимся недалеко. А при чем тут «Троебортное»? Нам сказали, что его перевели куда-то в другое место.
– Никуда его не перевели. Он здесь, в специальном блоке. У вас есть на смартфоне программа определения местонахождения сигнала?
– Нет, – ответила женщина. – Я в этом не разбираюсь. Но мой сын в этом разбирается.
– Хорошо. Пусть он установит программу и свяжется со мной по этому номеру. – Армина выключила телефон, выпила сок и направилась в палату, пару минут подумала, перебирая по косточкам весь этот разговор и решая, правильно ли она все сделала, затем быстро собралась и отправилась в палату к своей матери Татьяне Рико.
***
В это утро Татьяна Рико проснулась рано, будто внутри ее прозвенел звоночек какого-то внутреннего будильника. Это была суббота и в этот день не нужно было ждать санитаров для сбора анализов, не нужно было ждать главного врача и отвечать на его нудные вопросы, поэтому Татьяна сделала себе любимое кофе с молоком, бутерброд с маслом, сыром и тонким слоем ветчины.
Потом Татьяна включила телеканал, по которому без конца и края шли обожаемые ею любовные слезливо-сопливые мелодрамы. Несмотря ни на что, Татьяна следила за всеми сериалами и помнила обо всем, что происходило в ее любимых сериалах. Если из-за процедур ей приходилось пропускать очередные серии, Татьяна непременно пересматривала серию в записи и только тогда испытывала облегчение.
Когда очередная серия бесконечного серила была в разгаре, в дверь палаты постучали. Татьяна пультом открыла дверь. В палату вошла Армина.
– Мама, мне нужно срочно кое-что тебе рассказать. Только обещай, что ты никому не расскажешь? – Армина с самым серьезным видом внимательно всмотрелась в глаза Татьяны, которая выглядела совершенно беспечной и довольной всем, что с ней происходило. Татьяна в свою очередь не хотела смотреть в глаза Армины, а продолжала с интересом следить за своим сериалом.
– Что будешь? Кофе, чай? – спросила Татьяна с отчужденным видом.
Армина разочарованно вздохнула, Татьяна не обратила на ее слова никакого внимания. Как всегда в последнее время, она только и смотрела свои мелодрамки и каждый день созванивалась со своей мамой и расспрашивала про Родриго, что он поел, как спал, что делает и о том, как часто он вспоминает свою маму.
– Что ты там хотела сказать, говори?
– Ничего, мама. Там, кстати, опять кто-то приехал, я видела, – как бы невзначай сказала Армина. – Какие-то крутые машины с иностранными номерами. Опять, наверное, журналисты или профессора. Ты говорила с главврачом? Когда мы уже переедем в другое место?