Чтение онлайн

— Я могу идти?

— Нет, обождите, — велел Илья. — Я хочу, чтобы вы выслушали остальных господ.

Поверенный кивнул и, убрав все бумаги в красную папку, с почтением замолчал.

— Теперь вы, Арсений Иванович, — обратился Теплов к полному господину, что был главным приказчиком Тепловых.

— Что бы вы хотели узнать, многоуважаемый Илья Григорьевич? — спросил Чигарев и, встав, поклонился.

— Присаживайтесь, прошу, — уже как-то раздраженно вымолвил Илья. — Мне неуютно, когда вы передо мной стоите, словно я немощный или император какой. — Чигарев сел и прокашлялся. А Илья продолжал: — Доложите, сколько всего имений имеется в вашем ведении, сколько деревень и селений и сколько подушного населения.

Чигарев подробно перечислил все деревни, заводы, рудники, имения и их местонахождение и передал Теплову бумагу с перечнем всех населенных пунктов, домов, где проживали крепостные, обитающие в имениях Тепловых.

— А что по численности? — спросил молодой человек.

— Около тридцати тысяч душ, наверное, — ответил Чигарев.

— Вы не знаете точно?

Чигарев как-то весь засуетился и попытался что-то сказать, но не смог.

— Когда проводилась последняя перепись всех душ? — спросил Илья.

— Пять лет назад, ваше благородие.

— И вы хотите сказать, что за пять лет численность крестьян не поменялась? — удивился Илья.

— А что с ними станется? Мрут, как и положено, от ста до двухсот в год, плодятся тоже вроде исправно.

— За последние пять лет была война, смею вам напомнить, — заметил мрачно Теплов. — Только за последние два года, насколько я помню, было два дополнительных набора в действующую армию. И сколько мужиков вернулось? Вы знаете? А сколько погибло и было ранено?

— Не могу знать, ваше благородие, — тихо промямлил Чигарев.

— А за пять лет каждая баба, если здорова, может народить по пять детей, а иная и по семь? — уже повышая голос, спросил Теплов.

— Не могу знать, ваше благородие, — как попугай, повторил Чигарев.

— Прискорбно, а в северных губерниях прошла эпидемия холеры прошлой зимой? Сколько людей померло от нее в наших имениях?

— Не могу знать, ваше благородие.

Илья замолчал и, нахмурившись, начал медленно стучать пальцем по столу, как будто что-то обдумывая.

— Я понимаю, что мой отец в последние годы очень болел, оттого дела были заброшены, — заметил молодой человек. — Так вот, теперь нам надобно все привести в порядок. Меня не устраивают ваши ответы, Арсений Иванович, «примерно» и «не знаю». Берите перо и пишите.

Илья подвинул к приказчику чернильный набор и лист бумаги. Удостоверившись, что Чигарев взял перо и обмакнул его в чернила, произнес:

— Первое. До десятого числа января месяца провести подушную перепись во всех деревнях, селах, имениях, городских домах и дворцах. Далее сосчитать отдельно людей женского полу, мужского. Составить списки всех крестьян с указанием полного имени отчества, места и дня рождения, а также где в настоящее время проживает и каково ремесло. И все списки привезти ко мне. Я сам их перепишу и составлю отдельные книги, которые сам буду вести.

— Но… — начал неуверенно Чигарев. — Это займет столько времени, а у меня всего семь управляющих по всем губерниям.

— Значит, наймете на работу еще людей. К тому же эти данные помогут вам собрать старосты в селах и деревнях. Таковые везде имеются, — наставительно заметил Илья. — Итак, записали? Второе. Переписать из всех мест детей-сирот, а таковые наверняка есть. Узнать их возраст и полное имя, а также кем были родители. Все это записать в отдельное дело по каждому ребенку, чтобы по совершеннолетии дети знали, кто они и кто их родители. А вам, Никанор Михайлович, — обратился Теплов к третьему высокому сухому мужчине с бородой. — До третьего января месяца составить проект воспитательного дома для сирот. А также рассчитать сумму расходов на его строительство или покупку. Составить сметы расходов на содержание детей, воспитание и образование с расчетом на каждую единицу. Так вот, после того как Арсений Иванович найдет всех сирот, они должны быть переправлены на жилье в этот приют. Не дело им скитаться и просить милостыню или жить в чужих домах.

— Позвольте спросить, Илья Григорьевич, — вмешался в разговор Никанор Михайлович. — Какие навыки должны получать сироты? И сколько раз в день питаться и как одеваться?

— Я думаю, питание должно быть не менее трех раз в день, одежда простая, но опрятная. А по обучению они должны знать грамоту, письмо и уметь читать. Впоследствии, после подсчета всех расходов, возможно, если денежные средства позволят, для мальчиков можно ввести ремесленное или военное дело, а для девочек обучение рукоделию и шитью. Чтобы потом воспитанники могли заниматься чем-то в жизни. Воспитанники должны жить в сиротском доме до шестнадцати лет.

— Но зачем столько трат, ваше благородие? — возмутился Чигарев. — Ну, помрет одна бродяжка, и что? Невелика потеря.

— Такие разговоры меня не устраивают, Арсений Иванович, — холодно заметил Илья, обратив предупреждающий взор на главного приказчика. — Вам что-то не нравится в моих распоряжениях? Вы всегда можете подать мне заявление об отставке.

— Да нет, что вы, Илья Григорьевич! Я не хотел ничего сказать против вашей воли, — тут же перепугано залепетал Чигарев. — Я просто хотел уведомить вас, что мужичье это не имеет способностей к наукам. Только деньги на ветер выкинете.

— Значит, будет введено правило. Ежегодно десять лучших воспитанников я лично буду экзаменовать, и по итогу они смогут получить вольную грамоту. Чтобы дети стремились к знаниям. Все пока понятно?

— Да, — кивнул хмуро Чигарев.

— Тогда продолжаем. Третье. Составить список всех калек, убогих и больных, которые не могут работать, и ежегодно выплачивать им по пять рублей на пропитание. А также по семь рублей на содержание для баб, имеющих трех и более детей до шестнадцати лет, которые потеряли кормильца. И хочу вас предостеречь, Арсений Иванович, если мне станет известно, что по каким-то причинам вы утаиваете сведения или, еще хуже, пытаетесь избавиться от сирот или калек, я приму очень жесткие меры.

— Я и не думал о том, ваше благородие, — промямлил Чигарев и окончательно скис.

— Это все замечательно, Илья Григорьевич, но где взять на все это деньги? — вдруг опять вмешался Никанор Михайлович.

— Вы же докладывали, что за последние три года мы получили почти миллион прибыли со всех предприятий, которые теперь лежат в банке под проценты? — спросил Илья.

— Да. Но мы же решили их потрать на покупку еще двух рудников в Сибири.

— Так покупайте, — твердо сказал Илья. — Вы же сами сказали, что рудники будут стоить в переделах трех сотен тысяч вместе с приписанными крестьянами за каждый. И рассчитали, что ежегодно эти рудники будут приносить по пятьдесят тысяч прибыли, так вот на эти деньги и будет содержаться приют, а также выплачиваться пособия вдовам и немощным. Да у нас остаются еще деньги. Постарайтесь на половину остатка купить или построить дом для сирот и обустроить его. Остальные средства пока оставьте в банке под проценты, я пока еще не решил, что с ними делать.

— Вы, конечно, все хорошо рассчитали Илья Григорьевич, — заискивающе заметил Никанор Михайлович, — но надобно все посчитать подробно, как следует.

— Вот к третьему числу и подсчитайте и мне на доклад, обсудим все детали, — произнес Теплов, обведя всех внимательным взором. — Я думаю, господа, что, если в будущем году мы все сделаем, как задумали, через год-другой можно и пару-тройку школ построить в самых больших имениях для детей крестьян и еще какие богоугодные заведения.

— Вот ваш батюшка очень много еще в церковь жертвовал, — сказал вдруг Никанор Михайлович. — До сотни тысяч рублей в год.