Чтение онлайн

— Сколько ж у тебя сестер, Илья Григорьевич? — спросил Штуммер. — Одна краше другой! — добавил он, как умелый обольститель, и улыбнулся Лизе. И девушка в ответ как-то глупо захихикала.

— Это все, — буркнул в ответ Теплов и отошел налить себе еще спиртного.

Лиза же немедля затеяла разговор и вовлекла в него троих друзей Ильи. Позволив всем поцеловать ей ручку, девушка села между двумя молодыми людьми на диванчик и начала зазывно разговаривать со всеми подряд. Пьяные гвардейцы тут же растаяли от смелых речей девушки, а более от ее глубокого декольте, в котором виднелась довольно полная грудь Лизы. Они наперебой осыпали девушку комплиментами, а та в ответ все время громко хихикала, то и дело позволяя целовать себе руку. Илья отвернулся, ибо ему отчего-то было противно видеть, как развязно ведет себя сестра. Невольно Теплов сравнил притягательную нежную неземную прелестницу Дашу, такую тихую и умело скрывающую свою страстную натуру, с пустой вызывающей кокеткой Лизой. Нет, однозначно, Лиза не стоила даже мизинца Даши, подумал Илья.

Слыша пьяные разговоры друзей и их соленые шуточки, которые они даже не пытались сдерживать в своей речи в присутствии Лизы, Илья чувствовал себя гадко. Сестра же звонко смеялась с молодыми людьми, всеми своими словами поощряя их рассказывать неприличные анекдоты. Теплову было неприятно, что его сестра такая. Михайлов, как и Теплов, сидел в стороне от веселой компании и молча потягивал шампанское, с ухмылкой посматривая на Лизу в окружении трех гвардейцев.

Вдруг Илью окликнул Платон Штуммер:

— Слышь, Илья! Лизавета Григорьевна говорит, что завтра у Разумовских в большом парке гуляния будут весь день! Может, нам тоже туда махнуть?

— Ты это точно знаешь, Лиза? — спросил тихо Илья сестру.

— Сегодня в опере княжна Гагарина об этом говорила, — ответила воодушевленно Лиза. — Там будет празднество устроено, разные горки и качели предполагаются и даже лед для катания.

— Прямо с утра можно туда отправиться! — с воодушевлением добавил Платон.

— Увольте, господа, я буду не в состоянии назавтра встать поутру, может, к обеду, — сонно зевая, заявил один из гвардейцев.

— Тогда тебя, Чертищев, мы вычеркиваем, — выпалил Платон. — Ты с нами, Илья?

— С вами, куда ж вас девать, — пожал плечами Теплов, а про себя подумал, что будет повод отсутствовать дома весь день, и тем самым он сможет избежать встречи с Дашей.

— Итак, решено, завтра к Разумовским, — произнес Штуммер. — Мы поутру с Михайловым, заезжаем к тебе. Наверное, часам к десяти будем. Ты, Бибиков, тоже приезжай сюда. Заберем Елизавету Григорьевну и тебя, Илья, и поедем. Я думаю, двух саней нам на пятерых хватит.

— Конечно, хватит, — громко засмеялась Лиза и добавила: — Надо будет только прижаться друг к другу посильнее, чтобы не замерзнуть, и все.

Все трое гвардейцев, сидящие рядом с девушкой, дружно загоготали над скабрезной шуткой Лизы, а Илья нахмурился.

— Лизавета! — уже не выдержал Илья. — Тебя, наверное, матушка уже заждалась. Тебе пора.

— И впрямь, господа, мне пора, — заметила Лиза и церемонно встала. — До завтра. Буду с нетерпением ждать встречи с вами.

Предвкушая завтрашний интересный и чудесный день, Лиза с довольной ухмылкой на тонких губах выплыла из гостиной. Илья проводил полноватую фигуру сестры мрачным взором и с облегчением вздохнул. В его голове закружилась мысль о том, что Лизу надо немедля выдавать замуж. Иначе через пару лет ее фигура окончательно расплывется и потеряет товарный вид, а ее бесшабашный нрав и глупость только будут усиливаться с годами. И уж тогда она точно останется в старых девах.

К Илье подошел Михайлов и тихо спросил:

— А как думаешь, Илья, Дарья Сергеевна сможет поехать завтра с нами на прогулку?

Илья вскинул на друга недовольный взгляд-лезвие и произнес:

— Вряд ли, Иван Федорович. Она к таким развлечениям не привыкла.

— А ты бы попросил ее по-братски, а, Илья Григорьевич? — заискивающе попросил Михайлов. — Уж больно мне хочется, чтобы и она поехала.

— Иван, да сдалась она тебе? — раздраженно выпалил Илья. Но после такой просьбы друга не мог ему категорично отказать. — Поверь мне, она молчать все время будет и скучна она.

— Ты неправ, совсем она не скучна, — не согласился Иван. — А насчет молчания, так это и к лучшему. Я хоть полюбуюсь ею еще чуток. Ты сделай милость, поговори с ней. Уж больно она хороша, аж прям за душу трогает. Обещаю, я буду очень вежлив с ней.

— Ну не знаю я, — уже более спокойно произнес Илья. Иван так просил, что Теплову стало не по себе. Но уговаривать Дашу поехать завтра с ними он тоже не собирался, поэтому уклончиво ответил: — Я поговорю с ней, но ничего не обещаю. Если она откажется, так и дело с концом.

— Вот спасибо, Илья, уважил, — сказал довольно Михайлов и по-дружески похлопал его по плечу. Затем отошел от Теплова и громко скомандовал: — Вставайте! Марья Ивановна нам полчаса отмерила. Прошли они.

Уже через четверть часа молодые люди покинули особняк Тепловых, а Илья, тяжело вздыхая, поплелся на половину матери, чтобы пожелать ей доброй ночи.

Утром, около десяти, вся веселая компания собралась в китайской гостиной. Ждали только Лизу, которая никак не могла собраться. Марья Ивановна радушно поила чаем троих друзей Теплова и расспрашивала молодых людей обо всем подряд, чтобы занять их время. Сегодня хозяйка дома была весьма вежлива и учтива. Она по-доброму улыбалась, видя перед собою трезвых, вежливых гвардейцев, облаченных в парадные мундиры. Илья, как и обычно, стоял у окна, безразлично смотря на заснеженную улицу и пустынную парадную лестницу, у которой уже ждала пара саней.

— Илюша, ты хоть чаю выпей, — позвала Марья Ивановна. — Ты ведь даже не завтракал сегодня.

— Не хочу, матушка, благодарствую, — буркнул Илья и нахмурился. В желудке молодого человека урчало от голода, но Теплов специально пропустил завтрак, чтобы не встречаться утром с Дашей. И теперь он надеялся, что они поскорее уедут, и уже там, у Разумовских, он чем-нибудь перекусит или на худой конец завернет по дороге в какой-нибудь трактир.

Наконец дверь гостиной отворилась, и под всеобщие взгляды вплыла Лиза. Ее полноватая фигура, облаченная в алое бархатное платье с большим квадратным вырезом, вызвала одобрительные страстные взгляды Штуммера и Бибикова. Жемчужные драгоценности покрывали шею, руки и уши девушки. Ее волосы, приподнятые в высокую прическу, были украшены небольшими бантами. Марья Ивановна, оглядев дочь, участливо спросила:

— Ты не замерзнешь, доченька?

— Нет, матушка, я же еще шубку надену с капюшоном.

— Как знаешь, милая, — кивнула ей с любовью Марья Ивановна, понимая дочь, которая хотела быть очень красивой сегодня. Ведь нечасто Лиза ездила гулять с такими красивыми, элегантными кавалерами.

— Я готова, можно отправляться, — сказала довольно Лиза.

— А Дарья Сергеевна, что же, не поедет? — вдруг громко спросил Михайлов, ставя фарфоровую чашку с кофе на блюдце. Иван обвел изучающим взором Марью Ивановну, Лизу и остановил пронзительный взгляд на Теплове.

— Дашенька? — удивилась Марья Ивановна. — Вы ее тоже приглашали?

— А ее-то зачем? От нее толку никакого, — зло заметила Лиза. — Только испортит все.

— Лизонька, не говори так о сестре, — пожурила ее ласково мать.

— С ней Илья обещался поговорить. И что же? — тоном инквизитора спросил Михайлов.

— Да не поедет она, Иван, что тут говорить, — произнес Илья важно и, отвернувшись от окна, внимательно посмотрел на друга. — Лиза права, пора ехать.

— Нет, постой! — воскликнул недовольно Иван и вскочил на ноги. — Так ты говорил с Дарьей Сергеевной, как я тебя просил, или нет?